Горячие сердца - Петр Григорьевич Куракин

— Он сам сказал.

— Ну и что же? Похвастать мог. А может, запугать хотел.

— Нет, работал. Он проболтался, фамилии назвал, говорил, что сам расстрелял одну подпольщицу...

— Кого же это?.. Только тише.

— Раю Сильман.

— Так это он! — Отец ударил кулаком по колену. — Ух, гадина!.. Значит, нет нашей Раи. Если бы ты знал, какой это человек был!.. А вы не допросили этого гада подробнее?

— Нет, надо было торопиться.

— Это так, но допросить тоже надо было. Он бы мог многое рассказать. И провокаторов назвал бы...

Артем передал отцу слова Косого о том, что в контрразведке заинтересовались лесопильным заводом.

— Вот видишь! Для нас это, конечно, не новость, но все же...

Артем смущенно молчал. Отец спросил:

— А как вы его... «искупали»?

Что ответить на этот странный вопрос? Артем с удивлением посмотрел на отца.

— Привязали камень?

— Н-нет, связали просто...

— Зря... Юнцы вы. — Отец поморщился, вздохнул. — Учить вас надо. Кончить смогли, а не смекнули насчет этого...

Старо́й положил руку на плечи сына, прижал его к себе.

— Вот, Артемка, школу какую пришлось тебе проходить. Что же делать? Учись!

Ласка отца согрела сердце Артема, и он стал рассказывать о встрече с агентом «ноль три», о ребятах, с которыми пришлось так неожиданно познакомиться на берегу реки.

— Кто они, отец, почему им Зина так доверяет?

— Много знать хочешь, — шутливым тоном ответил Старо́й. — А впрочем... теперь вы уже познакомились. Зина связана с подпольной группой молодежи, которая нам сильно помогает. Федя Русанов — сын нашего подпольщика, портового грузчика; есть там и школьники. Поинтересуйся их работой, помоги... Только осторожен будь, о себе поменьше говори.

— А с Зиной можно встречаться?

Старо́й сделал большие глаза, неопределенно хмыкнул.

— Сам должен знать. Ты же подпольщик.

Некоторое время он наблюдал за присевшим недалеко от них франтоватым молодым человеком, потом повернулся к сыну.

— Смотри, Артем, не влюбись... Невеста есть у тебя? Ты мне об этом никогда не говорил.

Артем слегка покраснел.

— Нет, отец.

— Не подумай девушек обижать... Ты знаешь, кто такая Зина? — спросил вдруг Старо́й. — Она, как и ты, в бедности росла, много работала. А брата ее во Мхах расстреляли... Ну, идем, пора.

Клевцов решительно встал со скамейки и, подхватив сына под руку, пошел к выходу.

* * *

В воскресенье небо с утра заволокло тучами, но к полудню они разошлись. Артем запер ларек, вышел на улицу и на ходу прыгнул в трамвай, идущий по Троицкому проспекту. При повороте на Архиерейскую улицу он соскочил с подножки и вышел к Двине. Здесь у самой воды лежала баржа: ее вынесло на берег во время весеннего паводка, и сейчас один борт высоко поднялся над землей, а другой опустился к самой воде.

По доске Артем поднялся на борт. Федя и Зина уже были здесь, они лежали на спине, блаженно подставив солнцу лица.

— Ребята пришли? — спросил Артем, начав раздеваться.

— А как же! — Федя показал рукой на купальщиков.

— Ну, тогда давайте. — Он прыгнул в воду.

За ним бросились в реку Федя и Зина, еще несколько человек. Когда Федя оказался рядом, Артем спросил:

— Все, кажется? Давайте на середину...

Плыли наперегонки. Потом выровнялись, и ребята окружили Артема. До берега было уже далеко.

— Ну, все здесь? — Артем, подгребая руками, тихо заговорил: — Будем знакомы. Я от Старо́го... Расскажите, как идут дела... Только коротко...

Один за другим ребята заговорили о том, как проходит вербовка в группу сочувствующих. Организация заметно росла. Какая-то девушка — ее звали Соня — сообщила, что имеет возможность поступить в контрразведку машинисткой и попросила «дать согласие».

— Хорошо, я узнаю, Соня... На себя это взять не могу... — Артем повернулся на спину, так было удобнее разговаривать. — Комитет нуждается в вашей помощи... Задания будут...

Вода медленно несла легкое тело.

— Работать будем пятерками... Явка, товарищи, на базаре, в моем ларьке. Федя и Зина знают. Если я куда-нибудь уйду, пишите на стене первую букву своего имени... Еще одно: нам нужны документы... Доставайте. Но зря не рискуйте...

Артем, набрав воздуха, окунулся с головой; вынырнув, отфыркиваясь, отбросил волосы, заговорил снова:

— Я вам дам кое-какую литературу... Прочитайте ее с членами пятерки.

Артем ударил рукой по воде и окатил брызгами Зину...

— Догоняйте, Зина и Федя! — Он саженками поплыл в сторону.

Вскоре Артем, Зина и Федя оторвались от остальных. Клевцов поплыл медленнее.

— Ладно, сдаюсь... Ляжем на спину... Так вот, дело какое...

Он рассказал, что Старо́й поручает им доставить в город оружие. Сейчас оно находится на двадцать пятой версте вверх по Двине. Там ждет человек. Оружие нужно забрать и перебросить оттуда в Архангельск.

— На яхтах можно... — сказала Зина. — Возьмем две яхты.

— И я так думаю, — согласился Артем. — Федя возьмет свою пятерку и все организует.

— И я поеду, — крикнула Зина.

— Если ревком согласится...

— Согласия я добьюсь... Я ведь яхтсменка! Под парусами не раз ходила... Даже в горло Белого моря...

— Верно, — вставил Русаков, — Зина могла бы первенство города держать.

— Хорошо. Но без разрешения Старо́го нельзя, — твердо сказал Артем. — Операция рискованная. Сами понимаете. Попадемся — расстрел... Ну, поплыли назад.

С баржи им что-то крикнули, но они плыли на спине и ничего не разобрали. В небе высоко-высоко были видны легкие мазки перистых облаков...

— Черти, башку разобьете! — услышал вдруг Артем чей-то вопль. Сразу перевернувшись, он увидел близко от себя черный борт баржи... В самом деле, не раздайся этот крик, врезались бы они головами в мореные, скользкие бревна!

* * *

Яхты когда-то, наверно, были похожи на белокрылых птиц. А теперь краска на них облезла, паруса уродовали большие заплаты из мешковины. Федя и его пятерка — все ребята из порта — возились с такелажем. Артем присматривался, иногда пытался помочь, но его отгоняли — не путайся в ногах, если ничего не смыслишь.

Артем почти не спал в эту ночь. Лег поздно, провожал двух товарищей, бежавших из тюрьмы. А потом боялся проспать: ведь условились встретиться на берегу в три часа, когда станет совсем светло.

Зина явилась в свежевыглаженном матросском костюме,