На краю - Александр Капков

ему предоставляли списки прибывших в страну, независимо, откуда они явились - прямо из Европы или из соседней страны. Увидев фамилию Антона, Столяров понял, что ему подали сигнал от бывших друзей и сослуживцев. Для него это не стало удивлением. Он рассчитывал именно на такое развитие событий. Москве необходимо вернуть его или убить. Первая попытка сорвалась. Столяров не сомневался: на этом его начальники не успокоятся. А как заставить его выйти на поверхность? Проще всего с помощью племянника, единственного близкого родственника, к которому он питал настоящую привязанность. Дмитрий Сергеевич слишком хорошо знал тех, кто принимает решения в больших московских кабинетах, чтобы ошибиться в своих предположениях. В том, какую судьбу ему уготовили, тоже сомнений не было. Однако идти под нож мясника жертвенным агнцем было совсем не в его правилах.

С другой стороны, спрятаться подальше и жить всю оставшуюся жизнь в страхе Столяров не желал. Так поступили те немногие, кто, сбежав, пока еще сохранили голову на плечах. И, вполне возможно, они умрут через много лет в своих постелях. Дмитрию Сергеевичу такая жизнь представлялась неким подобием отсроченной смерти. Он хотел продолжать работу и помогать своей стране в борьбе против фашизма. Для Столярова, профессионального революционера, большевика с дореволюционном стажем, оставшегося верным идеалам юности, как бы высокопарно это не звучало, имело огромное значение, на чьей он стороне и чем занимается. Поэтому Дмитрий Сергеевич сам спровоцировал возникшую ситуацию, дав знать, где находится. Обозначив при этом, что поймать его будет непросто.

Москва встрепенулась и прислала группу захвата вместе с племянником. Все, как и ожидалось. Он больше удивился, получив информацию о том, кто стоит во главе группы. Судя по фотографиям, сделанным его агентами, руководителем операции оказалась Елизавета Крушевина. С ней Столяров познакомился в двадцать втором году, когда ее перевели из Тамбовской Губчека в Москву.

По документам ей было двадцать лет, а на самом деле - восемнадцать. И, тем не менее, эта девочка успела показать себя исполнительной и инициативной сотрудницей. Именно так характеризовало ее начальство. Впрочем, с самого ее появления на Лубянке за спиной юной чекистки ходили разные слухи. По одним она представлялась обыкновенной карьеристкой, готовой на любые ухищрения ради повышения. По другим – фанатичкой, преданной идее, способной ради победы и на жертвы, и на жесткость, и на подлость. Этакая последовательница Сен-Жюста28[28].

У Дмитрия Сергеевича составилось свое мнение. Перекрученная вихрем революции и пережившая гибель семьи во время Гражданской войны, Елизавета решила во чтобы то ни стало вернуть себе утерянное положение в обществе. Причем вернуть, не сообразуясь с ценой. Жизнь сделала ее циничной и развращенной. И она шла наверх, не считаясь ни с кем и никого не щадя. Но Крушевиной нужны были не должности. Точнее, не только должности. Она хотела управлять. Умная и опасная стерва, которой лучше не доверять и держать на расстоянии. Так было до того времени, пока в ее жизни не появился Антон. Дмитрий Сергеевич предупредил племянника о том, что представляет собой Лиза. Но с таким же успехом он мог предупреждать бабочку не лететь на огонь. И случилось нечто неожиданное. Крушевина влюбилась в Антона не меньше, чем он в нее, едване пустив по ветру свою карьеру. Столяров знал об их парижских похождениях, которые вполне могли закончиться смертью обоих. Однако с тех пор утекло много воды. И их история подзабылась. Иначе как еще объяснить назначение Елизаветы на операцию по возвращению Столярова на родину с помощью родного племянника? Ну не глупостью же. Вполне понятно. Крушевина многого добилась и на хорошем счету во внешней разведке, раз репрессии ее не коснулись. Станет ли она рисковать всем ради прошлой любви? Опыт говорил Столярову, что не станет. И все же эта комбинация выходила весьма интересной.

Решив осесть в Уругвае, Столяров создал свою собственную частную организацию. В нее вошли эмигранты из Европы, такие же, как он сам. Двое русских, француз, испанец и немец. И еще пятеро местных молодых радикалов, сочувствующих социалистическим идеям. Одни из этого разношерстного воинства имели опыт разведывательной работы, другие участвовали в военных действиях, а третьи всему этому только учились. Официально его организация была зарегистрирована как охранная фирма под названием «Баярд». И руководил ею уругваец. Сам же Дмитрий Сергеевич предпочитал оставаться в тени. Его люди смогли установить наблюдение за Крушевиной и еще одним членом ее группы, взяв их в плотное кольцо. Вскоре Столяров узнал адрес виллы, где поселили Антона. Однако он не спешил вступать в контакт ни с племянником, ни с Крушевиной. Инициатива, по его мнению, должна исходить от противоположной стороны. Он также отдавал себе отчет, что не все советские разведчики им выявлены. Но не сомневался: рано или поздно те себя проявят и попадутся в расставленные сети.

О том, что и Елизавета предпринимает шаги к его поиску, он узнал, когда в представительство его фирмы пришел некий иностранец, ищущий лучшие условия для охраны своего товара. За ним попытались установить слежку, но тот легко ушел от нее, что говорило о немалом профессионализме. Затем до Столярова дошел слух, что его самого ищет один из самых успешных и дорогих детективов Монтевидео. Дело у советской разведки, как он понял, сдвинулось с мертвой точки. Он же не невидимка. Значит, они рано или поздно узнают место его проживания. Вскоре так и вышло.

Еще раньше Столяров отдал приказ человеку, отвечающему за охрану дома, спрашивать охранников о всех самых безобидных случаях, происходивших во время их дежурства. Ему сообщили, что какой-то пьяница устроил драку в лесу недалеко от дома. Столяров сам поговорил с участниками драки, выяснив подробности. Он не поверил в случайность появления бродяги и приказал удвоить бдительность, прочесав всю местность вокруг дома. На следующий день охранники обнаружили поблизости тайник, а в нем рюкзак, где лежал бинокль. Дмитрию Сергеевичу стало окончательно ясно, что люди Крушевиной подбираются к нему все ближе. Он предположил, что некто обязательно наведается к тайнику. Он приказал вернуть рюкзак на место, изъяв лишь бинокль. Его знак поняли правильно. Спустя два дня, в почтовый ящик бросили письмо. В нем от лица представителя Советского государства товарища Столярова приглашали на переговоры. Хотя он ни на миг не усомнился, что Крушевина готовит его захват, все же ответил согласием. При предельной осторожности осуществить задуманное чекистами будет ох как не просто. Потребуется много времени и сил. На начальной же стадии этого точно не произойдет.

Его ответ доставили в отель на имя Изабель Шамбо. Под таким