Хорошая? Плохая? Живая! Мама - Лара И. Покровская

где не хочется быть, не общаться с теми, с кем не нравится, не дружить «с сыном подруги мамы», не присматривать за сиблингом, если нет сил, времени или желания (или хотя бы право сказать маме об этом и в ответ не огрести, а быть выслушанным, понятым).

Научиться такому ребёнок может только на нашем примере. Он не берёт в качестве аксиомы наши слова, так что лекции ему можно не читать. Он «берёт» наше поведение, наши ценности, из которых мы и делаем какие-то действия.

Именно поэтому мне важно выбирать для детей ту среду, в которой к ним будут относиться с уважением, без унижений, без игнорирования их возможностей и ограничений. Где будут учитывать их особенности. Где ребёнок = личность.

Я – защитник, буфер между ребёнком и социумом. Моя задача – найти места и людей, с которыми возникают отношения-норма.

Детсад, школа, репетиторы, тренеры, кружки – всё и всех я рассматриваю с этой точки зрения, прежде всего. И, как показывает практика, мне удаётся окружить Сашу прекрасными людьми. Людьми, с которыми у неё завязываются настоящие отношения. Длящиеся потом годами.

И у нас с Сашей много опыта нахождения прекрасных мест, в которых можно жить, а не выживать. Дружить, а не защищаться.

Конечно, идеала не существует. И обычно есть и плюсы, и минусы. У человека и у места. И я взвешиваю. И делаю это постоянно. И если в какой-то момент начинает перевешивать неподходящее нам – мы меняем. Место или специалиста. В Сашином детстве это было всецело моё решение, сейчас мы, конечно, советуемся с Сашей.

Ещё одно из наших прав – искать место/человека «под себя». Не в смысле реализации отношений нормы, а в смысле – подходящих под наши запросы в связи с нашими особенностями. Например, бывают прекрасные специалисты, которые тем не менее не подходят Саше из-за её высокой чувствительности. То, как разговаривают и что говорят они, для неё слишком. Ну просто потому, что они не так чувствительны, не так бережны, как ей комфортно.

А есть преподаватели, которые тоже чувствительны. И им не нужно ничего объяснять, они просто внутри себя знают, каково это – чувствовать тонко. И они разговаривают бережней, просто потому, что им это свойственно, им не нужно этому учиться.

При этом и те, и другие – хорошие.

И да, у Саши среди её репетиторов есть и не ВЧ. И история её отношений с кем-то не такая гладкая, но Саша сумела принять особенности преподавателя, и это даёт ей возможность получать от него то хорошее, что ей могут дать. И это тоже важно – давать ребёнку сталкиваться с разными психиками. Лишь бы в отношениях нормы.

Ещё одна из важностей, на мой взгляд, – уйти от идеи создавать ребёнку полосу препятствий (дома родителями). Все испытания – вне дома. А дома – мы: тёплые, поддерживающие, контейнирующие фрустрацию от внедомашних невзгод и испытаний. В мире и так куча всего происходит, столкновение на столкновении, фрустрация на фрустрации – куда ещё дома искусственно тренировать выносливость? Дом – спокойное и безопасное гнёздышко.

Многажды слышала мнение (жаль, обычно оно транслировалось очень жёстко и однозначно, как единственно верное), что важно уметь приспосабливаться. К людям (которых не выбирал), к условиям (какие бы они ни были), к жизни (где бы, как бы, когда бы – не важно, просто приспосабливайся). В чём-то я согласна. НО.

Если есть возможность изменить неподходящее, не нравящееся нам окружение, условия, место, тд – то мы меняем. А вот если никак, если тщетны наши попытки изменить это в лучшую сторону, тогда уж приспосабливаемся, смиряемся с неизбежным, принимаем как есть. И если в этом месте удастся действительно по-настоящему прочувствовать всю тщетность попыток подстроить мир под себя, то наша адаптация будет истинной, на уровне глубинного принятия. И встроиться в то, что изменить невозможно, будет легче. Мы придумаем, как. Без потери себя или с минимальными потерями.

Но подстраиваться сразу? Зачем? Чтобы что? А где тут тогда мы?

Учу детей тому, что можно не терпеть. Можно уходить. Можно менять. Можно искать, где трава зеленее. Можно хотеть большего, стремиться к лучшему. МОЖНО. Имеем право.

Но если не получилось изменить желаемое так, как хочется – что ж, давай придумаем, как с этим жить.

Вопросы для рефлексии

1. Как вы определяете, что среда/педагог/коллектив подходит вашему ребёнку?

2. Бывали ли ситуации, когда вы чувствовали дискомфорт от среды, которую одобряет общество, но не ваш ребёнок или ваша семья?

3. Как вы решаете, когда стоит приспособиться, а когда – уходить?

4. Какие личные ценности вы хотите донести своему ребёнку через выбор кружков, сада, школы?

5. Как вы себя поддерживаете, когда приходится принимать непопулярное решение в пользу ребёнка, а не по общим правилам?

6. Каким вы хотите видеть дом для своего ребёнка – безопасным гнездом или тренировочной площадкой для выносливости? А что у вас по факту? Ваш дом – это…?

7. Как вы учите ребёнка различать норму и не-норму? Бывают ли затруднения с этим у вас самих?

8. Чувствуете ли вы, что имеете право (и ребёнок имеет право) на выбор под себя, а не как у всех?

Глава 18

Живая мама

Я знаю, как это происходит. Знаю, как живу в контакте с собой и с миром. Как чувствую жизнь всей душой и каждой клеточкой тела. Как смотрю на мир распахнутыми глазами, замечая малейшие нюансы, цвета, запахи, вкусы. Всё, что вокруг меня, кажется интересным и удивительным.

Я знаю, как начинаю своё утро с кофе. Как прислушиваюсь к себе в поисках ответа на вопрос, чего мне сейчас хочется к кофе: сладкого, солёного, кислого? Как затем медленно откусываю тост с брусничным вареньем, если мой выбор – горьковато-сладкое. Как ощущаю что-то сродни гастрономическому оргазму от смешения вкусов кофе и брусники, от хрустящего тоста и горячего напитка. Как медленно жую и растягиваю этот кайф, чтобы насладиться им в полной мере. Как говорю «тсссс!», когда Саша пытается ворваться в моё утро вопросами, рассказами, разговорами. Она знает, что утро до кофе – моё. И я живу его со своей скоростью, в своём темпе. В своих вкусах и ощущениях.

Я знаю, как чувствую нежность к проснувшейся дочке. Как приветствую её, чисто и искренне, потому что «Как же я рада снова видеть тебя!» и «Как здорово, что ты у меня есть!» Как обнимаю её, вдыхаю запах волос, зацеловываю макушку. Как затем происходит наше