Александр Невский и северные крестоносцы. Борьба за сферы влияния в Восточной Прибалтике XIII в. - Денис Григорьевич Хрусталёв

русские[455], которых в прежних письмах папа причислял к неверным. Однако крестовый поход был объявлен только против Карелии. Причины этого, скорее всего, не только в том, что шведы фактически не имели средств для войны на Востоке, но и в связи с тем, что карелы реально являлись главной движущей силой кампании 1256 г. Вероятно, вожди карельских племен пригласили Александра принять участие в походе на емь в ознаменование своей покорности его власти. С этим можно связать отказ части новгородцев от дальнейшего пути.

Походы на водь, ижору и емь в XIII в.

Когда полки двигались к Копорью, было неизвестно, куда готовился поход – общим мнением было «на чюдь». Но когда Александр объявил, что хочет напасть на тавастов, «инии мнози новгородци въспятишася от Копорьи». Пашуто считал, что отказ заметной части новгородцев от похода на емь был связан с тем, что доходы от предприятия должны были преимущественно достаться князю, а не горожанам [Пашуто 1951. С. 119]. Это предположение Шаскольский считал «маловероятным», но признавал, что отказ связан с той группой боярства, которая выступала оппозиционной Александру в ходе волнений 1255 г. [Шаскольский 1978. С. 216–217]. Впрочем, если бы речь шла о сопротивлении внешнеполитическим акциям великого князя, то даже к Копорью новгородцы не пошли бы. Вероятно, основной причиной отказов были трудности зимнего пути в далекую Тавастию. Но не следует также исключать нежелание воевать за карельские и великокняжеские интересы, все более отдалявшиеся от новгородских.

В торговом договоре Новгорода с немецкими городами, заключенном между 1258 и 1263 гг. и подписанном Александром Невским, специально указано, что новгородцы не несут ответственности за ограбление купцов и другие хозяйственные споры в Карелии:

«Оже кто гоститъ в Корелу, или немци или гтяне, а что ся учинитъ, а то Новугороду тяжя не надобе» [ГВНП. С. 57 № 29].

Под 1268/69 г. новгородская летопись упоминает, что князь Ярослав Ярославич собрал полки и собирался идти на Ревель, но немцы прислали послов, уговоривших сохранять мир. Тогда князь тоже захотел двинуться на Карелию, но его опять отговорили [НПЛ. С. 88, 319]. Трактовка этих событий вызывает затруднения у историков. Однако все очевидно указывает на обособленное положение Карелии в рамках Новгородской земли[456].

* * *

Нет никаких сомнений, что Александр Ярославич был жестким и властным правителем. Землю тавастов он разорил масштабно и основательно[457]. Наверняка шведскому королю было на что жаловаться[458]. Однако закрепиться там русские не пытались. Вскоре те земли окончательно были поглощены шведскими колонизаторами. Новый виток борьбы относится только к 1293 г., когда шведы начнут открытую агрессию против Западной Карелии, реализуя призывы верховного понтифика к крестовому походу, звучавшие еще в 1257 г.

* * *

Следует сказать, что в южной части земли тавастов сейчас известно 19 раннесредневековых городищ XI–XII вв. Из них наиболее обследованными являются городища Рапола (Rapola) и Хакойстен (Hakoisten; Hakoinen). Последнее – Хакойстенлинна (Hakoistenlinnа) – расположено в 15 км южнее современной Хямеэнлинны (Нäтеепlinnа) и представляет собой скалу (высота 143 м над уровнем моря), спускающуюся двумя уступами к югу и главенствующую над окрестностями. На верхнюю часть городища Хакойстен ведет узкая тропа с вырубленными в граните ступенями – это самая неприступная часть укрепления, детинец. На вершине выявлены фундаменты смотровой башни и каменной постройки. Нижний город ограждали массивные валы. Городище было вскрыто археологами в начале XX в. Тогда же появилось предположение, что Тавастхус (Tavastehus; совр. Хямеэнлинна) был первоначально основан на месте Хакойстенлинны, затем укрепление на Хакойстене разрушили и вновь заложили в 15 км севернее на острове у западного берега озера Ванаявеси (Vanajavesi), где находится сейчас замок Тавастхус. Впервые Тавастхус упоминается в источниках в 1308 г., как третья по значению финская крепость (после Турку и Выборга), но местоположение ее не отмечено.

Этапов вторжения/разорения в Тавастии в XIII – начале XIV в. можно зафиксировать несколько. Особенно показательными являются летописные свидетельства по новгородскому походу, состоявшемуся зимой 1310/11 г. В новгородской первой летописи сообщается:

«Ходиша новгородци воиною на Немецькую землю за море на Емъ съ княземъ Дмитриемь Романовичемъ, и переехавше моря, взяша первое Купецьскую реку <..> Потомъ взяша Черную реку всю, и тако по Чернои придоша к городу Ванаю, и взяша город, и пожгоша; а Немци възбегоша на Детинець: бяше бо место велми силно, твердо, на камени высоце, не имея приступа ниоткуду же; и сослаша с поклономъ, просяще мира; новгородци же мира не даша. И стояша 3 дни и 3 ночи, волость труче, села великая пожгоша, обилие все потравиша, а скота не оставиша ни рога; и потомь идуче, взяша Кавгалу реку и Перну реку, и выидоша на море, и придоша здорови вси в Новъгородъ» [НПЛ. С. 93, 333–334].

Городище Хакойстен. Литография 1845 г.

Судя по всему, под городом Ванаем и его неприступным кремлем подразумевается именно городище Хакойстенлинна. С этим согласно большинство исследователей. Существующий на месте современной Хямеэнлинны замок никак не подходит под приведенное описание. Он располагается на невысоком прибрежном холме – до начала XX в. острове, отделенном от берега болотистой низиной, ныне засыпанной. Первоначальный замок был сложен из крупных гранитных булыжников – без использования кирпича, а потому, как предполагают, мог выглядеть скалой. Однако при личном знакомстве с этими сооружениями становится ясно, что 7-метровые стены Тавастхуса невозможно сопоставить с 25-метровой скалой, отделяющей верхний город Хакойстен от нижнего. Первый и наиболее крупный исследователь истории Хямеэнлинны (Тавастхуса) Ю. Айлио считал, что в 1220-е гг. в период проповеди там епископа Томаса было заложено первое шведское укрепленное поселение в земле еми – замок Тавастхус, который располагался на городище Хакойстен. После его разрушения – скорее всего, в период восстания тавастов во второй половине 1230-х гг. – он был заново заложен в 15 км севернее, вероятно, ярлом Биргером в 1249 г. Однако пока вокруг нового поселения не были возведены каменные стены, шведская база в Тавастии оставалась на скале Хакойстен [Ailio 1917. S. 82–87, 102–103]. Параллельно с мнением Айлио исследователи продолжают обсуждать версии о строительстве Биргером Тавастхуса на месте Хакойстена, а также сопоставлять современные укрепления Хямеэнлинны с летописным описанием новгородского похода 1311 г.[459] Наиболее распространенным сейчас можно считать мнение, что в 1249 г. Биргер основал Тавастхус на месте Хакойстенлинны, а потом – в конце XIII в. – шведский административный центр был перенесен уже на современное место.

Следует заметить, что находок ранее конца XIII в. на Хакойстене нет: самая ранняя датирующая находка – серебряная монета шведского короля Биргера Магнуссона (1290–1318 гг.). Более того, это поселение исчезает уже в 1380-х гг. То есть оно существовало на достаточно ограниченном отрезке времени. Айлио допускал, что укреплениями Хакойстена шведы пользовались, пока работы на озере Ванаявеси не были закончены. Как показывают обследования замка Хямеэнлинна, его строительство также не