Черноногие и бизоны - Джеймс Уиллард Шульц

Голодный, всё больше и больше злясь на себя за то, что не воспользовался своим луком и стрелами там, под прикрытием скалы, мужчина медленно побрел домой; сел в своем вигваме, и отказался от еды, которую предложила ему его женщина, сердито сказав ей:

– Я сумасшедший трус. Я не имею права есть твою еду.

– Но это твоя еда, твоё мясо; оно тебе нравится, и ты принес его нам, – сказала его сидящая рядом жена. Он не ответил.

Наступил вечер, и мужчина вышел из своего домика, выкрикивая приглашения некоторым из своих друзей зайти и покурить с ним. Когда они удобно расположились, и трубка пошла по кругу, он рассказал им о своем приключении с бизонами и о своей трусости, о том, как он не попытался убить кого-нибудь из тех, кто бежал так близко от него, находящегося в безопасности под прикрытием скалы.

Когда он закончил, один из его друзей сказал:

– Как это было странно. Конечно, мы всегда заманивали антилоп, подманивали их поближе и убивали, но я никогда не думал, что бизонов можно привлечь какой-то странной вещью, которую они увидят.

Другой друг сказал:

– Несомненно, это бизоний камень, который ты носишь, привлёк стадо, устремившееся к тебе.

И ещё один добавил:

– Теперь, когда мы знаем, что бизонов можно заманить чем-то необычным для них, возможно, мы сможем придумать какой-нибудь способ, который можно с успехом применить, чтобы добыть их побольше.

И с этим все быстро согласились.

Так и случилось, что наши далёкие предки начали успешно заманивать в ловушку и убивать стада бизонов. Мы не знаем, как они делали эти, без сомнения, многочисленные попытки, но в конце концов они придумали надежный способ достичь своей цели.

У подножия скалы где-то в долине Большой Северной реки (Саскачеван) они построили очень большое ограждение из того материала, который смогло собрать племя; сам утёс образовал внутреннюю часть этого ограждения Начиная от его вершины, прямо от этого узкого места, они сделали расходящиеся линии из камней и кустарника, которые уходили далеко на равнину. Это сооружение они назвали просто пискан (загон, изгородь).

Когда все было закончено, вожди, посовещавшись с молитвами и песнями Солнцу, назначили человека, который проводил ритуал с бизоньим камнем, зазывателем (ахва ваки). После этого каждый вечер в вигваме зазывателя собирались жрецы Солнца, которые совершали обряд бизоньего камня, искренне молясь Солнцу о том, чтобы оно привело стадо бизонов в такое место, откуда их можно было бы заманить. Кроме того, несколько сотен мужчин и женщин были назначены пугающими (авпуо такс), которые должны были поторопиться и спрятаться за каменной оградой, когда их позовут.

Кай! Прошло совсем немного времени, прежде чем они увидели стадо, пасущееся за далеко отстоящими друг от друга концами линии каменных оград, сразу за небольшим гребнем на равнине, который не позволял им увидеть пугающих, спешащих к каменным оградам, или зазывателя, бегущего к гребню. Он медленно взбирался на него, так медленно, что бизоны не заметили его, пока он не добрался до вершины. На нём была бизонья шкура мехом наружу; он ухватил её за края, взмахнул ею, как птица крыльями, и закричал:

– Ого-го-го! Ого-го-го! Ого-го-го!

И тут же все животные в стаде перестали пастись и уставились на него: они продолжали смотреть, пока он снова и снова повторял свои движения и крики.

Наконец, пригибаясь, насколько это было возможно, чтобы удержаться на ногах, он пробежал немного по вершине хребта, затем свернул вниз и скрылся из виду; вскоре он вернулся на гребень, ещё раз взмахнул шкурой, прокричал и снова исчез Он снова вернулся на гребень и увидел, что несколько коров трусцой направляются к нему – они всегда были более бдительными и любознательными, чем быки. Когда, согнувшись в поясе, он с улюлюканьем снова побежал по гребню, коровы перешли на быстрый бег и всё стадо погналось за ним.

Теперь он сбросил свою одежду и побежал вниз с гребня, прямо к центру пространства между двумя рядами каменных оград. Он бежал все дальше и дальше, а бизоны гнались за ним, настигая его. Они приблизились к каменным оградам, и пугающие начали подниматься по обе стороны от них и сзади, крича и размахивая своими накидками, так напугав их, что они не заметили, как зазыватель свернул в сторону и перескочил за каменную ограду. Всё стадо продолжало нестись прямо к обрыву. Когда передние приблизидись к нему, они не могли ни остановиться, ни свернуть в сторону. Они были сброшены с него, и все остальные, словно слепые, последовали за ними; их поток, похожий на водопад, кружился снова и снова и падал в большой пискан у подножия скалы. Многие погибли при падении. Те, кто ещё был жив, вскоре были убиты многочисленными охотниками, поджидавшими их там.

Ха! Как счастливы были мужчины и женщины, когда они бросились в пискан и своими кремневыми ножами, каменными топорами и молотками принялись разделывать животных – целое стадо бизонов было заманено в ловушку и убито с легкостью; мяса хватило бы всему племени на много дней. Неудивительно, что охотники всё пели и пели, воздавая хвалу Солнцу за его помощь. Больше не придется им ни в жаркие летние дни, ни по глубокому зимнему снегу, проделывать долгий и утомительный путь в поисках мяса для себя, своих женщин и детей. А что касается зазывателя, то все они были так рады, что он стал святым человеком, заслуживающим всяческого уважения и заботы.

Благодаря обильным запасам мяса и шкур, добываемых с помощью своих писканов, люди в давние времена жили хорошо; со временем их стало так много, что по разным причинам им пришлось разделиться. Так они разделились на три племени: сиксика (черноногие), кайна (Кровь) и пикуни (пиеганы). От Большой Северной реки (Саскачеван) на юг до Вапити (Йеллоустоун), и от Хребта (Скалистые горы) далеко на восток, по равнинам, они кочевали и разбивали лагеря, сражались с вражескими племенами, сделав эту обширную страну своей. Так получилось, что, в конце концов, вдоль каждого из его многочисленных ручьев у них появились писканы, и их существование постоянно зависело от них.

Затем, мы не знаем, как давно это было, военный отряд пикуни, отправившийся далеко на юг, в Страну Вечного лета, сделал очень странное открытие, настолько странное, что они с трудом могли поверить в то, что увидели: какие-то