Александр Невский и северные крестоносцы. Борьба за сферы влияния в Восточной Прибалтике XIII в. - Денис Григорьевич Хрусталёв

Судя по летописи, после 1228 г. поход в Ливонию готовили чуть ли не каждый год. Но внутренние причины мешали его осуществлению. Ощущая свою безнаказанность, в 1233 г. уже сами немцы начали нападать. Поход на Юрьев прервал серию безответных вторжений из Дерптского епископства на русские (новгородские и псковские) земли. На несколько лет на западных рубежах Руси установилось затишье.

Была также поставлена жирная точка в попытках оппозиционных новгородских бояр урвать кусок власти. «Борисова чадь» была разгромлена, Ярослав Владимирович посажен в темницу, покорность Пскова проверена на деле. Участники похода смогли хорошо поживиться на завоеванных землях. Особенно подчеркивал летописец, что новгородцы вернулись без потерь – погибло только несколько переяславцев. Достаток успокоил Новгород, который с 1228 г. мучили смуты и природные ненастья.

Для Восточной Прибалтики в целом русский поход под Дерпт также имел немалое значение. В эти годы ситуация там напоминала гражданскую войну. Конфликт возник сразу после смерти епископа Альберта (ум. 17 января 1229 г.), когда потребовалось назначить его преемника. Основываясь на том, что Рижская епархия в то время напрямую подчинялась Риму, местный капитул самостоятельно выбрал епископом магдебургского каноника Николая. Однако Бременский архиепископ, также претендовавший на верховенство в Ливонии, захотел другого кандидата – бременского каноника Альберта Зуербеера (Albert Suerbeer). Для разрешения вопроса обратились к папе Григорию IX, который поручил 4 апреля 1230 г. своему легату Отто де Монтферрату (Othon de Montferrat; дьякон San Nicola in Carcere Tulliano; 1227–1244) разобраться в ситуации. Отто в свою очередь перепоручил вопрос вице-легату Балдуину (Balduin von Alna), цистерцианскому монаху из монастыря Альна (Alna; на р. Самбра – франц. Aulne-sur-Sambre) во Фландрии. В июле 1230 г. Балдуин Альнский прибыл в Ригу. Первое время со стороны казалось, что его миссия носит формальный характер и скоро завершится успехом. Однако впоследствии выяснилось, что проблемы возникли сразу, а цели перед собой Балдуин ставил далеко не временные.

Для начала, разобравшись в ситуации, он сделал выбор в пользу местного капитула, о чем и доложил в Рим. Альберт Зуербеер был отправлен на пост архиепископа Армагского в Ирландию, а в Риге утвердился Николай. Балдуин оказался властным чиновником, стремившимся усилить позиции Рима, а не выстроить нормальные отношения между участниками колонизационного процесса. Новые покоренные земли он пытался подчинять непосредственно себе. Так конфликт возник уже из-за Курляндии. На момент прибытия Балдуина Рига заключила договор с северной частью куршей. Те обязались принять христианство и платить церковную десятину Рижскому епископу и Ордену [LUB, I. № 105]. В декабре 1230 г. они прислали послов в Ригу просить помощи в связи с неурожаем и голодом. Немцы обещали помочь, но договор курши заключили теперь с Балдуином. В декабре 1230 и январе 1231 г. было подписано два соглашения, по которым курши обязывались принимать только священников, назначенных вице-легатом, а также признавать церковную власть папы Римского, минуя Ригу. Специально оговаривалось, что на покорение региона более не могут претендовать ни шведы, ни датчане [LUB, I. № 103–104]. Епископ Николай отказался признавать эти конвенции.

Затем Балдуин начал разбираться с земельными владениями в Эстонии, которые Вильгельм Моденский определил к заботам меченосцев. Вице-легат восстановил свою светскую власть в этих областях и вознамерился сформировать из них обособленное владение – некую папскую область, включающую всю Северную и Западную Эстонию. Орден отказался признавать такой передел, выгнав папских чиновников из Гервена и Виронии. Для освоения и устроения земли меченосцы в 1230 г. пригласили переселиться в Эстонию 200 немецких семей из Висбю с Готланда. Колонисты получили земельные наделы и часть территории, примыкающей к замковой горе Ревеля. Они возвели храм, который посвятили своему покровителю св. Николаю (Нигулисте, Niguliste), и заложили основу городской общины[182].

Рижский епископ и Орден вступили в открытый конфликт с папским вице-легатом. Балдуин вынужден был отправиться в Рим за поддержкой. Он показал договор с куршами, рассказал о возможностях папской юрисдикции в Эстонии и полностью склонил папу Григория на свою сторону. В январе 1232 г. Балдуин был назначен легатом в Восточную Балтию, включавшую Готланд, Финляндию, Эстонию, Курляндию и Земгалию. Одновременно он был посвящен в епископы Земгальские (Семигальские), несмотря даже на то, что прежний епископ Ламберт, назначенный из Риги, был еще жив [LUB, I. № 115]. Папа поддержал своего легата также в вопросе о правах на земли Северной Эстонии. Меченосцы тогда тоже жаловались на злоупотребления легата, но германскому императору Фридриху, главному сопернику папы в Европе [LUB, I. № 118, 127].

В 1232–1233 гг. Балдуин проехал германские земли, проповедуя новый крестовый поход в Ливонию. Вокруг Бремена тогда бушевало крестьянское восстание, отчего массового набора пилигримов не случилось. В июле 1233 г. Балдуин вернулся в Ригу во главе войска пилигримов, с которым двинулся против меченосцев. Легата поддержали некоторая часть эстонской знати, папские вассалы из Виронии и Гервене, цистерцианские монахи из Дюнамюнде и Фалькенау, а также в какой-то момент Дерптский епископ. В Эстонии между сторонниками Ордена и легата проходили настоящие боестолкновения. В Ревеле во время изгнания папских представителей меченосцы закололи одного из них прямо перед алтарем местного храма. Ожесточенная борьба привела к разгрому войск легата, а сам он под угрозой гибели в начале 1234 г. бежал из Риги. В Риме Балдуин начал процесс по обвинению меченосцев в преступлениях против Церкви. В итоге 20 ноября 1234 г. было издано папское citatio с перечислением злоупотреблений орденских братьев[183]. Из этого источника черпаются основные сведения о церковной смуте в Прибалтике. С июля и до конца 1233 г. в Эстонии бушевала настоящая гражданская война, улегшаяся только к весне 1234 г.[184]

Примечательными являются указания на причастность к этим событиям русских. После войны с емью 1227–1228 гг. папа Римский выпустил сразу пять посланий, в которых в той или иной мере призывал правителей Балтийского региона бороться против Руси и ее союзников. В январе 1229 г. в Ригу, Любек, Швецию, Готланд и другие католические страны на Востоке были направлены призывы начать торговую блокаду Руси. 9 января 1230 г. в письме шведским епископам содержался призыв крепить оборону Финляндии от нападений язычников Карелии и Ингрии, подстрекаемых, судя по всему, русскими [LUB, I. № 128; LUB, III. № 100, а]. А 3 февраля 1232 г. папа Григорий выдал своему новоиспеченному легату Балдуину послание, в котором запретил кому бы то ни было в Ливонии заключать мир или вступать в соглашения с язычниками и русскими:

«Тебе как брату вверенной нам властью вменяем, чтобы все христиане, в пределах границ твоего посольства живущие, не помышляли заключать мир или перемирие (terminos constitutis)