Афины. От полиса к мегаполису - Джорджо Иерано

С момента осады прошло всего семь лет, когда в Афины прибыл Цицерон. Одна из целей его путешествия — оказаться как можно дальше от Суллы, который жил в Риме и недолюбливал его. Но вторая цель — паломничество в город, который, по словам самого Цицерона, был «отечеством всех наук»[70]. Ближайший друг оратора, Тит Помпоний, которому тот адресовал множество ставших известными писем, также носил прозвище Аттик, поскольку долгое время жил в Афинах. Цицерон пробыл там всего шесть месяцев. Он прошел посвящение в Элевсинские мистерии — благодаря которым, как он пишет в De legibus («О законах»), «человек познаёт истоки жизни и учится не только жить с радостью, но и умирать с надеждой на лучшее»[71].

Больше он ничего не мог рассказать — элевсинский храм был тайным, и откровения о высшем смысле существования и потусторонних блаженствах были запрещены для непосвященных. Но в Афинах, городе, где, как он вспоминает, зародились риторика и философия, Цицерон посвятил себя прежде всего учебе. Великие школы прошлого — Академия Платона, Лицей Аристотеля, Сад Эпикура, стоа Зенона — всё еще были живы, хотя и менялись со временем. И всё же Афины долгое время оставались тем местом, куда отправлялись сыновья римских аристократов, чтобы получить образование: domicilium studiorum (лат. «отечество всех наук»), по определению Цицерона.

Однако у города был большой талант вставать не на ту сторону. Выступив на стороне Митридата против Суллы, он поддержал Помпея против Цезаря. Цезарь, победив своего соперника, не разрушил Афины, а лишь унизил их своей пресловутой clementia[72]. Афинским послам, пришедшим просить аудиенции, он сказал, согласно Аппиану: «Сколько раз вас, которые сами себя губите, еще спасет слава ваших предков?»[73] Короче говоря, он пощадил их только из уважения к их предкам, сражавшимся при Марафоне и Саламине полтысячелетия назад. Кассий Дион повторяет фразу Цезаря еще более точно: «Вы спасаетесь лишь благодаря мертвым». Но афиняне, очевидно, не усвоили этот урок. После мартовских ид в 44 году до новой эры они встретили убийц Цезаря с большой торжественностью. В честь Брута и Кассия были воздвигнуты статуи — Афины приветствовали их как новых тираноубийц, достойных стоять рядом с Гармодием и Аристогитом, которые в свое время освободили город от тирана Гиппарха, сына Писистрата. Но затем с тем же пылом они приветствовали Марка Антония, прославляя его как «нового Диониса», пронеся его в процессии к театру…[74]

В очередной раз излишний энтузиазм афинян оказался неуместным. Марк Антоний был разбит Октавианом, будущим Августом, в битве у мыса Акций и покончил с собой в Александрии. Можно понять, почему новому правителю Рима не очень нравились афиняне, — они сначала выступали против его приемного отца Цезаря, а затем встали на сторону его смертельного врага Марка Антония. В свою очередь, граждане Афин с недоверием отнеслись к своему новому повелителю. Когда после победы над Антонием Октавиан поднялся на Акрополь, он обнаружил, что статуя Афины Полиады «повернулась на Запад и извергла кровь» (была запачкана кровью), как будто она хотела выплюнуть ее против Рима (Кассий Дион). Но вскоре афиняне примирились с реальностью и стали чествовать Августа. Они даже прославили его друга и соратника Марка Випсания Агриппу статуей, от которой остался колоссальный мраморный постамент прямоугольной формы, который до сих пор стоит на Акрополе рядом с Пропилеями на противоположной стороне от храма Афины Ники.

Постамент памятника Агриппе на Акрополе

Башня ветров, или Часы Андроника Кирриста

Снаружи башни находились солнечные часы, а внутри — часы водяные (клепсидра). Рельефы каждой стороны изображают восемь ветров, их символы и названия.

Август почтил память своего приемного отца, завершив проект Юлия Цезаря по строительству новой Агоры. Монументальные входные ворота с аркой, датируемые примерно 10 годом до новой эры, видны до сих пор. На территории нового рынка была также возведена элегантная Башня ветров, названная так потому, что была украшена барельефами с аллегорическими изображениями главных ветров, но на самом деле представлявшая собой водяные часы, созданные архитектором и астрономом Андроником Кирристом (Андроником из Кирра, города в Сирии) на несколько десятилетий раньше. Таким образом, римские Афины начали почти буквально дублировать греческие Афины. Древняя рыночная площадь, которую часто посещал Сократ, не была заброшена, но и ее тоже коснулась рука римлян. Однако теперь с ней конкурировала другая, более современная Агора (ныне называется «Агора Цезаря и Августа», или «Римская Агора»). В центре ее находилась площадь, мощенная мрамором, а по четырем сторонам — лавки. Однако, чтобы появились императоры, которые с преданным восхищением относились к Афинам, нужно было дождаться следующих десятилетий. Нерон, например, был императором-эллинофилом — первым после Августа он посетил Грецию и даже участвовал в Олимпийских играх. Но он никогда не был в Афинах, чему древние предлагают довольно причудливые объяснения Нерон, как и Орест, убил свою мать, Агриппину, и был убежден, что его преследуют фурии, по крайней мере, согласно Светонию («Жизнь Нерона»). Именно поэтому он не прошел ритуала посвящения в Элевсинские мистерии, к которым по древней традиции не допускались кощунники и преступники, в отличие от Августа, который участвовал в мистериях дважды. И, возможно, по той же причине он даже не ступил в центр Афин, где до сих пор стоит святилище Эриний.

Хотя Афины всё больше теряли свое политическое значение, они тем не менее оставались важным культурным центром.

Библиотека Пантеноса, согласно найденной дарственной надписи, принадлежала римлянину Титу Флавию Пантеносу, построена около 100 года и передана в дар Афинам

Прославленное имя и авторитет славных традиций продолжают привлекать студентов и ученых со всего Средиземноморья. Возникают новые библиотеки, не сравнимые по величию с Александрийской, но тем не менее свидетельствующие о живом интересе к литературе. До сих пор видны руины библиотеки, построенной около 100 года новой эры, при императоре Траяне, греком, который также был римским гражданином — Титом Флавием Пантеносом, ведущей фигурой в Афинах того времени, философом и политиком, занимавшим пост архонта в 102 году. Библиотека находилась рядом со стоей Аттала, у дороги с колоннадой, соединявшей Древнюю Агору с новым римским рынком. Это было большое здание, с четырех сторон окруженное портиками, на которые выходили залы, где хранились папирусные свитки (в библиотеке их было около семнадцати тысяч) и залы для занятий. В других помещениях, выходящих на улицу, располагались мастерские и лавки. В надписи, прославляющей строительство