Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

– Геннадий Матвеевич, делайте, что хотите. Извиняться и оправдываться я не собираюсь. Дела могу передать хоть сейчас капитану Лукошкину.

– В бутылку лезешь, Андрей?.. Я ведь действительно могу, даже обязан, тебя отстранить! До выяснения!..

– Ну и отстраняйте! Я хотя бы в отпуск уеду. Законный!..

Пару минут они почти свирепо смотрели друг на друга через стол, затем полковник выдохнул и неожиданно мягко произнёс:

– Ладно. Работай… Пока… Со следственным управлением я разберусь.

– Спасибо, Геннадий Матвеевич! – с облегчением сказал Рокотов и вскочил. – Разрешите идти?

– Свободен!..

Когда Андрей был уже в дверях, Верстовой добавил с каким-то тоскливым выражением:

– И разберись наконец со своими женщинами, майор! Не то они и тебя, и меня уделают!..

* * *

В отделе царило напряжённое ожидание, и три пары глаз уставились на Рокотова, едва он переступил порог кабинета.

– Ну как? – первым не выдержал Почкин.

– Живой, как видишь, – усмехнулся Андрей. – Начальственная рука тяжела, но справедлива. Витя, ты просмотрел рапорт? Там всё на месте?..

– Посмотрел, Андрей Васильевич. Всё в порядке, можно отправлять.

– Нет. Ничего отправлять не будем. Сотри его на хрен!

– Ага, значит, раздача слонов из-за товарища старшего следователя?..

– Разговорчики, капитан! Что там по нашим фигурантам? Есть новости?..

– Согласно вашему приказу, – бодро доложил Лукошкин, – пост скрытого наблюдения с адреса по улице Станиславского, дом двадцать шесть снят со вчерашнего вечера. Вместо этого установлены две камеры наружного наблюдения, дающие почти круговой обзор усадьбы, её основной и задний дворы. За последние двенадцать часов никакого движения в усадьбе не зафиксировано.

– Учись, Валера, краткость – сестра таланта! – поднял палец Рокотов. – Итак, братцы-кролики, начинаем разработку и подготовку к операции под названием «Шаман». – Он сел за свой стол и открыл ноутбук.

– Что за операция? – немедленно спросил Почкин. – Кого прессуем? Неужели Боровикова?..

– Внесите «Хрустальную сову»! – торжественно произнёс Власкин. – Как ты догадался-то? Даже минуту не попросил?

– Разговорчики! – рыкнул на них Андрей. – План таков: послезавтра на территории бывшего Дома молитвы общины евангельских христиан, по оперативным данным, будет проходить шабаш под названием «умиротворение некоего бога огня» или как-то ещё – неважно. Важно то, что шабаш этот устраивают, опять же по оперативным данным, известные нам фигуранты: Алексей Степанович Боровиков и его подручная по имени Айлат Ёвэр, этническая хантыйка. Последняя особо опасна, ибо владеет приёмами гипноза и… некоторыми специальными физическими навыками, сходными с теми, что получают в войсках специального назначения!..

– А я думал, она просто ведьма… – встрял Почкин.

– Я ещё не закончил! – срезал его Рокотов. – Так вот, послезавтра, на закате, группа захвата должна выдвинуться на исходные, перекрыв возможные пути отхода наших фигурантов, а мы втроём, имея на руках соответствующий документ, входим на территорию усадьбы и производим задержание и арест подозреваемых. Вопросы?..

– И старший следователь Бортнюк одобрила наш ковбойский план? – удивился Почкин.

– Капитану Бортнюк вовсе необязательно знать о планах нашего отдела!

– Но следственно-оперативную группу пока не расформировали…

– При чём здесь группа? – Рокотов в упор посмотрел на сомневающегося подчинённого. – Мы разрабатываем план оперативных мероприятий собственного подразделения уголовного розыска Октябрьского района города Усть-Манска.

– А ничего, что там будет уйма народу и эта парочка может устроить суматоху и слинять? – осторожно уточнил Лукошкин.

– На этот случай «Медведи» будут блокировать усадьбу снаружи.

– А ведь мы не сможем применить оружие среди гражданских, – напомнил капитан.

– Я не думаю, что дойдёт до стрельбы, – веско ответил Рокотов, хотя у самого такой уверенности не было.

В этот момент раздался звонок по служебному номеру. Трубку взял Лукошкин.

– Уголовный розыск управления внутренних дел Октябрьского района, капитан Лукошкин. Слушаю!

– Экспертно-криминалистический отдел, майор Афиногенов. У нас для вас новость: только что поступила видеозапись с камер наружного наблюдения по адресу: улица Станиславского двадцать шесть. Высылаем файл…

Почкин быстро развернулся к своему компьютеру, имеющему спецканал для передачи аудио- и видеоматериалов закрытого пользования. Через минуту он сообщил:

– Принято! – И все дружно столпились у монитора за спиной лейтенанта.

Почкин щёлкнул мышкой по иконке файла. Изображение оказалось достаточно чётким, отчасти потому, что стоял солнечный день, а камера была установлена явно под прикрытием, скорее всего, ветвей дерева, или даже на самом дереве. Оперативники увидели часть двора дома Боровикова перед верандой. По дорожке к дому шёл сам Боровиков и наполовину тащил, наполовину толкал перед собой женщину в юбке и блузке, с растрёпанными густыми волосами, сильно скрывавшими её лицо. Руки женщины были то ли связаны, то ли в наручниках. Во всяком случае, картинка однозначно свидетельствовала, что несчастная является пленницей этого безумца. Но хуже всего было то, что на самом краю кадра, где виднелось крыльцо веранды, большей частью засвеченное солнцем, просматривалась ещё одна женская фигура в знакомом длинном красном платье.

Оперативники переглянулись. Рокотов размышлял не более минуты. Весь придуманный только что план летел к чертям! Оставить пленницу в лапах этих отморозков значило обречь её если на смерть, то на длительные муки. Откуда-то пришла мысль: а не для жертвоприношения ли её захватили?.. Нет. Спасать! Безо всяких оговорок и кивания на план оперативных мероприятий.

– Капитан Лукошкин! Вы возглавляете оперативную группу. Группа – на выезд!

– А как же спецназ «Медведь»?

– Я их вызову, но вы должны выезжать немедленно. Эти двое – полные отморозки, и женщину надо спасать как можно быстрее!

– Ох, и влетит же нам!..

– Не дрейфь, Витя! Я остаюсь здесь и прикрою вас.

Лукошкин пожал плечами, махнул лейтенантам, и все трое выскочили за дверь.

* * *

На адрес подъехали почти одновременно с минивэном «Медведей». Командир спецназовцев подошёл, козырнул Лукошкину.

– Капитан Иевлев. Каков расклад?

– Расклад таков: в доме минимум двое опасных преступников. Один из них – женщина. По нашим данным, может оказать серьёзное сопротивление. У них в плену тоже женщина, личность пока не установлена. Действуем по нашему плану: мы заходим, вы держите периметр. Если услышите стрельбу, подключайтесь.

– Может, сразу мы пойдём? А вы тут принимать будете?

– Нам не нужны лишние жертвы, капитан. Постараемся вообще обойтись без стрельбы.

– Дело ваше. – Иевлев пожал плечами и сделал знак бойцам: окружаем дом! «Медведи» перемахнули через забор и моментально растворились в густых зарослях, заполнявших большую часть усадьбы Боровикова.

Лукошкин хмыкнул и сказал своим:

– Заходим, парни. Паша, ты остаёшься перед верандой, вон за ту яблоню встань. Мы с Почкиным зайдём с тыла. Там есть нормальный вход со двора. Дальше по обстановке. Запомните: не задержание, а освобождение – первоочередная цель! Если эта «сладкая парочка» ломанётся наружу – пусть. Их там примут «Медведи». Нам главное – спасти пленницу, желательно живой и здоровой. Расходимся!..

Власкин почему-то на цыпочках пробежал по дорожке и