Гроза, кузнец и ветер - Олег Зенц

- Ага, как же, - фыркнул Радомир. - И дракона приручу, и княжну из его лап спасу, и сразу сам князем стану. На пенсию выйду в тридцать лет, буду только сидеть да бороду чесать.

Мальчишка пару секунд смотрел на него с тем самым серьёзным видом, с каким обычно смотрят на жреца у дуба: вдруг правда. Потом до него медленно дошло, что дядя шутит. Плечи опустились, губы обиженно скривились.

- То есть дракона не будет?

- Если очень захочешь, - вздохнул Радомир, - могу нарисовать тебе на дощечке. Настоящего в эту телегу всё равно не запихнуть.

Поняв, что дракона всё-таки не предвидится, Милаш переключился на вещь гораздо более реальную - на блестящую прожилку в камне.

- А ты это, серебро вытащишь? - глаза у него загорелись. - Мы разбогатеем?

- До богатеев нам ещё далеко, - хмыкнул Радомир. - Тут серебра - на пару хороших сделок, не больше. Целую гору не вывезем, телега одна, да и руки не из железа. Но немного взять можно. В городе за чистую серебряную руду цену хорошую дадут. В дороге лишним не будет.

- А откуда оно вообще тут взялось? - не унимался мальчишка. - Его кто-то спрятал? Или… оно растёт?

- Тоже мне, огород, - фыркнул Радомир. - Серебряная грядка.

Он присел рядом, стукнул костяшками по камню.

- Металл вообще любит жить глубоко. Там, где жар, тесно, давило веками. Камень давит камень, вода сочится, огонь снизу подпирает - вот и выжимаются из породы всякие… соки. Чуть ближе к поверхности добирается - и застревает в трещинах. Так и живут: камень снаружи, металл внутри.

- То есть это… как кровь у земли? - уточнил Милаш, старательно представляя.

- Ну… почти, - нехотя согласился кузнец. - Только кровь обратно течёт, а это, если застряло, само уже не выберется. Пока кто-нибудь вроде меня не придёт и не даст по голове молотом. Тогда и узнаём, где у земли "жилы".

Гроза внимательно слушала, сидя на корточках чуть в стороне. Блеск в камне жёг глаза почти так же, как запах жареного мяса - нос.

- А если его вытащить… - осторожно сказала она. - Из него можно… браслет, как у девушек в деревне, сделать?

Радомир бросил на неё взгляд - быстрый, прикидывающий.

- Можно, - кивнул. - Если руды набрать, в горне прокалить, шлак отбить, потом переплавить аккуратно… Тогда хоть браслет, хоть кольцо, хоть монету. Просто сейчас это ещё камень с вкрапиной, а не готовое серебро.

Кивнул, будто самому себе что-то пометил: браслет, значит.

- А руду ты сам достанешь? - не отставал Милаш. - Или это только в сказках - стукнул разок и всё высыпалось?

- В сказках тоже спина потом ноет, - буркнул Радомир. - Сначала трещину найти надо, потом по ней клин загнать…

- Дай, я попробую, - вдруг сказала Гроза.

Не дожидаясь разрешения, она шагнула к расколотому валуну, выбрала обломок поменьше, где серебряная нитка проходила ближе к краю. Покрутила в руках, оценила вес, потом взяла другой, потяжелее, как молот.

- Осторожно, - сказал он. - Руки пожалей, это тебе не дрова рубить.

- Я и с дровами справлюсь, - хмыкнула она.

Замах у неё вышел короткий, без особой размашистости - но в ударе чувствовалось то самое, некрасивое, звериное "сделать". Камни встретились с глухим, неприятным звуком. Трещина по обломку прошла сразу, серебряная прожилка будто сама выскочила ближе к поверхности.

- Ещё, - пробормотал Радомир, уже не вмешиваясь.

Второй удар, третий - и из каменного ребра выкололся кусок размером с крупный орех: тёмный снаружи, внутри поблёскивал густой, матовый блеск руды.

Гроза подкинула его в ладони, довольно прищурилась:

- А что, выходит.

- Выходит, - признал кузнец. - Только если ты так ещё пару раз сделаешь, я тебе вместо браслета повязку на запястье надевать буду.

Он всё-таки подошёл ближе, забрал "молоток" и показал настоящий железный клин. - Дальше я сам. У меня руки к этому привычные.

Он показал детям, как вставлять клин в уже намеченную трещину, под каким углом бить, чтобы отвалился нужный кусок, а не то, что ближе к ноге. Если ударить сбоку - камень крошится, если чуть сверху - пласт отходит ровнее. Пара ровных ударов - и валун сам раскололся там, где его уже надломил молот. Собрали небольшую кучку кусочков с хорошими прожилками и отдельно сложили их в мешочек.

- Вот столько нам хватит, - решил Радомир, завязывая узел. - Не разбогатеем, но в городе слово лишний раз веса добавит. "Кузнец, который не только мечи кует, но и руду хорошую привёз" - это им нравится.

- А браслет? - тихо напомнила Гроза, будто между делом.

- Браслет… - он чуть усмехнулся. - Браслет - это если будешь слушаться и не будешь безрассудно подставляться. Тогда сделаю.

Она фыркнула, но в глазах мелькнуло довольство: условие она приняла как обещание.

Где-то сбоку Милаш ещё раз провёл пальцами по блестящей жилке в валуне, что остался.

- Ну и мир, - пробормотал он. - В корнях - звери, в камнях - серебро… ещё скажете, что в облаках тоже что-нибудь спрятано.

- Гром, - отозвался Радомир, поднимаясь. - И иногда - шаль на голову тем, кто не хочет вставать. Но за ним мы сегодня точно не полезем.

Он поднял мешочек с рудой, примерился к весу, перекинул на плечо и кивнул на дорогу:

- Ладно, кладоискатели. Серебро у нас есть, теперь бы ещё до костра дойти, пока оно из нас не последние силы вытянуло.

Глава 10. Ночь у костра

Когда добрались к ручью и разбили лагерь, костёр разгорелся быстро, будто сам лес решил: "Ладно, после такого дня - грех людей без огня оставлять".

Сухие ветки трескались, искры взлетали в темноту и тут же гасли, упираясь в низкие ветви. Лес вокруг не давил - просто смотрел. Где-то в стороне посвистывала птица, ручей булькал так уютно, что хотелось поставить рядом котелок и сказать: "Вот теперь почти дом".

Телегу поставили чуть в стороне от дороги, под раскидистым клёном. Кобыла жевала траву, привязанная к колу, и иногда бросала в сторону людей взгляд: мол, если опять какая зверюга с мхом на рогах выскочит, она первая предупредит.

- Каша? - спросила Мирослава так сакрально, будто