Кошмар на улице Кошмаров - Роберт Лоуренс Стайн

К слову, о миссис Стейли…

Услышав свирепый лай, он повернулся к ее дому. Никаких сомнений: устрашающие звуки доносились из открытого окна.

Почему она сказала, что у нее нет собаки?

Размышлять об этом не было времени. Шон припустил к дому. Толкнув дверь черного хода, он вошел на кухню. Да. Та же самая кухня. Вот тарелки, сложенные в стопку на краю раковины… солнечные часы над кухонной стойкой, отстающие на пять минут… бейсболка, которую он утром забыл на стуле…

Это действительно был их дом.

Женщина достала из сумочки телефон.

– Мне нужно сделать пару звонков. Иди в свою комнату и полежи до ужина, хорошо?

Шон кивнул. Он по-прежнему ничего не понимал, но был счастлив хотя бы вернуться домой.

– Вздремни, – сказала она. – Я не хочу, чтобы ты заболел.

Шон снял рюкзак и понес его по коридору в свою комнату. Он бросил его на пол перед шкафом, затем сел на кровать и огляделся.

Все было на своих местах. Плакат фильма «Соник», кривовато висящий на стене над его рабочим столом. Серебряные футбольные кубки его прежней школьной команды на книжной полке. Коробки, которые он не успел распаковать.

Дом исчез.

Дом появился снова.

Шон снял кроссовки и отфутболил их в сторону. Сидя на краю кровати, он пытался собраться с мыслями. Обдумать все, что произошло.

«Ничего не имеет смысла. Это, должно быть, сон.

Я застрял во сне и не могу проснуться».

И тут у него возникла очень тревожная мысль.

«А вдруг я сам – ненастоящий? Вдруг я – персонаж чьего-то кошмара?

Вдруг Джо и Сэди – настоящие дети, а я им просто снюсь?

Нет, не может быть. Исключено».

От всех этих пугающих мыслей у него разболелась голова. Шон закрыл глаза и уронил голову на руки, но это ни капельки не помогло.

Он открыл глаза, услышав шаги в коридоре.

Кто-то быстро приближался к его комнате.

Он вскочил на ноги и повернулся к двери.

И вскрикнул при виде фигурки, возникшей в дверном проеме:

– А? Ты здесь?!

Глава 23. И вновь продолжается вой

– Адди! Ты здесь?! – воскликнул Шон.

Сестренка, руки в боки, протопала в спальню и насмешливо посмотрела на него.

– Ну да, я здесь. Только не благодаря тебе. Почему вы с мамой не дождались меня?

Шон осознал, что смотрит на нее, разинув рот. Он поморгал, желая убедиться, что Адди не исчезнет снова.

Может, это галлюцинация?

Адди тряхнула волосами и погрозила ему пальцем.

– Уехал с мамой, а я чеши домой пешком!

– Я… я… – пробормотал Шон. – У меня был урок фортепиано, и…

– Фортепиано! – взвизгнула Адди и расхохоталась. – С каких пор ты учишься играть на фортепиано?

– Ну да, – проговорил Шон, – но…– Подавшись вперед, он сжал ее руку.

– Эй! – Адди вырвалась. – Ты что, больной? На фиг так делать?

– Потому что мама сказала директору, что ты ненастоящая. Сказала, что тебя не существует.

Адди врезала ему кулаком в грудь.

– Ох! – вскрикнул Шон и отпрянул, потирая ребра.

– Ну что, чудило? – спросила Адди. – Существую я или нет?

– Ладно-ладно. – Шон поднял руки. – Ты существуешь. Слушай, сумасшедший был день.

– У тебя каждый день сумасшедший! – огрызнулась Адди.

Шон обошел ее и закрыл дверь спальни.

– Послушай, – прошептал он. – Та женщина внизу… она не наша мама.

Адди закатила глаза.

– Ой, правда? А кто же? Наша прапрабабушка?

Шон поднес палец к ее губам.

– Шшш. Выслушай, Адди. Она ведет себя как наша мама, но…

– Пора ужинать! Идите на кухню! – позвала женщина из-за двери.

– Ты что, напугать меня хочешь? – спросила Адди. – А вот дудки. – Она открыла дверь спальни и вышла в коридор.

– Адди, подожди… – позвал Шон. Вздохнул. Поздно. Она была уже на полпути к лестнице.

Шон сделал глубокий вдох и пошел на кухню. Он не мог перестать думать обо всем, что произошло за этот день.

Ночник-мышонок в его комнате. Тряпичная кукла в его кровати. Косматый директор в темной кладовке.

Его дом исчез и появился…

Его сестренка исчезла и появилась…

Его мама исчезла…

И появилась эта новая мама.

Слишком много странностей! Слишком много!..

– Поторопись! Твоя яичница остынет! – снова позвала женщина.

Шон вошел на кухню. Сестренка уже сидела за столом, вытряхивая соль в яичницу. Адди нравилось посоленее.

Шон выдвинул стул и уже хотел сесть, но замер, услышав снаружи знакомый звук.

Женщина уселась в другом конце стола.

– Шон, в чем дело? – спросила она.

– А вы не слышите? – вопросом на вопрос ответил Шон. – Та злющая псина. Все лает и лает. У миссис Стейли во дворе.

– У миссис Стейли есть собака? – удивилась женщина. – Никогда бы не подумала.

Бешеный лай звучал почти как медвежий рев.

– Эта собака опасна, – заявил Шон. – Нельзя такую держать на улице.

С этими словами он отвернулся и подошел к окну. Посмотрел на задний двор миссис Стейли – и ахнул.

– Нет… нет… нет…

Он увидел миссис Стейли посреди двора. На ней была та самая меховая шуба поверх длинного красного платья.

Миссис Стейли стояла на четвереньках, запрокинув голову к небу. Она остервенело гавкала и выла на луну.

Глава 24. Тот же кошмар?

Шон и Адди переоделись в пижамы. Адди начала забираться в постель. Она поглядывала на него. Шон мерял шагами комнату, сцепив руки за спиной и что-то бормоча себе под нос.

Вздохнув, Адди вышла в коридор и остановилась на пороге его комнаты.

– Да что с тобой? Что ты ходишь взад-вперед? Будто зверь в клетке.

Шон остановился и повернулся к ней.

– Ничего не имеет смысла. Все неправильно. Я не хочу спать.

Она прищурилась.

– А почему?

Он вздохнул.

– Я знаю, что мне снова приснится кошмар. И мои кошмары слишком реальны. Я… я так запутался, Адди. Не знаю, что кошмар, а что нет.

Адди вошла в комнату и плюхнулась в кресло у стола.

– Нельзя же не спать всю ночь, – сказала она. – Эдак все уроки потом продрыхнешь.

– Я… Мне все равно, – ответил Шон. – Стоило нам сюда переехать…

Он осекся, услышав оглушительный злобный лай.

– Послушай! Ты же понимаешь, что это не собака? Это миссис Стейли!

Адди подняла руку, веля ему замолчать.

– Ну ладно, Шон, ладно. Ну да, соседка у нас ку-ку. Но мы здесь надолго. Не станет мама переезжать.

Шон присел на край кровати.

– Мы можем убедить ее, – сказал он. – Послушай, Адди, я тут загуглил улицу Кошмаров. И знаешь что?

– Что?

– А ничего! Представляешь? Вообще