Записки расхитителя гробниц. Том 1 - Наньпай Саньшу

печальный: если людям удавалось их схватить, им сперва отрубали все конечности, а затем живьем закапывали в землю. Когда же речь заходила о происхождении «запретных дев», тут всегда так или иначе оказывались замешаны беременные женщины. Уверен, в нашем случае не обошлось без того трупа из «насыщающего гроба» в боковой камере. А если еще вспомнить рассказы третьего дяди о настенных росписях с пузатыми людьми, становилось ясно, что «запретная дева» появилась в подводной гробнице неслучайно. Вполне возможно, что хозяин гробницы сам ее сюда подселил.

Пока я размышлял, Молчун, обеспокоенный тем, что тварь снова придет, если мы не поторопимся, махнул нам рукой, приглашая продолжить путь. Я снова прислушался к происходящему в камере, но шаги стихли, а мы так и не поняли, кто это прошел у нас над головами. Учитывая, какую громкую возню мы устроили в тоннеле, вполне вероятно, что нас услышали, так что задерживаться и правда не стоило – лучше как можно скорее двигаться дальше.

Я взглянул на Толстяка, и тот согласно кивнул. По его лицу я ясно видел, что он тоже не хочет тут оставаться. Я велел ему включить свой фонарь и прикрепить на ремень так, чтобы мы всегда могли видеть, что происходит сзади, а сам зажал в руке зажигалку и пополз вперед.

Вскоре тоннель снова изогнулся зигзагом и повел нас вверх. Я взглянул вперед и понял, что в этом месте копавший тоннель уперся в стену гробницы, за которой было только море, поэтому ему оставалось лишь поменять направление и начать пробиваться вверх в поисках выхода. Может быть, Се Ляньхуань рассуждал в одном ключе с нами и хотел выбраться через самое высокое место гробницы.

С того момента, как мы попали в тоннель, прошло всего около получаса. Видимо, подводная гробница не такая уж и большая. У меня еще по пути возникло ощущение, что длина и ширина захоронения совсем невелики, но главным вопросом оставалась его высота. Сейчас она, по примерным прикидкам, получалась около тридцати метров. По современным стандартам, где высота одного этажа составляла три метра, гробница получалась размером с десятиэтажное здание. Звучало, конечно, грандиозно, но и не сказать чтобы настоящее чудо.

Другого пути у нас не было, только наверх. Какое-то время, примерно в одну сигарету, мы карабкались вверх, пока Молчун не застыл на месте. Когда я вопросительно подпихнул его, он обернулся и тихо произнес:

– Тупик.

Я опешил. Да быть такого не может! Я поскорее подполз ближе к Молчуну и понял, что мы действительно оказались в тупике: выход был заложен крупными гранитными плитами. Я толкнул одну из них ладонью. Плиты были очень тяжелыми, но сдвинуть их с места выглядело как вполне осуществимая задача. Вдвоем мы с Молчуном немного приподняли одну из плит, и в образовавшуюся щелку тут же полился свет.

Пока мы недоумевали, откуда в камере освещение, нашим рукам вдруг стало легко, потому что плита, которую мы держали, куда-то исчезла.

39. Потасовка

Я пораженно взглянул вверх, осознав, что плиту кто-то поднял. Я ожидал увидеть там либо третьего дядю, либо А-Нин, ведь, кроме них, в подводной гробнице больше никого быть не могло. Каково же было мое удивление, когда я увидел над собой здоровенную, заросшую чешуей морскую обезьяну, которая, согнувшись, сидела над дырой и взирала на меня сверху вниз. Краем глаза я заметил, что из ее окровавленного плеча торчит гарпун, и мысленно вздохнул. И правда – для врагов всякая дорога узка. Вот же привязался!

Такой кинематографичной сцены я никак не ожидал, поэтому в первый момент слегка растерялся. Миг спустя кто-то потянул меня за штанину. Я опустил голову и понял, что это Молчун давал мне знак скорее залезать обратно. Обведя взглядом громадную морскую обезьяну, я понял, чего он хотел, и торопливо влез назад в тоннель. Проход шел вниз с легким уклоном, а из-за того, что мне приходилось протискиваться мимо Молчуна, двигаться было еще неудобнее. Я кое-как, медленно-медленно прополз немного вниз, когда морская обезьяна внезапно глухо рыкнула и просунула голову в дыру. Едва свирепая морда очутилась прямо перед моим лицом, я от испуга поскользнулся и, впечатавшись задом в стенку тоннеля, резво по ней съехал.

Помощь пришла откуда не ждали: пусть мой зад и болел, зато я смог вернуться в тоннель гораздо быстрее. А обезьяна была слишком большой и в жизни бы не протиснулась в узкий лаз, так что у нас, по крайней мере, появилось время для краткой передышки. Думать так, конечно, было очень наивно с моей стороны – как будто Небеса собирались следовать моим желаниям! Съехав вниз на полметра, я вдруг наткнулся на Толстяка, который, наоборот, упорно лез наверх с криками:

– Вверх, вверх! «Запретная дева» опять приползла!

Перепугавшись, я заглянул ему за спину и увидел, что по последнему из изгибов тоннеля к нам уже ползет огромная копна черных волос. Я только выругался про себя. Беда не приходит одна – она приходит именно с тем, чего боишься больше всего.

Я быстро перебросил зажигалку Толстяку, чтобы он выиграл нам немного времени, а сам поднял голову, чтобы оценить обстановку наверху. Однако стоило мне шевельнуть шеей, как плечо внезапно пронзила острая боль. Обернувшись, я понял, что это была морская обезьяна. Хоть она и обладала слишком широкой фигурой, ее шея была довольно гибкой, поэтому, как только я потерял бдительность, она тут же вцепилась мне в правое плечо.

Это было совсем некстати. Обезьяне удалось укусить как надо: она так глубоко вонзила клыки в мою плоть, что я от боли едва не потерял сознание, но хорошо хоть мышцы не задела. Я хотел было вырваться, но морская обезьяна с силой выдернула меня из тоннеля.

Я свисал у нее из пасти, болтаясь где-то в воздухе. Судя по всему, она не собиралась убивать меня сразу, но я понимал, что стоит ей посильнее мотнуть головой, как меня мгновенно разорвет на две примерно равные половинки. Как бы я ни боялся, у меня не было иного выбора, кроме как сражаться. В порыве отчаяния я со всей силы пнул гарпун, торчащий из плеча обезьяны, которым я же ранее в нее выстрелил, и загнал его еще глубже в рану. Обезьяна взревела от боли и отшвырнула меня в сторону.

Я использовал все свои силы, чтобы перекатиться по полу семь-восемь раз и смягчить удар от приземления, но, когда попытался встать, понял, что совсем не могу использовать правую руку. Морская обезьяна тем