Предательство в Шервудском лесу - Эми С. Кауфман

– Покажи нам свою благодарность, запустив людей внутрь, – сказал шериф. – Нечисть, что раньше скрывалась в лесу, совсем осмелела, и у меня есть основания полагать, что сегодня эти негодяи покажутся в городе, раз один глупый монах рассудил, что поход в церковь важнее его жизни.

– Уолтер, пожалуйста! – смутилась Беатрис, но отец Павел проявил снисходительность.

– Добрая госпожа Беатрис, есть люди духовного звания и люди мирские, и каждый несет свое собственное служение, что назначил для нас Господь Бог. Мансфилд благодарен вашему мужу за его смелое сердце и меч в крепкой руке, ибо он позволяет нам всем молиться в покое и мире.

– Пойдем внутрь, – прошептал Бран на ухо Джейн, игриво и пылко. – Я не могу допустить, чтобы ты стояла тут на виду, где тебя могут схватить и похитить лесные разбойники.

Джейн подавила смешок и вошла в церковь следом за Браном, помахав Адаму на прощание.

– О чем говорил шериф? – спросила она Брана, когда они встали на краю толпы горожан, благоухающих душистыми маслами и затхлой весенней постелью. – Сегодня же ничего не намечается? Теперь, когда Джон и Робин в ссоре?

Бран покачал головой.

– Сегодня все тихо, – сказал он и придвинулся ближе к Джейн, прижимаясь к ней всем телом. Он стал особенно пылким и страстным с того дня, когда она вернулась из леса. И чем чаще он бывал рядом, окружая ее вниманием и добротой, тем глупее Джейн чувствовала себя из-за своей тяги к Робину. Она вдруг поняла, что ей было приятно стоять вместе с Браном на виду у всех, а не прятаться по кухням и конюшням.

Наверное, так же чувствовала себя моя мать, когда ей приходилось скрывать своих мужчин, потрясенно подумала Джейн. Но нет, тут все иначе. Совершенно иначе. Ведь правда?

Джейн тряхнула головой, прогоняя непрошенные мыс- ли, и оглядела толпу прихожан в душной церкви, потому что дала обещание Эмми рассказать, кто во что был одет. Конечно же, тут была Беатрис во всей своей весенней красе, с прямой спиной и гордо поднятой головой, на почетном месте в передних рядах. Джейн приметила и Иветту в ее монашеском чепце, а рядом с ней – ее верного рыцаря сэра Роджера. Они стояли в задних рядах с простым людом, хотя могли бы пройти вперед. У Джейн сложилось впечатление, что мать-настоятельница, несмотря на всеобщее мнение о ней, хотела лишь одного: чтобы ее оставили в покое. И еще изводить жадных аббатов, подумала Джейн и чуть не рассмеялась вслух. Возможно, если бы мать-настоятельница знала, что делает Джейн в королевской усадьбе на самом деле, она даже встала бы на ее сторону.

Внезапно Джейн заметила мужчину в двух рядах впереди – мужчину, который тоже изучал толпу. На нем была широкополая шляпа, скрывающая лицо, но под шляпой блестели зеленые глаза, а волосы – рыжие, как лисий мех, – играли на свету.

Робин поймал взгляд Джейн и подмигнул.

Она застыла на месте, и у нее по спине пробежал холодок.

– Бран, – прошептала она, и ее голос вдруг сделался хриплым. – Ты видел..?

Судя по тому, как Бран весь напрягся, появление Робина стало для него таким же сюрпризом, как для самой Джейн.

– Что он здесь делает? – прошептал он в ответ.

– Ты не знаешь?

Бран покачал головой и стиснул зубы.

– Значит, сегодня что-то затевается?

Но Робин не такой глупый, чтобы учинить очередную проказу на глазах у стольких людей, ведь правда?

– Робин вечно что-то затевает, – прошептал Бран в ответ, но его голос звучал неуверенно. И пока они шептались, Робин медленно и небрежно снял шляпу, открывая свое лицо всем присутствующим.

– Он хочет, чтобы его увидели, – ахнула Джейн. – Но зачем?

– Черт возьми. Джон боялся, что Робин учудит что-то подобное, когда самого Джона не будет рядом и некому будет его удержать.

Джейн нахмурилась, не понимая. У нее сложилось впечатление, что именно Джон подбивал Робина на рискованные проделки. Это Джон был готов убить брата Годрика, служителя церкви, за горсть монет. И все же вот он, Робин, являет свое лицо всему городу как раз тогда, когда шериф вышел за ним на охоту.

– Он хочет, чтобы ему отрубили голову? – пробормотала она.

Пока что никто не заметил бродягу посреди церкви. Все радостно переговаривались, не обращая внимания на то, что творилось вокруг. Джейн старалась сохранять спокойствие. Может быть, все еще обойдется. Шериф по-прежнему был снаружи, а это значит, что Робин проскользнул мимо него незамеченным. Возможно, он все-таки не хотел, чтобы его поймали. Возможно, он знал, как сбежать и скрыться. Джейн очень хотелось схватить Брана за руку, но в церкви это было бы неприлично и привлекло бы всеобщее внимание, поэтому она просто теснее прижалась к нему. Он провел пальцем по ее руке, но так, чтобы никто этого не увидел.

– Все будет хорошо, – прошептал он.

Наконец двери церкви закрылись, и громкий гул голосов сразу стих. Началось шествие духовенства. Скрип чисто выметенных половиц под торжественной поступью священнослужителей. Волны пота и благовоний, исходящие от их тел.

Это было грандиозное зрелище, подумала Джейн, глядя на их парадные одеяния из белого и алого шелка. Зрелище выглядело грандиозно, даже когда мимо прошествовали бенедиктинцы с тонзурами на головах и в черных одеждах, словно унылая похоронная процессия. Среди них был и брат Годрик. Его синяки сошли, но он выглядел похудевшим, изможденным и болезненно бледным после Великого поста. Джейн опустила голову, чтобы даже случайно не встретиться ним взглядом, и постаралась не смотреть на Робина. Который наверняка знал, как проходят подобные церемонии, и знал, что монах, если он еще не уехал из города, обязательно будет здесь. Робин наверняка примет меры, чтобы брат Годрик его не заметил.

Но когда брат Годрик поравнялся с тем рядом, где стоял Робин, хозяин Шервудского леса издал резкий пронзительный свист.

У Джейн все внутри оборвалось. Она словно падала в яму, объятую пламенем – в ад, разверзшийся у нее под ногами, чтобы поглотить ее за грехи. Брат Годрик медленно повернулся к источнику шума, увидел Робина и на секунду оторопел.

Монах поднял дрожащую руку, рукав черной рясы сполз с его запястья, как саван. Он открыл рот, но не смог выдавить их себя ни звука и просто смотрел на Робина широко распахнутыми, испуганными глазами.

Джейн схватила Брана за руку, уже не заботясь о том, что подумают люди.

Наконец