Варяжская сага. Пряди Ансгара - Борис Сергеевич Корниенко

– Мне жаль, – сочувственно проговорил Ансгар.

– Я сначала горевал, но потом понял, что душа Марии и душа нашего ребенка вознеслись на небо, в рай, и теперь пребывают в вечном блаженстве. Для меня же их смерть стала испытанием моей веры, я впал в уныние и едва не отрекся от Христа. Но тот священник, что крестил меня, раскрыл мне глаза и объяснил, что к чему. Я понял, что не только не должен отчаиваться и отворачиваться от Бога, но, наоборот, должен посвятить остаток своих дней служению Ему. Первым делом я решил поклониться святым местам, где жил, творил чудеса и принял за нас муки и смерть Исус Христос, ну а дальше, ты знаешь, что произошло.

– Странно все это слышать, – задумчиво проговорил Ансгар, – ты прав, мне трудно принять перемены в тебе, и, если бы я не прожил некоторое время среди христиан, я едва бы понял, о чем ты вообще говоришь. Но ты мой брат, я все равно тебя люблю.

– Любовь – это и есть Бог, – заметил Агнар.

Ансгар внимательно посмотрел на старшего брата, но потом все-таки решил поделиться тем, о чем давно хотел сказать ему:

– Ты знаешь, а я ведь отомстил за нашего отца. Я нашел Бреки и убил его.

– Мне жаль это слышать, – произнес Агнар с каким-то отстраненным выражением лица.

– Что? – не понял Ансгар. – Почему?

– Господь велел нам прощать причинивших обиду.

– Обиду?! Он ведь убил нашего отца! – воскликнул Ансгар.

– Он не ведал, что творил…

– Все он ведал! – Ансгар был так возмущен, что по телу его прошла дрожь. – Он знал, что убивает его, как и многих других. Между прочим, он убил и нашего друга Раудкара!

– Вот видишь? Зло плодит зло. Если бы ты не жаждал мести и если бы Раудкар не стал тебе помогать, он бы еще жил.

– Любовь тоже не приносит добра! – с горечью возразил Ансгар. – Я ведь нашел Рунфриду, когда вернулся домой, – оказывается, она сбежала от свеев и жила на Чёрном холме вместе с нашей матерью и колдуньей. Мы полюбили друг друга, и у нас родился ребенок, но сама она не пережила роды и умерла. Так случилось и с твоей женой! Вот к чему может приводить любовь!

– Пути Господни неисповедимы, – невозмутимо ответил Агнар, – если так случилось, значит, такова была Его воля.

– Ну, знаешь! Если на все воля твоего Христа, то и Бреки я убил тоже по его воле!

– Не говори так! – лицо старшего брата исказило страдание, – твои слова – хула на Бога! Впрочем, это моя вина – ты еще не готов принять Слово Божье, и я напрасно сейчас говорю о Нем с тобой…

Они немного помолчали, сердясь друг на друга. Потом Агнар спросил:

– Ты сказал, Раудкар погиб. А что с другими нашими друзьями?

– Ивар, Гуннар, Болли и Торольф пришли сюда со мной, но Видар погиб в пути. Про Оддвара ты сам знаешь. И еще Ормар…

– Ормар? – встрепенулся Агнар.

– Да! Тот самый, которому ты отрубил руку, – он погиб, спасая меня.

– Надо же… Я помолюсь за него!

– И Перенег, – продолжал перечислять Ансгар.

– Кто?

– Ты, может быть, помнишь его под именем Докучай.

– А, тот паренек, чью жизнь ты выпросил у Хельги и потом взял его с собой в Нордланд?

– Да. Он тоже пожертвовал собой ради меня.

– Больше той любви никто не имеет, как кто душу свою положит за друзей своих, – ответил на это старший брат и добавил: – Прости, я все о том же.

Ансгар строго посмотрел на него, ничего на это не сказал, только продолжил свой скорбный перечень:

– И Златы больше нет. Ее тоже убили.

– Злату? Дочь старого словенского ярла из Хольмгарда, которую ты любил? Ты еще брата ее… – тут Агнар осекся.

– Да, ту самую Злату, – мрачно изрек Ансгар.

– Но кто мог желать ей смерти?

– Тех, кто был повинен в ее гибели, я нашел, и их уже самих нет среди живых. Но не переживай, они нашли свою смерть не от моей руки.

Заскрипела тяжелая дверь, послышался звук приближающихся шагов, и скоро показался стражник, который с недовольным видом начал что-то говорить на языке сарацинов.

– Видно, тебе пора идти, – печально улыбнувшись, сказал Агнар.

Ансгар с тоской поглядел на старшего брата и промолвил:

– Я не оставлю тебя здесь! Вот увидишь, я освобожу тебя!

– На все воля Божья!

* * *

Ансгар сел у костра рядом с Мусой. Этот сарацин умел говорить по-гречески, и его послали с караваном как связующее звено между торговцами с погонщиками, служившими приманкой для разбойников Наримана, и нордманами, которые должны были их охранять. Первые пару дней Ансгар присматривался к этому Мусе, пытаясь понять, что тот за человек. Наконец, на третий день, видя, что он вполне дружелюбен и открыт, Ансгар решил с ним поговорить. Это был мужчина примерно одного возраста с Ансгаром, невысокий и худой. Когда Муса улыбался, на его смуглом лице, обрамленном черной курчавой бородой, ярко выделялись блистающие белизной крупные зубы.

– Скажи, нам долго еще идти? – спросил Ансгар.

– О, мы только начали наш путь! – усмехнувшись, ответил Муса.

– Так все-таки сколько еще дней?

– Если в пути ничего не произойдет, – многозначительно произнес Муса, – то, я думаю, в десять дней уложимся.

– А как называется то место, куда мы идем? Мне говорили, но я не запомнил.

– Акаба[43].

– И что там, в этой Акабе?

– Порт. Там мы сядем на корабль и через пролив выйдем в Красное море, по которому быстро доберемся до Джидды[44].

– А Джидда – это?..

– Тоже порт, рядом с Меккой.

– А, знаю! – радостно воскликнул Ансгар. – Мекка – это священный город для тех, кто почитает Пророка.

– Верно, – улыбнулся Муса.

– Ответь мне еще на один вопрос, – чуть помявшись, попросил Ансгар, – правду говорят, что там дальше, за страной сарацин, край мира?

– Кто такое тебе сказал? – удивился Муса.

– Один друг.

– Твой друг ошибался. На юг от Аравии действительно простирается великое море, но это не край света. Если плыть по этому морю на юго-запад, то можно попасть в Ифрикию, где живут черные люди. А если отправиться на восток, то попадешь в Индию, где живет несметное число людей, укрывающих у себя сказочные богатства.

– И ты был в тех странах? – с придыханием спросил Ансгар.

– Нет, не довелось.

– Жаль, – разочарованно протянул Ансгар, – так, может быть, и нет никакой Ифрикии и Индии?

– Как же нет? Я знаю людей, которые там бывали.

– А вдруг они все