Приключения на Изнанке. Исчезновение волшебника - Алиса Шур

Лоркан и Делвин переглянулись и задержали дыхание. Майкрон не сомневался, что все они думают об одном и том же – либо конкретно этот злой колдун самый отъявленный разгильдяй в истории темных сил, либо он ждет их за дверью собственной персоной.

Эль решительно вышла вперед, взялась за тяжелое металлическое кольцо и толкнула одну из створок двери.

Внутри их действительно ждали.

* * *

Вот только это был не колдун. Да и насчет «ждали» Майкрон погорячился.

В небольшой тускло освещенной зале, под завязку забитой шкафами с книгами и тяжелыми коваными сундуками, возле огромного стола в самом центре стояли парень и девушка и самозабвенно рылись в бумагах.

Майкрон не видел слуг колдуна, но сразу понял, что это не они.

Дверь захлопнулась за спинами друзей с едва слышным щелчком, но парочка мгновенно вскинула головы. По кожаным курткам с нашитыми на плечах и груди металлическими пластинами и арбалетам за спинами Майкрон уверенно опознал наемников и обнажил меч. Пока незнакомец со все возрастающим изумлением изучал их разношерстную компанию, его подруга успела взять себя в руки и холодным тоном поинтересовалась:

– Зачем вы пришли? Может, еще разойдемся.

– Зачем мы пришли? – возмутилась Эль. – Это покои моего Отца!

– Зря ты это сказала, – буркнул Лоркан и предупреждающе вскинул лук. Наемница, изготовившаяся метнуть кинжал, с сожалением опустила руку. – Мы здесь тоже с неофициальным визитом. Показывайте, что взяли и, если нам это не нужно, валите.

Наемница замешкалась с ответом, а вот ее приятель молчать не стал:

– Да ничего мы не взяли. Ну и бардак развел твой папаша!

Эль открыла было рот, но Майкрон осторожно сжал ее руку, чуть слышно шепнув «не надо!». Демонстративно убрав меч в ножны, он негромко произнес:

– Мы друзья волшебника Ульвина Всезнающего и пришли сюда, чтобы разобраться в обстоятельствах его исчезновения. Мы не претендуем на сокровища и магические знания колдуна, а потому не собираемся вам мешать.

Наемники переглянулись.

– Так и мы не претендуем, – почти жалобно отозвался парень, – и тоже пришли разобраться… в обстоятельствах. Но про Ульвина впервые слышим.

– Пропал кто-то еще? – жадно поинтересовался Делвин.

– Бригитта Тихая. Убита, – лаконично ответила наемница и вернулась к бумагам, перестав обращать на чужаков внимание.

Друзья переглянулись и перевели взгляды на Эль. Девушка пожала плечами – ни про какую Бригитту при ней отец не говорил. Чувствуя себя крайне неловко, Майкрон присоединился к наемникам и начал разбирать скопившиеся на столе бумаги. В большинстве своем это были копии донесений различным правящим особам, схемы и чертежи неизвестных ему артиллерийских орудий, а еще различные фигуры и пентаграммы явно магического назначения, в которых рыцарь тоже ничего не смыслил. Судя по все более резким движениям наемницы и вялому энтузиазму ее спутника, незнакомцы ощущали себя ничуть не лучше – то есть не меньшими идиотами.

– Давайте дверь сундуком подопрем? – подал голос Делвин, даже не пытавшийся подойти к столу и увлеченно разглядывающий карту звездного неба на одной из стен. – Мало ли кому еще сегодня придет в голову тут порыться, а нам и вшестером тесно.

– Вот! – несказанно обрадовался наемник и продолжил, обращаясь к своей спутнице: – Я тебе, между прочим, сразу это предложил, а ты меня идиотом обозвала.

– И в чем я ошиблась? – тихо прорычала девица, отбрасывая за спину очередную кипу листов.

Ситуация с каждой минутой становилась все абсурднее, и Майкрона так и тянуло захихикать, но он благоразумно сдерживал свои порывы. За спиной отчетливо прозвучал скрип – Делвин и наемник волокли по полу тяжеленный сундук, оставлявший глубокие следы в полу. Эль наблюдала за этим со смесью злого торжества и страдания.

– Эй, ты! Дочь своего отца!

Наемница бесшумно отошла от стола и приблизилась к Эль. Недолго думая Майкрон поспешил вклиниться между ними. Говоря по правде, он и сам не знал, за чье здоровье опасается сильнее.

– Мне не нужно ничего, кроме правды о смерти Бригитты. Где-то здесь должна быть карта Греймаунта, из-за которой, возможно, погибла моя подруга. Отдай мне ее, и больше мы с тобой не увидимся – я клянусь, что унесу все увиденное здесь с собой в могилу.

Эль замешкалась. Майкрон изучил ее достаточно хорошо, чтобы понять: она впервые слышит про эту карту и лихорадочно думает, что за секреты успела выведать наемница. Он сильно сомневался, что Эльвин всей душой болеет за шпионскую деятельность своего отца, а значит в зале было нечто, способное навредить ей самой и при этом попасться незнакомке на глаза.

– Я не знаю, кто ты и как тебя зовут, – прочувствованно начал он, обращаясь к наемнице, – но вижу, что помыслы твои чисты. Девица, к которой ты обратилась со столько непочтительными речами, отреклась от своего отца, узнав о его темных делах. Не меньше твоего она радеет за дело света…

– Кругом одни идиоты! – припечатала его наемница и с кривой ухмылкой вернулась обратно к столу. Майкрон не мог знать наверняка, но отчего-то был уверен, что она с трудом сдерживает слезы.

– Майкрон, с тобой все в порядке? – Эль, впервые столкнувшаяся лицом к лицу с его рыцарской ипостасью, выглядела порядком встревоженной.

Делвин хихикнул.

– Это в нем достойный сэр проснулся, сейчас перевернется на другой бок и заснет обратно.

– Эй, наемница! – Лоркан даже не попытался понизить голос, и все присутствующие ощутимо вздрогнули. – Любуйся своей картой. Можешь ее даже забрать, если найдешь карман по размеру.

Одним движением следопыт смел со стола все бумаги. Карта у Колдуна действительно была примечательная: нарисованная прямо на столешнице и проработанная до мельчайших деталей. Майкрон всегда рассматривал карты с сугубо практической точки зрения – и в глазах странствующего рыцаря конкретно эта была абсолютно бесполезна. Но не признать в ней шедевр живописи и каллиграфии он не мог: на огромном столе нашлось место каждому зданию, вплоть до сараев и заборов, каждому дереву и кусту. Одновременно огромная, но для таких размеров все равно чересчур подробная, карта определенно была волшебной.

Наемница, с лица которой впервые сошло ледяное презрительное выражение – открыв при этом вполне смазливую мордашку – на нетвердых ногах подошла к столу.

– Я не понимаю…

Эль встала у нее за плечом.

– Отец касался ее, – негромко произнесла она, – своей магией. На ней пульсируют точки, все еще помнящие его руку. Здесь, здесь… и здесь… – Эль аккуратно заскользила ногтем над столом, держа его достаточно низко, чтобы зрители не перепутали адрес, и в то же время не касаясь столешницы.

На третьей