Дневник 1917–1924. Книга 2. 1922–1924 - Михаил Алексеевич Кузмин

к нам. Он принес кэкс и хотел пустить корни, но вышел с Юр. И я вышел. Пили пиво. Юр. заходил к Мейерхольду, я ждал в садике. Что же делает Левушка? Изменился он после экзаменов. Если б он был богат, плевать бы он на меня хотел. Вернулись. Дома ничего, никто не звонил. Прибегал Сторицын и Фролов, О. Н. Пили чай. Никто не звонит. Вышли на «Дочь Раффке»9. Отличная картина. Заходили мороженое есть. Дома все скребутся. Люблю ли я Льв<а> Льв<овича>. Два месяца тому назад я бы не задумался ответом. Теперь не знаю. Он сам виноват, да ему этого и не нужно, а что нужно, к тому он привык, и то перестало его интересовать. Я очень давно что-то никого не видел, хотя сам не знаю, кого и видеть-то. Юр. пришел поздно. Без нас звонился Раков. Ничего, это ему полезно. Да, Сашенька хочет «Прог<улки> «Гуля»; напортачит, конечно, но это может принести деньги.

9 (понед.)

Никаких денег никто не принес. Это ужасно. Присылали от Шульгина, просил Яковлев, дровяная баба и т. п. Ходил в Союз. Ромашков еще не принес. Геркен балдил. Играли Debussy. Говорит, что приглашал Ракова, так как Скрыдлов хвастался своею связью с ним. Новое дело. Звонил Раков. Завтра занят. Может быть, днем. Хорош. А дни прелестны. С кем он проводит их? Они мне отравлены, оказывается. В «Academi'и» забрал своих книг, стоят гроши. Был у нас Введенский. Побрели к Орловой. Был муж Щиголевой и Вальман. Ждали хозяев. В подражание балетным, в задней комнате живет мать Орловой. Юр. ушел. Были и Мотя, и Ив<ан> Вас<ильевич>, и брат его, и Ольгина. Вчера арестовали Струве. Радлов болен воспалением легких. Долго и скучно сидели. Погода прелестна. Юр. спал. Что мы будем делать. И что с Льв<ом> Льв<овичем>? И как я справлюсь с делами?

10 (вторник)

Чудная погода. Жарко. Куда же я ходил. К Нисону, мечтая. Купил вздору. У нас Левушка. Я даже начал ворчать. Сидит, рисует. Прелестный он и желанен. Но как-то больше говорит. Юр., оставшись один, несколько обиделся на стихи, возмущался сплетнями Геркена. Вышли в «Академию», забрали книжки, ели мороженое. Укатил. Был еще Фролов. К чаю пришел Беленсон с Находкой. Файка не одобряла и была скандализована. Степлело к дождю. Вышел с ним. Забросил письмо Калигари. Он прибежал объясняться. Обещал вечером. Печально сидел. Полил дождь, которого боялся Раков. Говорил с жильцом в темной кухне. Что будет завтра?

18 р.

11 (среда)

Сторицын не приходил, мамаша его утром встречала. Писал статьи10. Побежал. Чудная погода. Кузнецов нежен и любезен. Зашел к Ксендзов<скому>; нежен и любезен. В Сад отдыха. Встретил Митьку, тоже его <1 слово нзрб.>. Брился. Домой. Денег в обрез. Ходил в Союз подавать заявление. Геркен там. Сплетни, разговоры. Вышли вместе, у Лора купил. Был Вагинов с корректурами. Левушка опоздал. Решили не ходить на «Раффке», а купить вина. Потащил меня в Свободный. Утесов нас фетировал, но было дрянно11. Лев Льв<ович> мил и ласков, но tête-à-tête'ов избегает. Юр. дома уже. Поужинали. Завтра будут деньги. Против Кузнецова заговор, нужно бы его предупредить.

3 р.

12 (четверг)

С утра темно. Потом чудно. Юр. отправился к Папаригопуло и Радловым с корректурами. Я к Кузнецову, предупредить его о гадостях, которые хотят ему сделать. Я хорошо сделал. Благодарил. В Союзе ждал Латернера. Купил хлеба, дал мамаше, не ел. Юр. пришел поздновато. Вышли пить пиво. Я – отдавать пенснэ, купил вишень и варенья. Без меня звонил Левушка, досадно. Пришел Введенс<кий>, потом Фролов и О. Н. Читал Введ<енский> отличную вещь. Вышли. Проводил Юр. до «Аквариума», но в кино не пошел12. Побрел домой. Денежки, денежки плачут. Сижу со свечкой. По-моему, мы не сегодня-завтра лопнем. Жильцы тихи. Папа выпустил буллу: 1925 год – год ликования и примирения народов13. Что же, наши-то черти падут. Где промыслить денег? Бог надоумит. И выйдет ли что с Льв<ом> Льв<овичем> и с делами?

50 <р.>

13 (пятница)

Все ждал телефона, уходя бриться, поручил Юр. караулить. Без меня зря прибегал Сторицын. Была окрошка. Жарко и томно. Начал «Римские чудеса»14. Скучно мне до смерти. Дремал. Часов в 5 звонок. Занят, идет на «Дочь Раффке», забежит о хронике, или нет, завтра, опаздывает, не знает, свободен ли вечер завтра. Никого не было. Тоскливо. Приходили из Акад<емии> худ<ожеств> с заказом. Мне необходимо сходить к Поскочину. Вышел в Пепо: салаты, редиска, <нрзб>. Юр. был тронут, даже прослезился. Пробовал что-то объяснять про О. Н. Писал для Радлова объяснение. Темно и душно.

14 (суббота)

Какая скучная погода. Неудачи меня преследуют. В «Красной» денег не дали. Ксендзовский не вернулся, Сторицын пропал и вообще кончился, по-моему. Левушка приехал рано. Прочитал листочки, испугался, зауныл, но ничего не предпринял. Убежал к своим бабам. Ограничился нескольким ласковыми словами и находит, что последнее время почти то же, что прежнее положение. О. Н. пришла с башмаками. Меня сердит, что у нее с Л<ьвом> Льв<овичем> шушуканья. Провожал Ракова, теперь он кланялся из трама, после листочек. Это безденежье подкосило меня. Ни прогулки, ни премьеры, ни дома вина. Положим, и Лев Льв<ович> занят, как поросенок. Утром заходил к Мейерхольду. Чудная мягкая луна, но я все ненавижу. Уезжает Л<ев> Львович недели через две, две с половиной.

15 (воскресенье)

Как уныло. Денег ни гроша, ничего нет, погода тяжелая. Лев Льв<ович> звонил, что болит голова и, может быть, придет поздно, а то завтра обязательно. Сторицын с каким-то вздором о пожарах. Кузнецов, конечно, меня выдал15. Послал Юр. к Мейерхольду. Принес билеты и приглашение, а мы и не пойдем16. И это меня огорчило. А как завтра? откуда денег? Приперел Капитан. Я спорил с Юр., когда он завирался. Он сердился на меня за классицизм и пессимизм. О. Н. прибрела, потом Нисон и Папаригопуло. Мне необходимо писать о римской магии или читать Апулея, а еще необходимы деньги. А выйдет ли все-таки по-настоящему с Левушкой? Папаригопуло испугала моя статья17. Какое счастье, что он не цензор! Все ушли. Один сижу. Со Сторицыным решил повздорить. Он надоел мне и вредит. Как вообще я вывернусь, неизвестно. Страшная гроза. Вымочит Юр., пожалуй.

16 (понедельник)

Утром являлся Сторицын со сплетнями об Адмирале18. Выбежал к Ксендзовскому. Везде народ ждет: во всех комнатах, в кухне. Изабелла в спальне толкует с Ольгиной. Смотрел Серова, Левитана, Врубеля. Жарко. Бежал домой. Дремал и спал. Пришел Лев Льв<ович> и О. Н. Юр. сел между. Рано