Соучастники. Почему российская элита выбрала войну - Александра Прокопенко

Один бизнесмен, избежавший персональных санкций, рассказал, что все равно пострадал — из-за того, что задолго до начала войны входил в совет директоров одной из госкомпаний. «Даже кошелек в [популярном онлайн-банке] Revolut открыть теперь не могу. Всем приходится доказывать, что я после начала войны не бывал в России, не зарабатываю в стране и не плачу там налоги». Обида на Запад из-за санкций становилась все сильнее.

Те, кто под санкции не подпал, старались не привлекать к себе внимания ни в Кремле, ни на Западе, занимая выжидательную позицию. Немногим, кто был близок к Путину, по всей видимости, удалось выторговать себе свободу — например, Алишер Усманов вышел из состава Российского союза промышленников и предпринимателей, сославшись на то, что отходит от дел на пенсию. Еще до войны Усманов продал близким к окружению Путина структурам важную для государства интернет-компанию VK, а уже после полномасштабного вторжения начал поиски покупателей на другие свои активы — по крайней мере, в телекоме.

В некоторых случаях санкционную тематику даже получалось использовать для обогащения, чему способствовало и то, что война стала использоваться как предлог для передела собственности.

В этом смысле показательна история миллиардера Владимира Потанина, владельца «Норильского Никеля» и одного из главных бенефициаров приватизации 1990-х. Он быстро сориентировался и приумножил свое состояние, став собственником банковских активов на сумму 4,4 миллиарда долларов[256]. Новости о его интересе к различным активам — от добычи полезных ископаемых до технологического «Яндекса»[257] — появлялись регулярно. Весной 2022 года он менее чем за месяц выкупил «Росбанк» у французской Societe Generale, а у Олега Тинькова — 35,1 % акций технологичного и популярного «Тинькофф-банка».

Показательно, что этой покупке предшествовал скандал: прежний собственник Тиньков резко раскритиковал войну России против Украины и лично президента Путина, назвав ее «безумной». «А откуда армия будет хорошая, если все остальное в стране говно и погрязло в непотизме, холуйстве и чинопочитании? — задавался вопросом банкир в апреле[258]. — Кремлевские чиновники в шоке, что не только они, но и их дети теперь летом не поедут на Средиземное море. Бизнесмены пытаются спасать остатки имущества». После этого Тинькову позвонил глава банка Станислав Близнюк и якобы сообщил о поступающих из администрации президента сигналах о том, что следует избавиться от основателя и даже переименовать банк, а СМИ начали писать о том, что пользователи соцсетей в знак протеста избавляются от карт[259]. Акции эти, конечно, организовали околокремлевские структуры. Никакого патриотического подъема среди клиентов банка не наблюдалось.

Вышло яснее некуда: если ты не согласен с Путиным, то активы отберут, даже если ты не зависишь от бюджетных денег. Так и случилось. «Я не мог торговаться. Это состояние заложника — берешь то, что тебе предлагают, я не мог договориться», — заявил Тиньков, получивший лишь 3 % реальной стоимости доли[260]. Чтобы ничего не напоминало о прежнем владельце, спустя два года кредитная организация получила новое название: «Т-банк». На ребрендинге и новой айдентике настаивали в Кремле, говорит один из моих собеседников.

Другой подсанкционный миллиардер Дмитрий Мазепин, сделавший состояние на минеральных удобрениях, активно инвестировал в образ миротворца и глобального «кормильца». Бизнесмен раздавал многочисленные интервью о том, как руководство «Уралхима» озабочено вопросами глобальной продуктовой безопасности, и даже встречался с представителями ООН.

Главный актив Мазепина в этой истории — «Тольяттиазот». За три недели до начала войны его структуры выиграли конкурс на покупку 38 % акций в этой компании — одном из крупнейших производителей азотных удобрений в России. Это дало Мазепину крупные козыри на руки: ведь основной объем аммиака поставлялся за рубеж через трубопровод Тольятти — Горловка — Одесса, конечной точкой которого является как раз Одесский припортовый завод. 24 февраля 2022 года в связи с вторжением России в Украину «Тольяттиазот» прекратил транзит аммиака по трубопроводу.

Возобновление его работы играло существенную роль в переговорах с Украиной по так называемой «зерновой сделке». Это соглашение, по которому Россия брала на себя обязательство не бомбить порты Одесской области, а Украина под контролем международных наблюдателей экспортировала из этих портов пшеницу и кукурузу. Любопытная деталь: к трубопроводу также были подключены «Минудобрения» — компания, которой владеет старый друг и спарринг-партнер Путина Аркадий Ротенберг, в 2015-м активно претендовавший на покупку «Тольяттиазота»[261]. Украинская инфраструктура аммиакопровода принадлежала[262] известному украинскому олигарху и давнему партнеру Кремля Дмитрию Фирташу[263]. За спиной Мазепина перешептывались, что он представляет интересы друзей Путина, а не ратует за продовольственную безопасность.

На встрече с президентом в ноябре 2022 года Мазепин прямо попросил политической поддержки в вопросе разблокировки трубопровода. Российские удобрения по настоянию ООН не подпадали под санкции, но самый простой способ их транспортировки не работал. Диалог с Путиным был срежиссирован[264] в лучших традициях кремлевской драматургии: Мазепин жаловался, что его компания за свой счет поставляет удобрения африканским странам и вообще стоит на страже глобальной продуктовой безопасности, а ООН их «кинула» со сделкой. Несмотря на то что главным адресатом этой встречи был Запад, который, в логике Путина, должен был надавить на Украину, собственные элиты тоже считали сигналы. «Мазепин пытается показать себя Путину самым патриотичным из всех: мол, пока остальные от санкций отбиваются, он за родину болеет». В итоге среди правящего слоя стали распространяться слухи, что бизнесмен использует ситуацию для консолидации отрасли вокруг себя: «Вопрос только в том, в своих ли он интересах действует или кого-то представляет».

Хлопотал Мазепин впустую. Позже аммиакопровод оказался поврежден то ли в результате диверсии, то ли боевых действий, и Путин последовательно утратил интерес сначала к зерновой сделке, а потом и к ее фасилитатору.

Все эти сюжеты показали предпринимателям, что теперь есть лишь два варианта действий: «Нет никакого вообще business as usual. Забудьте. Задача одна — выжить. И стараться либо как-то выползти отсюда живым (в буквальном смысле), либо [действовать] как Потанин с Мазепиным — максимальная лояльность, потому что сторону ты уже выбрал [за Путина] и рассчитываешь на бенефиты, либо потому что у тебя нет выбора, например, когда долг твоего бизнеса в руках госбанка».

Дальше — больше. Не за горами были новые ограничения.

Локализация элит

В декабре 2022 года один из топ-менеджеров «Газпрома» огорчил родных: запланированный новогодний отдых в теплом и щедром Дубае придется отложить на неопределенный срок. Руководство «национального достояния» решило