Желание жить. Трагические судьбы узниц лагеря Освенцим-Биркенау - Шошана Бухобза

показания прокурору в Праге 3 июля 1957 года во время суда над Клаубергом, Сильвия Фридман высказалась кратко: «Доктор Эна Вайс поручила мне задание: в экспериментальном отделении врач проводил эксперименты над еврейками. Моя задача состояла в том, чтобы помогать этим женщинам и поддерживать связь с француженкой под кодовым именем Сара. Я предоставляла ей отчеты и информацию о том, что мне удалось узнать. Она тайно передавала мне лекарства и инструменты, минуя доктора Клауберга».

Пятьдесят лет спустя в интервью Фонду Спилберга Сильвия объяснила, почему Эна Вайс обратилась к ней с такой просьбой. «Эна сказала мне: “Движение Сопротивления ищет смелых девушек. Хочешь ли ты получить эту работу?” Я ответила: “Я не умею делать рентгенографию”. Эна ответила: “Попробуй прикинуться дурочкой, и тебе это сойдет с рук”. Я согласилась». Сильвия добавляет: «Пароль был Lager, лагерь».

Приняв душ и переодевшись в чистую одежду, Сильвия Фридман отправилась в отделение Клауберга, где, по ее словам, были прикованы к постели пять женщин, в том числе полька, словачка и голландка. Сильвия – красавица. Знавшие ее женщины единодушны: высокая, блондинка с голубыми глазами, она притягивала внимание, несмотря на худобу и бритую голову. Клауберг, любитель красивых женщин, решает взять ее на службу.

Маргита Нойман вспоминает, как Сильвия устраивала их в комнате, не сказав, через что им придется пройти. «Я утешала себя тем, что перед смертью хоть одну ночь посплю в чистом месте. Это было в субботу», – завершает она свои слова. Той ночью Маргита и ее спутницы подавили свое беспокойство, наслаждаясь тишиной в комнате, удобными кроватями и теплом от печки. Клауберг отдал приказ отапливать свое отделение. Он не хотел тратить время на «подопытных кроликов», которые умрут во время процедуры.

Клауберг вернулся через несколько дней, чтобы приступить к работе. Сильвия Фридман рассказывает: «Клауберг открыл свой чемодан. В нем лежали пистолет и флакон». Затем она описывает процесс: «Женщина лежала на спине с раздвинутыми коленями. Клауберг вводил во влагалище маточное зеркало. Затем он набирал содержимое флакона шприцом, от которого отходил гибкий катетер». Сильвия Фридман разводит руки, чтобы показать размер шприца: более 30 см.

«Клауберг вводил катетер в шейку матки заключенной и впрыскивал свой препарат. Он исследовал полость матки и фаллопиевых труб с помощью сальпингографии[198] и делал несколько снимков. Моя роль сводилась к тому, чтобы включать и выключать аппарат», – говорит Швальбова.

Легко понять, почему Клауберг искал рожавших или регулярно менструировавших женщин: шейка матки открывается – слегка – только во время менструации или у рожавших. В противном случае ввести катетер практически невозможно.

Маргита Нойман продолжает: «Сильвия Фридман сначала вызвала в соседнюю комнату Лилиану Рупперт. Когда Лилиана вышла из комнаты, она держала руки на животе, согнувшись, и стонала. Испуганная Маргита подошла к Клаубергу. «В темной комнате стоял большой рентгеновский аппарат. Доктор Клауберг приказал мне лечь на гинекологический стол, и я наблюдала, как Сильвия Фридман готовит шприц для инъекций с длинной иглой. С помощью нее Клауберг сделал мне укол в матку. Казалось, что мой живот разорвется от боли. Я закричала, и меня было слышно во всем блоке».

Клауберг разозлился, оттолкнул Маргиту и пригрозил отправить обратно в лагерь. Проходили часы, Маргите становилось все хуже: появились озноб и жар. Когда «лечение» завершилось, Клауберг собрал свой чемодан и приказал Сильвии измерять температуру «пациенток» три раза в день и вести их медицинские карты, указав дату операции и любые изменения в состоянии здоровья: появление жара, боли, кровотечения, состояние живота при пальпации. Маргита Нойман жалуется на воспаление. Вероятно, так реагируют яичники. Сильвия Фридман выходит из блока, набирает горсть снега и растирает им живот Маргиты. Больше у нее ничего нет. Клауберг оставил ей мало лекарств. Она говорит, что женщины лежали в постели и дремали в темном блоке, где электричество имелось только в операционной.

Узницы-врачи и медсестры были обеспокоены. Чем занимается Клауберг? С Шуманом было все ясно: женщин, облученных рентгеном, немедленно отправляли обратно с обожженной кожей. «Подопытные кролики Клауберга» должны были оставаться в блоке. Проходят недели. Ситуация осложняется тем, что женщины заключены в блоке № 30, а Сильвия Фридман, которой удается присоединиться к ним, повторяет то, что любезно сообщил ей доктор Клауберг: он известен своими исследованиями в области фертильности. Таким образом, в течение нескольких месяцев медицинский персонал будет убежден, что Клауберг искусственно оплодотворяет женщин. Абсолютный парадокс для врачей-евреек, которые продолжают делать аборты, чтобы спасти беременным жизнь.

Врач Карл Клауберг

Карл Клауберг родился в сентябре 1898 года в Вупперхофе, в скромной семье. Его отец, алкоголик и охотник за юбками, открыл в Киле магазин оружия и столовых приборов. Невысокого роста (152 см), толстый и агрессивный, Карл Клауберг унаследовал от отца страсть к оружию. Ему нравилось натачивать клинки и стрелять из пистолетов. Клауберг начал изучать медицину, однако Первая мировая война прервала его учебу. 16 ноября 1916 года его призвали на военную службу; через год он попал в плен к англичанам и оставался там до сентября 1919-го. По возвращении в Германию Клауберг возобновил учебу, подвергаясь насмешкам и унижениям со стороны своих сверстников, представителей крупной буржуазии. Война и плен оставили свой отпечаток на Клауберге, который вскоре стал известен своими вспышками гнева и алкоголизмом.

В мае 1925 года, несмотря на дурную репутацию, доктор Клауберг вошел в преподавательский состав медицинского факультета Кильского университета имени Кристиана Альбрехта. В 1928-м он лечил там 19-летнюю Фриду Риммель от опухоли, которая привела к удалению обеих фаллопиевых труб. Затем он женился на девушке. Клауберг хотел детей и был одержим проблемой неизлечимого бесплодия своей жены. Гинеколог начал проводить исследования по лечению немок, страдающих привычными выкидышами. Фармацевтическая компания Schering предоставила ему колоссальный кредит. Клауберг начал с экспериментов над животными, затем стал набирать бедных пациенток из больниц и вводить им женские половые гормоны, несмотря на риск спровоцировать рак. Исследования Клауберга привели в 1937 году к созданию Proluton C, средства для предотвращения выкидышей. Этот прогестагенный препарат был выпущен на рынок компанией Schering и имел огромный успех.

Полный амбиций, Клауберг 1 мая 1933-го вступил в НСДАП. Годом позже нанявшая его клиника женских болезней при Кёнигсбергском университете получает одобрение Министерства внутренних дел Рейха на стерилизацию умственно отсталых и больных шизофренией женщин. Теперь Клауберг «играет» сразу на двух досках: он лечит своих пациенток-немок и стерилизует тех, кого Рейх признал неполноценными.

Личная жизнь Клауберга также разворачивается на двух фронтах. Одержимый желанием иметь детей, он заводит роман с Ильзе Гейер, своей секретаршей. Когда у нее наступает беременность, Карл предлагает своей супруге Фриде усыновить ребенка. Та соглашается, но затем отказывается от своих слов. Ситуация в семье ухудшается, начинаются истерики и угрозы развода. Но они сохраняют