Греция - Костас Уранис

Мужа, чьи белые кости, изгнившие где-нибудь, дождик

Мочит на суше иль в море свирепые волны качают[87].

И все же античный образ города сохранился. Достаточно небольшого воображения, чтобы восстановить святилище Аполлона, его портики и большую трибуну у моря, с которой делосцы смотрели, как к ним прибывают «феории» (священные посольства), отправленные афинянами. Впрочем, от торгового города, пребывающего в тени святилища, сохранилось много чего. Прогуливаясь по его древним улицам, через открытые настежь двери можно войти внутрь домов и увидеть полы с восхитительными мозаиками, колонны прекрасных перистилей, мраморные водоемы, комнаты, облицованные штукатуркой, ступени, ведущие на обвалившиеся вторые этажи, ванные, туалеты… Можно видеть также окошко, где продавали билеты в театр, большие подземные цистерны, в которых собирали дождевую воду, портовые склады, где хранили товары со всех берегов вокруг Эгейского моря, знаменитый рынок рабов, где случалось продавать с быстротой, которая кажется сказочной, до пятидесяти тысяч рабов в день, озеро, по которому когда-то скользили священные лебеди Аполлона…

Почему же, если осталось еще столько следов жизни, это впечатление окончательной омертвелости? Почему вид Делоса не вызывает у нас того волнения, которое мы ощущаем в Помпеях?

Потому что Делос не был обычным городом, но чем-то совершенно особенным и искусственным. Святилище бога и торговая фактория утратили смысл, когда остались без бога и без кораблей. Обитавший здесь дух исчез. Сегодня Делос словно открытая и разграбленная гробница, в которой нет большее ее мертвеца. А что может быть более мертвым и невыразительным, чем гробница без мертвеца?

Наша прогулка по развалинам Делоса длилась три часа. Три часа ходили мы под солнцем, которое слепило и сбивало с пути. Словно Аполлон, разгневанный тем, что мы попирали ногами его священный остров без древней веры, безжалостно разил нас своими стрелами…

Когда пришло мгновение возвращаться на корабль, трое или четверо смотрителей древностей, единственные живые существа на Делосе, проводили нас на причал и остались там, смотря на нас, пока корабль не удалился. Их вид, не знаю почему, напомнил мне тех бедных собак из Константинополя, которых младотурки собрали на пустынном острове: я видел, как они неподвижно стоят на берегу и, умирая, смотрят на море…

Парос, остров мрамора

Когда вы сходите на берег на Паросе, старинная ветряная мельница у причала, принимает вас, словно старый сельский староста. Встреча скромная, но сердечная: так встречают бедняки. Потому что этот небольшой остров с известным всем в древности названием, действительно, бедный. Бедный вплоть до остатков его жизни в древности. Остров, давший свой знаменитый мрамор для создания стольких скульптурных шедевров, не оставил ничего для себя самого. На его территории не раскопали ничего, кроме «Паросского мрамора», обнаруженного в 1627 году Пейреском, на котором начертаны в хронологическом порядке самые значительные события древности со времени Кекропа и до 263 года до н.э. Этот Мрамор, большая часть которого находится в Оксфорде, сообщает, что Гесиод жил за двадцать семь лет до Гомера, а Сапфо – на двести лет позже.

От храмов, портиков и арок, украшавших Парос в годы, когда на нем жил язвительный ямбический поэт Архилох, а сотни рабочих врезались в недра земли, чтобы извлечь из нее прекрасный мрамор, столь желанный во всех скульптурных мастерских Древней Греции, от того, что украшало Парос, не осталось ничего, кроме тесаных камней и колонн, которые использовали в более поздние времена для постройки домов и в особенности большой башни феодального дворца, в котором проживали, сменяя друг друга, различные чужеземные правители острова – благородные и авантюристы Санудо, Соммарипа и Криспи…

Даже сам облик земли на острове изменился. Посвященный Вакху остров когда-то утопал в зелени виноградников и был очень приятным. Еще в XVIII веке здесь производили знаменитое вино. Впрочем, огромные знаменитые дубы и небольшие тенистые радостные рощи, которые до сих пор можно видеть в разных частях острова, указывают, что его нынешняя сухость не естественна, но является делом рук людей, которые, вырубая деревья и не заменяя их новыми, позволили дождям на протяжении веков унести почву и обнажить землю. В связи с этим Турнефор сообщает, что расположившаяся на Паросе после Критской войны венецианская армия сожгла за девять-десять лет тысячи масличных деревьев, покрывавших склоны и долины острова.

И все же нынешняя бедность острова не производит скорбного впечатления упадка. Небольшая столица Пароса Парикия, залитая светом и очень чистая, выглядит по-воскресному. Побелка, которую на других островах можно видеть только у дверей домов, то есть выбеленные галька и плиты, здесь распространяется и на улицы. Я видел, что у бесчисленных плит, которыми выложена узкая живописная центральная улица, края выбелены со всех четырех сторон. Кроме того, проводить на Паросе лето очень приятно. Здешние жители – одни из самых спокойных и услужливых на всем Архипелаге, рыбы здесь в изобилии, потому что паросцы – лучшие рыбаки на островах, а плоды на Паросе такие вкусные, что Архилох, оставив когда-то Парос, чтобы уехать на Фасос, лил, как говорят, горькие слезы, всякий раз, когда вспоминал о прекрасных смоквах родного острова. Наконец, отдыхающий на Паросе может прерывать однообразие времяпрепровождения, которое не разнообразят «внешние» события, прекрасными экскурсиями – в Наусу, в порт, которой некогда останавливались галеры Венеции и флот Екатерины Великой, в старинный одиноко стоящий небольшой монастырь Святого Мины, при входе в который посетителя встречают две античные скульптуры, мужская и женская, в античные мраморные каменоломни в глубоком ущелье горы Марпессы, где до сих пор сохранились туннели, пробитые рабочими в античности, лампы, которыми они пользовались в темноте каменоломен, и имена, начертанные ими на стенах ходов, на соседний островок Антипарос, который является словно спутником Пароса и соединяется с ним подводной тайной стеной, которой пользовались когда-то пираты, чтобы ускользнуть от преследования военных кораблей…

Из всех этих экскурсий самая прекрасная – экскурсия на Антипарос, который напоминает своими видами Италию на греческом Эгейском море, потому что его белые домики напоминают Амальфи, яркие краски суровых пейзажей – Сицилию, а сады с аллеями кипарисов и сочно-голубым морем между ними – озеро Комо. Но то, что привлекает на Антипарос путешественников со всего света, так это знаменитая пещера со сталактитами – одна из самых больших и впечатляющих пещер такого рода, шириной 80 метров и глубиной более 30.

Эта пещера, расположенная на высоте трехсот метров над уровнем моря, была известна в древности. На основании самого толстого сталактита, поддерживающего потолок входа, до сих пор просматривается древнейшая