История Византийской Африки. От войн Велизария до гибели Африканского экзархата - Евгений Викторович Старшов

подлежат совершенному исключению из священнодействий и храмов. Не разрешается им также посвящать своих епископов или клириков или совершать крещение над кем бы то ни было… Так же точно, согласно нашим законам, все еретики подлежат устранению от каких бы то ни было публичных актов, и не дозволяется им отправлять какие бы то ни было общественные должности или принимать участие в какой бы то ни было администрации, дабы еретики не оказались начальствующими над православными, тогда как для них достаточно уже того, что их оставляют в живых… И не дозволено иудеям, язычникам, донатистам, арианам или каким-либо иным еретикам пользоваться пещерами или совершать какие-либо действия в виде церковных обрядов, так как нелепо допускать нечестивых людей к совершению священных актов». Вот таков подлинный документ, как говорится, и добавить нечего. Нетерпимость базилевса к неправославным, относившего их к врагам Бога, государства и себя, общеизвестна и в доказательствах не нуждается (правда, современный апологет Юстиниана, А. Геростергиос, восхваляющий его в худших и мерзейших медоточивых традициях византийских придворных подхалимов, бессовестно-эквилибристически обращающих черное в белое, спокойно относит это к его достоинствам и оправдывает свершаемые им жестокости по отношению к еретикам, принесшие «мир и порядок» (!!!), искренней религиозностью императора). Вот мы выявили еще одну большую группу недовольных и обиженных.

Скажем слово и о ливийских кочевниках-берберах. Эти, как кажется, не могли ужиться ни с какой властью. Веками они противоборствовали карфагенянам, и хоть и были частью ими подчинены, никогда не отказывали себе в возможности воспользоваться случаем и восстать или поддержать врагов карфагенян – сицилийских греков Агафокла, римлян Регула, восставших наемников, за что пунийцы регулярно устраивали им кровавую баню (как свидетельствует Диодор Сицилийский, после поражения восставших наемников в Ливийской войне карфагеняне распяли одно из ливийских племен поголовно, включая женщин и детей). После падения Карфагена ливийцы веками воевали против захвативших Африку римлян и даже помогли вандалам в их завоевании Римской Африки. Однако прошли годы – и ливийские племена уже успешно громят вандалов, играя на руку византийцам[43]. Но вот последние стали хозяевами Африки; и вполне резонно предугадать, что ливийцы стали воевать уже с ними (более того, потом именно берберские племена предпримут отчаянную попытку защитить Африку от арабских завоевателей, в то время как византийские обыватели будут спокойно сдавать свои города врагу – вряд ли можно их однозначно осуждать, коль скоро собственное правительство оказывается для народа худшим ворогом); с началом восстания берберов, как помнит читатель, столкнулся уже Велизарий, однако триумф в Константинополе, а затем направление на новую войну против готов, в Италию, пока что избавили его от необходимости разрешения этой задачи, легшей на плечи его преемника – евнуха-патрикия Соломона. Как уже упоминалось, он объединил в своих руках военную и гражданскую власть, побуждаемый к этому неблагоприятным развитием событий; при нем служит будущий усмиритель берберов, соратник Велизария Иоанн Троглита, в 534–537 гг. занимавший видный пост дукса Бизацены или Триполитаны. Боевые действия начались неудачно для византийцев – конное подразделение близких Велизарию людей, копьеносца-гунна Эгана и знаменосца-фракийца Руфина, настигло уводивших захвативших пленных маврусиев в ущелье и перебило их; однако варварские вожди Куцина (Кутзина; впоследствии не раз воевавший и за, и против византийцев, о нем еще будет особый разговор позже), Есдилас, Юрфута и Медисинисса, быстро прознав об этом, десятками тысяч людей обрушились на византийцев и истребили их после геройского сопротивления (в труде Прокопия Соломон сообщает, что 500 воинов были побеждены 50 000).

Прокопий Кесарийский, сообщающий нам об этом, к тому времени временно удалился из Африки вместе с Велизарием, однако собранные им впоследствии и обработанные сведения, разумеется, заслуживают не меньшего доверия, чем его непосредственные наблюдения над первым этапом войны в Африке. Чем еще замечателен наш автор – так это тем, что он не только дал себе отдушину сообщать в «Тайной истории», как на самом деле обстояли многие дела в Юстинианово царствование, но также и тем, что он и в официальных своих трудах по истории войн не занимался лакировкой действительности, и порой открыто писал о многих неприглядных вещах; когда же это было откровенно опасным, он умел так подать материал, что вдумчивый читатель видел истину. Фрагмент, который мы рассмотрим ниже, – не исключение. Речь идет о переписке Соломона с восставшими берберами (или, по тексту перевода, маврусиями); возможно, Прокопий пользовался подлинными документами; возможно, он, подобно Фукидиду (и мы об этом упоминали ранее), сочинил эти письма в том духе, как они могли бы быть действительно написаны; наконец, он мог и измыслить эту переписку, для того чтобы оттенить неприглядный факт – базилевс сам спровоцировал ливийские племена на восстание. В ответ на упреки собиравшегося на войну Соломона в нарушении клятв и договоров, призывы образумиться и пожалеть своих детей, вожди маврусиев написали ему следующее: «Велизарий, обманув нас щедрыми обещаниями, убедил стать подданными базилевса Юстиниана, а римляне, не предоставив нам никаких выгод, потребовали, чтобы мы, страдая от голода, были их друзьями и союзниками. Так что правильнее было бы вас, а не маврусиев называть не сдержавшими слова верности. Нарушает договоры не тот, кто, явно подвергаясь несправедливости, в ответ на это отпадает от своих соседей, но тот, кто, требуя от других соблюдения союзных клятв, производит над ними насилие. И на войне делают себе Бога враждебным не те, которые выступают против других, для того чтобы вернуть себе свое, а те, кто, стремясь захватить чужое, подвергает себя опасностям войны. Заботиться о детях, конечно же, следует вам, которым полагается иметь только одну жену. У нас же, с которыми, случается, живут по пятидесяти жен, никогда не бывает недостатка в рождении детей».

Знатные византийцы в VI в. С ксилографии XIX в.

Уладив свои дела в Карфагене, как повествует Прокопий, Соломон отправился с войском к Мамме и стал там лагерем в виду коалиции ливийских племен. Те применили против византийцев тактику, ранее уже успешно опробованную против вандалов и приведенную нами в примечании № 36; Прокопий пишет: «Тут были высокие горы, а у подножия этих гор – ровное пространство, где варвары, приготовившись к сражению, развернули свои силы. Образовав круг из верблюдов… они устроили глубину фронта в двенадцать животных. В середину этого круга они поместили женщин и детей. Ибо у маврусиев существует обычай брать с собой в поход и в сражение немного женщин и детей, которые строят для них укрепления и шалаши, умело ухаживают за лошадьми и заботятся о корме для верблюдов. Они оттачивают железные наконечники оружия, освобождая воинов от многих трудов во время похода. Сами же мужчины, спешившись, стали