Тарзан неукротимый. Тарзан Грозный. Тарзан и Золотой лев - Эдгар Райс Берроуз

же уверенностью, с какой вы могли бы пройтись по главной улице соседнего городка, Тарзан вошел в город хо-донов Э-лур. Первым, кто обнаружил подлог, оказался ребенок, игравший в арке ворот одного из обнесенных стеной зданий.

– Без хвоста! Без хвоста! – прокричал он, запустив в него камнем, а затем он вдруг оцепенел, и глаза его широко раскрылись, когда он ощутил, что существо перед ним отличается от обычного воина хо-дона, лишившегося хвоста. Ойкнув, ребенок повернулся и с криками убежал во двор своего дома.

Тарзан пошел дальше, в полной мере сознавая, что надвигается момент, когда решится судьба его плана. И ждать долго не пришлось, потому что на следующем повороте извилистой улицы он лицом к лицу повстречался с воином хо-доном. Он заметил внезапное удивление в глазах последнего, которое моментально сменилось подозрением, но, прежде чем тот успел заговорить, Тарзан сам обратился к нему.

– Я чужак из иных земель, – сообщил он, – я хочу говорить с Ко-тэном, вашим царем.

Воин отступил на шаг, опуская руку на свой нож.

– Никакие чужаки не входят в ворота Э-лура, – заявил он, – кроме врагов и рабов.

– Я пришел сюда не как раб или враг, – ответил Тарзан. – Я пришел прямо от Джэд-бен-Ото. Смотри! – Он протянул ему ладони, чтобы хо-дон увидел, как сильно они отличаются от его собственных, а затем развернулся спиной, чтобы тот отметил отсутствие хвоста, поскольку именно на этом факте основывался его план, ведь он помнил, как ссорились Тэ-ден и Ом-эт, когда ваз-дон утверждал, что у Джэд-бен-Ото имеется длинный хвост, тогда как хо-дон с неменьшим жаром отстаивал убеждение, что бог бесхвостый.

Глаза воина широко раскрылись, и в них отразилось благоговение, хотя все еще смешанное с подозрением.

– Джэд-бен-Ото! – пробормотал он, а затем: – Это правда, что ты не хо-дон и не ваз-дон, и еще правда, что у Джэд-бен-Ото нет хвоста. Идем, – позвал он. – Я провожу тебя к Ко-тэну, потому что негоже простому воину разбираться с таким делом. Иди за мной. – И, все еще сжимая рукоять своего ножа и напряженно косясь на человека-обезьяну, он повел его по Э-луру.

Город занимал изрядную площадь. Иногда группы домов разделяло приличное расстояние, а потом они снова близко подступали друг к другу. Встречалось множество особенно величественных групп, явно высеченных из самых высоких холмов, которые зачастую поднимались на сотню футов, а то и выше. Пока они шли, им попадалось множество воинов и женщин, все смотрели на чужака с большим интересом, но никто не пытался как-нибудь ему угрожать, когда становилось ясно, что его ведут в царский дворец.

Наконец они дошли до особенно крупного скопления построек, растянутых на большое расстояние, которые выходили западными фасадами на широкое голубое озеро и явно были высечены из одного природного утеса. Эту группу строений окружала стена, выше которой Тарзан здесь еще не видел. Провожатый подвел его к воротам, перед которыми сидело больше дюжины воинов, поднявшихся на ноги и преградивших путь, когда Тарзан с сопровождающими показались из-за поворота дворцовой стены, – к этому моменту за ним тянулось столько любопытных, что стражникам они показались громадной толпой.

Выслушав его провожатого, стражники провели Тарзана во двор, где и оставили дожидаться, пока один из охранников вошел во дворец, явно для того, чтобы оповестить Ко-тэна. Спустя пятнадцать минут появился крупный воин в сопровождении еще нескольких, все они, подходя, рассматривали Тарзана с неприкрытым любопытством.

Глава отряда остановился прямо перед человеком-обезьяной.

– Кто ты такой? – спросил он. – И чего ты хочешь от Ко-тэна, нашего царя?

– Я друг, – ответил человек-обезьяна, – и я пришел из страны Джэд-бен-Ото, чтобы навестить Ко-тэна из Пол-уль-дона.

Похоже, это произвело впечатление на крупного воина и его подчиненных. Тарзан видел, как последние перешептываются между собой.

– Как ты пришел сюда, – не отставал главный, – и чего тебя нужно от Ко-тэна?

Тарзан выпрямился во весь рост.

– Довольно! – воскликнул он. – Куда это годится, чтобы с посланником Джэд-бен-Ото обходились словно с бродячим ваз-доном? Немедленно проводите меня к царю, пока гнев Джэд-бен-Ото не обрушился на вас!

Человек-обезьяна задавался вопросом, как далеко заведет его эта ничем не подкрепленная демонстрация уверенности, и вот теперь с насмешливым интересом ожидал результата. Впрочем, долго ждать не пришлось, потому что почти в тот же миг поведение его собеседника переменилось. Он побледнел, бросил испуганный взгляд на восточный горизонт, после чего протянул к Тарзану правую руку, положив ладонь левой себе на сердце в жесте, означавшем предложение дружбы, общем для всех племен Пол-уль-дона.

Тарзан быстро отступил назад, словно избегая руки, способной его осквернить, и его лицо страшно исказилось от гнева и отвращения.

– Остановись! – взревел он. – Кто смеет касаться неприкосновенного посланника Джэд-бен-Ото? Даже Ко-тэн сможет получить от меня подобное право только как знак особенной милости Джэд-бен-Ото! Поторопись! Я и без того прождал уже слишком долго! Что за прием оказали хо-доны в Э-луре сыну моего отца!

Сначала Тарзан подумывал принять на себя роль самого Джэд-бен-Ото, но потом понял, что будет трудно и довольно скучно вынужденно и без передышки изображать бога, и по мере того, как разработанный им план успешно воплощался, его внезапно осенило, что авторитет сына Джэд-бен-Ото будет куда весомее, чем рядового посланника бога, и в то же время даст ему определенную степень свободы действий, и еще человек-обезьяна рассудил, что от молодого бога не станут ждать, чтобы он держался с достоинством и важностью великого старого бога.

На этот раз его слова произвели действие немедленное и болезненно отразившееся на всех, кто оказался поблизости. Они дружно шарахнулись от него, а тот, который говорил с ним, теперь едва не падал с ног, охваченный неприкрытым ужасом. И его извинения, когда наконец парализовавший его страх позволил ему все же озвучить их, были такими униженными, что человек-обезьяна едва сумел подавить насмешливую улыбку.

– Смилуйся, о Дор-уль-Ото! – взмолился воин. – Прости несчастного старого Дэк-лота. Следуй за мной, я проведу тебя к Ко-тэну, царю, который с трепетом ожидает тебя. Расступитесь, презренные! – крикнул он, расталкивая своих подчиненных по сторонам, чтобы дать дорогу Тарзану.

– Идем! – непререкаемым тоном воскликнул человек-обезьяна. – Веди меня, а все остальные пусть идут следом.

Теперь уже до предела запуганный Дэк-лот сделал так, как ему было велено, и Тарзана из племени обезьян провели во дворец Ко-тэна, царя Пол-уль-дона.

Глава 9

Кровавые алтари

Дверной проем, через который он бросил первый взгляд во внутренние покои дворца, был украшен геометрическими резными узорами, которые повторялись и на стенах; впрочем, переходя из одного зала в другой, он обнаружил там заодно фигуры зверей, птиц и людей, занимавшие свое место среди более симметричных элементов стенного декора. Здесь было много каменных сосудов, а также золотых украшений и шкур разных животных, однако он нигде не увидел ни единого куска сотканной материи, и это означало, что по крайней мере в этом отношении