Голоса Серебряной страны. Краткая история Аргентины - Эсекьель Адамовски

когда расходы на импорт (различные ресурсы, но в основном покупка оборудования и материалов, необходимых для фабрик) превышали экспортные доходы, которые обеспечивал только сельский сектор. После спада в промышленном секторе равновесие было восстановлено, и цикл начался снова с фазы роста. Циклические кризисы в сочетании с политической нестабильностью привели к резко меняющейся и довольно неустойчивой экономической политике. В ответ на личное давление и предпочтения каждое правительство извлекало выгоду из определенного сектора экономики.

Долгосрочные, устойчивые меры полностью отсутствовали. Тем не менее у промышленности были неплохие перспективы. Несмотря на кризисы и трудовые конфликты, обрабатывающая промышленность развивалась, и между 1963 и 1975 годами сектор в целом устойчиво рос. В начале 1970-х годов машины, транспортные средства, сталь и химическая продукция даже экспортировались. Несмотря на определенные трудности, импортозамещение приносило плоды, хотя все еще были традиционные сектора, такие как производство текстиля, бытовой техники, обуви и продуктов питания, которые оставались неэффективными и зависели от государственной защиты.

Перон оставил Гельбарда в Министерстве экономики и поддерживал предложенный им социальный пакт. Хотя его программа сосредоточилась на защите внутреннего рынка, он также стремился стимулировать сельский и промышленный экспорт, который в те годы имел хорошие перспективы, смягчая проблему платежного баланса. Экономика вскоре встала на путь роста, а инфляция, в 1972 году необузданная, была остановлена. Народные классы восстановили долю в распределении доходов, которую они имели в 1950 году, и с тех пор она только снижалась. К 1974 году доля общего дохода страны, оставшаяся в руках наемных работников, снова превысила 44 %. Однако в конце 1973 года трудности снова всплыли на поверхность. Государство значительно увеличило свои расходы, что усугубило проблему бюджетного дефицита. Гельбарду изначально удалось помешать бизнесменам генерировать инфляцию, чтобы противодействовать повышению зарплат рабочих. Однако соглашение было очень хрупким.

В 1974 году неблагоприятный международный контекст, вызванный ростом цен на нефть, начал влиять на экономику Аргентины. Поскольку всемирная рецессия сопровождалась инфляцией, бизнесмены, которые использовали импортные товары, удвоили давление, чтобы положить конец замораживанию цен. И поскольку правительство уступило и одобрило повышение, это неизбежно привело к требованиям роста зарплаты, цикл замыкался, постепенно разрушая социальный пакт. Профсоюзная бюрократия пыталась сдержать требования, что привело к распространению конфликтов, в которых рядовые члены пересилили лидеров. Они часто принимали форму «диких забастовок»: самоорганизованной борьбы с использованием прямых действий (включая захват заложников или размещение цистерн с горючими жидкостями вокруг фабрики в качестве самообороны). Эти небольшие фабричные восстания были частью радикализации рабочего движения, постепенно предоставляя больше власти рядовым группам, таким как внутренние комиссии, органы делегатов и забастовочные комитеты, которым иногда удавалось сформировать «антибюрократические» списки, успешно конкурировавшие на некоторых профсоюзных выборах.

Перон, который давно понимал, что власть, полученная рядовыми рабочими, подрывает его собственную (даже когда рабочие заявляли о себе как о лояльных перонистах), расширил полномочия бюрократии и помог ей сохранить контроль. Руководство профсоюза, со своей стороны, усилило «бандитские» методы, используя вооруженных головорезов для запугивания «мятежных» рабочих (иногда даже сотрудничая с военизированными группами). Однако в краткосрочной перспективе ни новые юридические полномочия, ни насильственные методы не были последовательно эффективными в разрядке столкновений рядовых рабочих. В марте 1974 года одно из самых впечатляющих таких сражений, вильясо, произошло в Вилья-Конститусьон, в провинции Санта-Фе, одном из крупнейших металлургических центров страны. Это было подлинное народное восстание в поддержку забастовки рабочих, которая закончилась громкой победой последних.

В то же время правительственные репрессии начали принимать беспрецедентные формы. В конце февраля 1974 года в мятежной Кордове, где рабочие автомобильной промышленности получили более высокую надбавку к зарплате, чем хотелось бы, глава провинциальной полиции Доминго Наварро возглавил государственный переворот с помощью ударных групп профсоюзной бюрократии. В результате наваррасо (как его называли) свергли губернатора, имевшего тесные связи с Революционной тенденцией. Перон, далекий от осуждения действий и восстановления свергнутого чиновника, издал указ о государственном вмешательстве в провинцию и вместо губернатора назначил военного офицера, проводившего политику интенсивных репрессий. Таким образом, диктатура укоренилась в одной из крупнейших провинций страны.

Однако ни одна из этих мер не была достаточной для сдерживания быстрого размывания социального пакта. В условиях растущего инфляционного давления основные коллективные переговоры 1974 года провалились. Попав под перекрестный огонь, CGT изо всех сил пыталась добиться повышений, которые были бы достаточно скромными, чтобы не поставить под угрозу пакт, но достаточно высокими, чтобы рядовые рабочие не смогли полностью проигнорировать их. Ситуация была настолько опасно близка к выходу из-под контроля, что в июне Перон пригрозил уйти в отставку. Три недели спустя он умер от сердечного приступа.

Смерть Перона 1 июля 1974 года в возрасте 78 лет тронула народные массы, как мало других событий в национальной истории. Сотни тысяч человек пришли отдать ему дань уважения в Национальном конгрессе. Несмотря на курс, который проводило его правительство, и растущие трудности страны, бедняки безутешно оплакивали его, как и Эвиту.

Смерть Перона оставила страну без единственного лидера, обладающего достаточным авторитетом, чтобы сдержать назревавшую взрывоопасную напряженность. Исабель, совершенно не имевшая опыта в политике[205], заняла пост президента, став легкой мишенью для давления правых и бизнесменов. Последние немедленно начали атаку (особенно из сельского сектора, они настаивали на отмене всех мер, предложенных для налогообложения доходов от земли и борьбы с латифундиями). Гельбард был вынужден уйти в отставку, что положило конец попыткам экономического сотрудничества. Социальный пакт заменила политика, все больше благоприятствовавшая крупному капиталу, особенно финансовому.

Экономические трудности, которые были очевидны уже во второй половине 1974 года, в течение следующего года стали более выраженными. Производство резко упало, инфляция достигла очень высоких темпов, торговый дефицит стал несбалансированным, а внешний долг начал накапливаться. Реальная зарплата, которая в 1974 году все еще росла, в 1975 году упала на 4,1 %.

Пока все это происходило, рядовые члены рабочего движения продолжали обретать все большую независимость и возглавлять радикальную борьбу. Правительство ответило усилением репрессивных мер, в то время как AAA усилил свои атаки на профсоюзных делегатов и низовых политических активистов. Монтонерос возобновили свою подпольную деятельность и среди прочего убили одного из руководителей военизированной организации, суперинтенданта Альберто Вильяра. 6 ноября 1974 года Исабель объявила бессрочное чрезвычайное положение и в начале февраля 1975-го постановила, что армия будет отвечать за внутренние репрессивные меры.

Провинции северо-запада передали под контроль военных, которые организовали так называемую операцию «Независимость» в Тукумане, вскоре подавив фоко (революционную ячейку), которую ERP создала там несколькими месяцами ранее. Армия не ограничилась борьбой с партизанами, а вместо этого воспользовалась ситуацией, чтобы истребить многочисленных активистов и боевиков невооруженных организаций в нескольких городах и поселках. Пытки, содержание в тайных центрах и «исчезновения» стали обычным явлением в этом районе. Таким образом, диктатура захватила еще одну провинцию.

Натиск репрессий был направлен не только на партизан и рядовых членов рабочего движения. С августа