Гром богов - Энтони Ричес

и к ночи старший сын Царя царей окажется пленником в городе-крепости, настолько сильном, что его, возможно, никогда нельзя будет освободить. Сегодня ночью, братья мои, вы должны тайком проникнуть в лагерь римлян, найти царя и доставить его в безопасное место.

Прежде чем заговорить, самый старший из них - чернобородый офицер со свежим порезом на щеке, полученным в битве на холме, края которого были грубо сшиты и черны от засохшей крови, поклонился.

— Ваше высочество, мы вполне можем найти царя, но доставить его в безопасное место может оказаться невозможным, если римляне обнаружат нас. Что тогда?

Нарсай склонил голову в знак признания разветвленности вопроса.

— В случае, если вы окажетесь одни среди врагов, вы должны следовать указаниям самого царя Осроэса, какими бы они ни были.

Пехливан кивнул.

— А если царь не способен принять такое решение? Его советник Гурген сказал нам, что он сильно занемог от последствий удара по голове.

Нарсай немного подождал, пока вопрос полностью дойдет до умов, стоящих перед ним людей.

 — В таком случае вам придется принять свое собственное решение.

 Пехливан на мгновение задержал на нем взгляд, затем коротко кивнул.

— Мы сделаем то, что должны. Пойдемте, братья.

Царь смотрел, как они уходят, с тщательно собранным выражением лица, его мысли метались, пока он наблюдал, как убийца последовал за ними по пятам.

В темноте между двумя лагерями лазутчики остановились, ожидая, пока их глаза полностью привыкнут к темноте, проверяя на ощупь, соответствуют ли друг другу незнакомые доспехи и снаряжение. Затем, следуя примеру рослого офицера, они медленно двинулись вокруг римского лагеря, пока не приблизились к нему с востока, исключив любой риск того, что их силуэты будут видны на фоне зарева костров, горящих в парфянском лагере.

Когда они были не более чем в сотне шагов от часовых, охранявших восточные ворота лагеря, здоровяк жестом приказал им остановиться.

— Подождем здесь.

Убийца Нарсая покачал головой, подняв руки в знак надлежащего уважения.

— Господин, ты человек величайшей чести. На твои плечи легла задача, которую должен выполнить человек, с долгим опытом в самых грязных аспектах службы своему царю, жертвуя своей честью. С вашего позволения, у меня есть небольшой опыт в подобных вопросах.

Бородатый пехливан кивнул, испытывая тихое облегчение от того, что с его плеч сняли неблагодарную ответственность.

— Тогда иди. И не подведи нас.

Вараз ушел в ночь, улыбаясь сам себе в темноте и позволив себе ответить шепотом, как только оказался вне пределов слышимости.

— И вдобавок, господин, там, где я бесшумно передвигаюсь в темноте, ты шатаешься, как слепой бык. Теперь...

Он лег на землю и наблюдал за охранниками не более чем с тридцати шагов, спокойно прикидывая, в какую точку лучше нанести удар. Больше всего легионеров собралось возле ворот в середине земляной стены, держась поближе к кострам, горевшим по обе стороны, что серьезно снизило бы их способность видеть в темноте. По двое мужчин расположились в каждом углу лагеря, их позиции находились в добрых пятидесяти шагах от ближайшего часового, и они, как он отметил, имели тенденцию проводить больше времени, подходя как можно ближе к огню и как можно меньше патрулируя свой участок стены.

Вернувшись по своим следам, он обнаружил, что его нетерпеливо ждут его товарищи-лазутчики.

— Я разведал наилучший путь во вражеский лагерь. Следуйте за мной.

Аристократ потянул его за руку, яростно что-то шепча.

— Ты убил охранников?

— Нет, господин, пока нет.

— Но...

Подавив свое раздражение, он покачал головой с выражением, которое, как он надеялся, не выдаст его разочарования.

— Господин, с того самого момента, как мы совершим наше первое убийство, у нас будет совсем немного времени до того, как их тела будут обнаружены. Мы должны растянуть это время как можно дольше. Поверь мне в это.

Он повернулся и отвел их к тому месту, откуда наблюдал ранее.

— Сохраняйте тишину и не двигайтесь.

Шагнув вперед в темноте, он подождал, пока охранники слева от него повернутся, и пошел по своему участку к костру, быстро и легко пересекая пространство, отделяющее его от стены, бесшумно скользнув в ее тень и пристально глядя на людей, стоящих в углу лагеря, когда он опустился на колени, чтобы зачерпнуть горсть пыльной земли. Когда они не проявили никаких признаков интереса, он поднялся из темноты и направился к ним размеренной, уверенной поступью. У него не было щита, но во всех других отношениях он выглядел достаточно обыденно, чтобы выдержать недолгий осмотр в темноте, его доспехи и шлем были сняты с мертвого римского кавалериста, найденного в пустыне. Вытащив свой длинный нож и поменяв хватку на рукояти, чтобы спрятать лезвие под мышкой, он направился к стражникам, стараясь не ускоряться по мере приближения.

Ближайший из двоих заметил его присутствие боковым зрением в самый последний момент, и обернулся с вопросом, когда Вараз вонзил нож ему в горло и бросился на другого мужчину, швырнув ему в глаза пригоршню песчаной пыли, чтобы вызвать секундное замешательство, прежде чем вонзить ему в шею нож и перерезать трахею и голосовые связки. Умирающий мужчина беззвучно хватал ртом воздух, корчась в предсмертных судорогах, затем содрогнулся и упал. Оттаскивая трупы под прикрытие земляной стены, ассасин нахмурился, когда с неизбежным шумом, шаркая ногами по грязи и низко пригибаясь в поясе появились его товарищи.

— Лезьте через стену!

Они беспрекословно подчинились его прошипевшему приказу, их пехливан на мгновение остановился, чтобы посмотреть на окровавленного убийцу.

— А ты?

Вараз посмотрел на него без прежнего почтения, отметив намек на страх, сменивший прежний вид превосходства этого человека.

— Я подожду здесь, пока ты не войдешь в лагерь. Пускай римляне увидят своих, когда будут возвращаться этим путем. Когда они повернут обратно, я последую за тобой.

Пехливан кивнул, нервно сглотнув, даже не осознавая этого, и перелез через стену в погоне за своими товарищами. Вараз мгновение смотрел ему вслед, прикидывая шансы на то, за какое время он подберется достаточно близко к царю, чтобы нанести роковой удар, затем поднял упавший щит и встал, неспешно выходя на лунный свет, тихо бормоча что-то себе под нос, просто как еще один скучающий часовой.

Глава 9 

Измученных бойцов легиона не нужно было упрашивать лечь спать на твердой земле, завернувшись в одеяла, вместо того чтобы тратить время и усилия, необходимые для установки кожаных палаток, которые могли стать для них лишь помехой в случае