Люди реки Кананари - Андрей Матусовский

Позднее во время ритуала Хорхе несколько раз подходил к нам и спрашивал, действительно ли все хорошо, довольны ли мы и разрешилась ли все-таки ситуация.

– Да-да, Хорхе, все хорошо, – говорил я ему.

Всего Хорхе подготовил шесть описанных выше головных уборов, которые надели шестеро мужчин. В течение всего праздника эти мужчины в головных уборах располагались в линию, восседая на низких деревянных скамеечках, стоявших между двух первых центральных опорных столбов малоки, лицом к центру коммунального жилища.

Мужчины украсили руки, немного выше локтя, браслетами, сделанными из каких-то круглых серо-коричневых плодов, каждый из которых был диаметром около семи миллиметров, кроме того на них закрепили зеленые веточки.

Слева и справа от сидящих мужчин в головных уборах находились дополнительные низкие скамьи, на них сидели другие мужчины. Я сидел справа от мужчин в головных уборах. Как гостю таивано дали мне самую высокую скамеечку, сказав, что праздник будет долгим и сидеть на такой скамеечке очень удобно. Маурисио сидел на шаманском месте рядом с первым левым центральным опорным столбом малоки. Женщины и девочки заняли противоположную от мужчин часть жилища.

Глиняный горшок с яхе стоял на земле около невысокого столба, на верхушке которого зажигают смолу или свечу, чтобы осветить малоку. Рядом с ним находилась большая пластиковая бочка, доверху заполненная чичей из маниока.

Праздник начался с того, что Маурисио громко произнес на языке таивано какие-то священные речитативы, за ним их повторили мужчины в головных уборах.

Двух молодых людей, приготовлявших яхе, для себя я назвал юношами яхе. Им была отведена важная роль. В течение всего праздника они обслуживали мужчин, поднося им чичу и яхе, поэтому сами юноши яхе не пили галлюциногенный напиток, не вдыхали мыно и не употребляли мамбе, сохраняя трезвость ума и координацию.

После того как ведущие церемонию мужчины в головных уборах произнесли священные речитативы, юноши яхе преподнесли им по маленькому калебасу с галлюциногенным напитком, затем сразу дали выпить чичу, которая находилась в более крупном калебасе. Затем юноши яхе стали обходить других мужчин, предлагая им выпить яхе и чичу. Поскольку я первый раз в жизни готовился принять яхе, Маурисио велел дать мне сначала выпить большую порцию чичи и только через несколько минут яхе.

Указания старого шамана имели свое практическое объяснение. В моем случае густая насыщенная чича подготавливала желудок непосвященного для приема очень горького сильнодействующего напитка. Для практиковавших яхе с детства мужчин таивано, как и для меня, чича служила жидкостью, помогавшей выводить из организма токсичные остатки галлюциногенного напитка.

Еще утром задолго до начала церемонии мужчины раскрасили свои тела и лица. Для этого они применили два вида краски. Для тела использовали растительную краску, которую они называли уве. Измельченные свежесорванные листья дерева определенного вида бросили в котелок с водой. Было видно, что вода никак не изменила свой цвет. Дав ей немного настояться, мужчины начали украшать себя. Сначала казалось, что они манипулируют с обычной бесцветной водой. Таивано вымыли в ней кисти рук, доведя мокрую область немного выше запястий, пучком влажных листьев провели по коленным суставам, несколько отступив ниже и выше их, полностью протерли ступни до уровня лодыжек, нанесли длинные продольные полосы на икры ног. Через несколько часов места, которые обработали раствором из листьев, окрасились в темно-фиолетовый, почти черный цвет.

В отличие от тела, роспись лица таивано осуществляют не растительной, а минеральной краской. Из путешествий к сакральным местам, расположенным в Серро-Аси, Серро-Гуакамайо и Серро-Мороко, паломники приносят в родную деревню кусочки минерала, встречающегося в горах и имеющего характерные хрупкую фактуру и цвет. Крупицы минерала хранят в маленьких квадратных плетеных коробочках в малоке, в той ее части, где проживает семья шамана Маурисио. Этот минерал легко растирается руками в порошок. Добавив в порошок немного воды, получают краску насыщенно-красного цвета, которую наносят на лицо.

Женщины раскрасили только лица, сделав это незадолго до ритуала или даже когда он уже начался.

Среди узоров, нанесенных указательным пальцем, на лицах мужчин и женщин преобладали широкие параллельные линии на щеках, треугольники, а также короткие отметины-мазки на лбу. Жена Маурисио раскрасила лицо маленького внука, совсем еще малыша, многочисленными красными пятнышками. Только у него была такая раскраска, и он походил на маленького ягуарчика.

Шаман Маурисио был без головного убора из перьев. Перед началом церемонии он достал из своей плетеной сумочки ожерелье, собранное из пяти-шести крупных клыков ягуара, и повесил его себе на шею. Я обратил внимание на важную деталь. У Маурисио отсутствовал кварцевый полированный стержень-цилиндр мутно-белого цвета, символ авторитета и знания куму, духовного лидера общины, которым, безусловно, являлся старый шаман, наблюдаемый мной ранее у таивано, к примеру, в 2014 году в Пуэрто-Ортеге во время обряда юрупари на другом куму – Рейнеле. На щеках Маурисио красовались отличительные узоры, их не было на лицах других мужчин, – два полукруга, своими основаниями вплотную подходившие к ушным раковинам, их округлые части соприкасались с уголками рта.

Мужчины, не руководившие церемонией, разобрали флейты Пана, сделанные из тростника разной толщины и длины, диаметр самой крупной трубки был около двух сантиметров, а длина – шестьдесят.

Принявшие яхе мужчины в головных уборах поднялись со своих скамеечек и встали в шеренгу в нескольких метрах перед ними, почти в центре малоки. Каждый из них держал в руке маракас.

Стоявшие мужчины запели, аккомпанируя себе маракасами, и медленно двинулись в танце вокруг центральных опорных столбов малоки: два шага вперед, один назад, немного отводя ногу в сторону, вновь два шага вперед, ноги выставляли вперед не прямо перед собой, а по диагонали. Их песенно-танцевальное выступление продолжалось около десяти минут. Затем они вернулись на свои места. Перед ними, спиной к центру малоки, сел на низкую деревянную скамеечку Маурисио. Юноши яхе вновь преподнесли сначала им, а потом всем присутствующим мужчинам яхе и чичу.

После употребления галлюциногенного напитка таивано сидели, тихо разговаривали, кто-то непринужденно играл на флейтах Пана, пытаясь исполнить разнообразные мелодии.

Помимо яхе и чичи мужчины принимали мамбе, вдыхали мыно и курили табачные сигары. Еще утром внуки Маурисио просушили над горящими листьями гарумо два больших широких банановых листа, от них мужчины отрывали по мере надобности небольшие полоски и скручивали из них трубочки-сигары, которые набивали табаком.

Я спросил Джони, как называется исполненный только что танец. Он немного подумал и сказал, что это танец тапира. Впрочем, все последовавшие за ним многочисленные танцы он называл так же.

Всего во время церемонии было исполнено несколько десятков различных танцев, в которых участвовали как мужчины, так и женщины. Обобщая, я выделил несколько типов танцев: с участием только мужчин; с участием мужчин, в том числе мальчиков; с участием мужчин и женщин, включая мальчиков и девочек. Все танцы были коллективными. Танцоры выстраивались в нескольких последовательностях: в ряд друг за другом; в ряд парами, положив руки на плечо впереди стоящему; в шеренгу, обхватив друг друга за пояс или плечи; если в танцах участвовали женщины, то они располагались в шеренгу через одного с мужчинами.

Направления движения в танцах было следующими: вокруг центральных опорных столбов малоки; змейкой вокруг и между центральных опорных столбов; встав вкруг в центре малоки. Танцоры часто меняли направление движения, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов. Им аккомпанировали зрители, игравшие на флейтах Пана. Часто сами танцоры, двигаясь, одновременно играли на флейтах Пана. На их лодыжках были подвязаны погремушки, сделанные из скорлупы орехов. Танцоры ритмично ударяли ногами о землю в такт своему движению.

Помимо нескольких головных уборов из перьев Хорхе достал также из плетеной коробки один-единственный предмет, отличавшийся ото всех, демонстрировавшихся на празднике, по сути,