1915 год. Борьба за русские крепости на Восточном фронте - Максим Викторович Оськин

перегруппировок и маневрирования резервами внутри обороняемой провинции. Если же помнить о разнице в ширине русской и европейской колеи, то очевидно, что впредь до захвата трофейных паровозов и вагонов, либо до перешивки германской железнодорожной колеи на русский размер, русское командование могло рассчитывать лишь на кавалерию и гужевой транспорт. Во имя транспортного и, значит, маневренного превосходства, вдоль побережья Балтийского моря была проведена вторая железнодорожная ветка, ведшая из-за Вислы из глубины Германии (прямо от Берлина) до наиболее мощного крепостного района Восточной Пруссии – крепости-порта Кенигсберг. Следовательно, даже продвигаясь вглубь Восточной Пруссии, во имя обеспечения своих еще не налаженных коммуникаций, русские должны были бы держать против Кенигсберга сильный отряд для блокады, дабы избежать вероятного удара по своим тылам[55].

Другим противником Российской империи на западной границе являлась Двуединая монархия. В Австро-Венгрии к началу войны имелось более 40 крепостей и укреплений, но большая их часть находилась на консервации, и только 17 имели комендатуры, на базе которых могли быть развернуты гарнизонные войска. Это объяснялось как финансовым состоянием страны, так и внешнеполитической ориентацией, позволившей отказаться от части крепостных районов. После заключения ряда договоров австро-германского союза крепости на северной границе с Германией были упразднены, а вооружение – отправлено в Галицию и Боснию-Герцеговину. Так как страны-противники на будущую войну в основном уже определились, то австрийцы, в первую очередь, старались укреплять те крепости, что располагались на границе с Россией и Сербией.

Главными австрийскими крепостями на восточной границе являлись Краков на Висле, Перемышль на Сане, Залещики и Сучава на Днестре. В крепостях любого государства на вооружении всегда состоят устаревшие артиллерийские системы, которые уже не требуются в полевых армиях, но вполне могут пригодиться для ведения крепостной борьбы. В Австро-Венгрии, как и в России, в крепостях находилось много орудий устаревших артиллерийских систем. Это, например, 9-см пушка образца 1875г., 18-см гаубица, 15-см осадная мортира образца 1880 г.

Главным опорным пунктом Австро-Венгрии на Восточном фронте являлась крепость Перемышль. В начале войны здесь расположилась Ставка австрийского Верховного командования. В свою очередь, столица австрийской Галиции – Львов – как крепость была заброшена, его укрепления были разоружены и обветшали: «отказ австро-венгерского генерального штаба от устройства вокруг Львова крепости объясняется тем, что все трудности и расходы, связанные с этим, не окупались его стратегическим значением»[56]. С началом мобилизации комендант Львова генерал-майор Ф. Гостина пытался сделать хоть что-нибудь, но времени оставалось слишком мало. Не успела 19 июля начаться война, как всего через месяц в столицу Галиции вошли русские войска. Потерпев поражение восточнее Львова, в сражении на Двух Липах, части 3-й австрийской армии Р. фон Брудермана очистили город, не имея сил защищать его.

Северный фас австрийского фронта, находившийся на стыке с немцами и располагавшийся напротив русского левобережного плацдарма на Висле, укреплял Краковский крепостной район. Древняя столица Польши, после Наполеоновских войн перешедшая к Австрии, кроме того, являлась и железнодорожным узлом. Краков позволял маневрировать силами и средствами на левом берегу Вислы в случае, если бы русские перенесли свое развертывание в Польский выступ, как то задолго до 1914г. предлагалось Д.А. Милютиным и Н.А. Обручевым, а затем развивалось М.В. Алексеевым: «Важнейшим стратегическим пунктом Западной Галиции являлся Краков. Он лежал на кратчайших путях, ведущих из России в Вену. В 50км к западу от него, через пограничную станцию Гранипа, проходила Варшаво-Венская железная дорога, Через самый же Краков проходила главная магистраль, связывавшая Галицию с Австрией. В районе Кракова оба берега Вислы принадлежали Австро-Венгрии, почему, владея Краковом, австрийцы получали, возможность свободы маневра на обоих берегах Вислы. Все это заставило австро-венгерский генеральный штаб сделать из Кракова сильную крепость»[57].

В Кракове сходились все точки обороны и наступления на наиболее удобном для полевых действий равнинном театре. Ведь в этом случае не пришлось бы преодолевать Карпаты, расходуя людей и боеприпасы в малоперспективных горных боях. Русские генштабисты отмечали, что Краков «обеспечивает австрийцам беспрепятственное маневрирование на обоих берегах Вислы, господствует над всеми кратчайшими операционными путями русской армии к Вене в обход Карпат, а в случае наступления австрийцев в наш Передовой театр по западному берегу Вислы будет им служить опорным пунктом»[58].

Разумеется, что Перемышль и Краков не являлись изолированными крепостными районами, а, подобно германским укрепленным районам, логически дополняли друг друга. Совокупное значение Кракова и укрепленной линии реки Сан заключалось в том, что «между ними, под защитой Вислы и Сана, может быть сосредоточена вся австро-венгерская армия, которая найдет в названных укрепленных пунктах района готовые, хорошо защищенные выходы через эти водные преграды. А в обильных дорогах, подходящих к району Краков – Перемышль, с юга и запада и отходящих от него на север и восток, весьма благоприятные условия для быстрого сосредоточения и движения вперед в пределы Привислинского края или Волынской губернии»[59]. То есть австрийцы укрепили свои водные рубежи – Вислу и Сан. Тем самым они создали мощные препятствия для наступавших на запад русских армий.

И действительно, русские войска сумели преодолеть линию Сана, осадив Перемышль и завязав борьбу за Карпаты. Но овладеть Краковом русский Юго-Западный фронт так и не смог. Наиболее реальный шанс для этого в ноябре 1914г. имела 3-я армия Р.Д. Радко-Дмитриева, едва не вырвавшая победу в Краковско-Ченстоховской операции. Успехи войска Радко представлялись несомненными. Верховный главнокомандующий (Главковерх) великий князь Николай Николаевич 20 декабря телеграфировал императору, что за последние две недели 3-я армия взяла 311 офицеров и 22 269 солдат, 7 орудий и 45 пулеметов[60]. Комендант крепости Брест-Литовск В.А. Лайминг уже был назначен командующим осадным корпусом для предстоящего штурма Кракова. В Ставке Верховного командования его характеризовали как «важный административный центр, 150 тыс. жителей, гнездо ненависти к России». Но противник бросился на Лодзь, а в русских армиях уже не хватало снарядов. Главнокомандующий австро-венгерскими вооруженными силами Ф. Конрад фон Гётцендорф сумел создать ударную группировку, одержавшую успех в сражении у Лиманова – Лапанува, а отход Северо-Западного фронта после Лодзинской операции вынудил к отступлению и армии Юго-Западного фронта.

Действительно, в связи с обозначившимся успехом 3-й армии на краковском направлении, 24 октября начальник штаба Юго-Западного фронта М.В. Алексеев сообщал в Ставку, что осада Кракова уже не за горами, а значит надо составить вторую блокадную армию по примеру Перемышля, в это время осажденного 11-й армией А.Н. Селиванова. Алексеев отметил, что «в Кракове придется иметь дело преимущественно с германским управлением и войсками, и, конечно, характер действий гарнизона не будет столь пассивным, как под Перемышлем». В распоряжении штаба фронта подходящих