Варяжская сага. Пряди Ансгара - Борис Сергеевич Корниенко

Закончив говорить, Ансгар вдруг понял, как много ушей его слушает: вокруг него собрался едва ли не весь хирд. Даже Синдри с разбитым лбом был здесь. Ансгар снова вспомнил Барга, как тот вот так же собирал подле себя хирдманов и дренгов и рассказывал им разные истории – о Рюрике и его предках, о стране Ойум, о конунге Ёрмунрекке и его золоте, о волшебных мечах. Теперь настала очередь Ансгара рассказывать истории.

– Отец, – снова обратился к нему Рунар, – ты говоришь, трудно бывает выбраться обратно, но сам уже дважды бывал в Остерланде и возвращался назад. А теперь направляешься туда в третий раз!

– Вот об этом я и говорю! – улыбнулся Ансгар. – Вроде бы я и покинул эту землю, а снова меня тянет туда! Прелесть Остерланда еще и в том, что оттуда можно попасть в Миклагард – величайший город из тех, что существуют в Мидгарде! А оттуда можно добраться и в Сёркланд. Но об этих странах я даже не знаю, как говорить. Северному человеку трудно себе их представить – надо увидеть своими глазами.

– Вот и увидим! – радостно воскликнул какой-то молодой дренг, жадно ловивший слова Ансгара. – Ведь конунг Хельги идет на Миклагард, верно?

Стоявший рядом хирдман натянул дренгу шапку на глаза, всех рассмешив. Но Рунар остался серьезен и, не обращая внимания на смех вокруг, задал еще один вопрос:

– Какой этот Хельги из себя и как он думает захватить Миклагард, если это, как ты говоришь, величайший из городов?

Смех тут же угас, все приготовились слушать, даже сам ярл Гудмунд.

– Хельги не похож на других людей, это особенный человек, – ответил Ансгар. – Про него говорят, что он может оборачиваться волком и понимает язык всяких зверей и птиц. Еще он может ходить в мир мертвых и возвращаться назад. Поэтому он предвидит будущее, и его невозможно обмануть – что бы ты ему ни сказал, он знает все наперед. И я думаю, кое-что из этого, действительно, правда. Но в чем я на самом деле уверен, так это в том, что Хельги – великий воин и могущественный конунг. Более великого конунга, чем он, я за свою жизнь не встречал, да простят меня те из вас, кто служил Бьёрну Эриксону. Однако даже ему не под силу взять Миклагард.

При последних словах лица собравшихся, до этого завороженно слушавших, разочарованно вытянулись. Заметив это, Ансгар усмехнулся и сказал:

– Впрочем, это и не нужно. Прежний конунг Кёнигарда именем Аскольд тоже ходил на Миклагард и одолел ромеев, но город он не брал. Вместо этого их правитель, которого называют басилевс, заплатил Аскольду огромный выкуп на все войско. Я сам видел своими глазами два сундука, доверху забитых золотом, но это была только часть добычи, доставшейся самому Аскольду, а сколько еще забрали его ярлы, мне неведомо. И теперь, я думаю, Хельги вовсе не собирается захватывать Миклагард. Ему нужен договор с ромеями, чтобы можно было вести прибыльный торг, и, конечно, он хочет получить выкуп, притом больший, чем получил Аскольд.

– Мы будем богаты! – снова взвился тот же дренг.

– Уймись! – прикрикнул на него Гудмунд. – Сначала нам надо добраться до Кёнигарда, и чтобы Хельги согласился принять нас к себе на службу. А там видно будет.

После разговоров у костра хирд принялся укладываться. Было холодно. Ансгар укутался поплотнее и лег рядом с сыном. На ум снова пришел Хельги. Ансгар не все рассказал дренгам об этом человеке. Например, он не поведал им печальную судьбу Ингилейва, которого Вивека родила от конунга Рёрика, изменив своему мужу. Когда-то Ансгар очень переживал за судьбу мальчика и просил Хельги сохранить ему жизнь. Конунг обещал и обещание свое сдержал, но лучше бы он его убил. Мальчику отрубили руку и ногу, ослепили, обрезали ему язык и оскопили – вот какую жизнь уготовил Хельги Ингилейву. Об этом Ансгар узнал, когда был в Хольмгарде в прошлый раз. Может быть, теперь Ингилейв уже умер и его страдания окончились?

Да, Хельги не похож на других людей… Интересно, вспомнит ли он Ансгара спустя столько зим? Уж конечно, вспомнит, он ничего не забывает. Вдруг откуда-то издалека раздался протяжный волчий вой. От удивления Ансгар сел и прислушался, но больше до его слуха ничего, кроме храпа викингов, не доносилось. «Как странно, – снова ложась, думал Ансгар, – ведь здесь вроде бы нет волков».

* * *

Ансгар не был в Хольмгарде много зим, но с тех пор город мало изменился. Однако все же было заметно, что Хельги если и бывает здесь, то крайне редко. За стеной, видно, никто не следил, и она обветшала, кое-где обвалилась, ров заплыл, внутри города многие дома тоже стояли заброшенными. Да и людей стало как будто меньше. Старшим в городе теперь был Терех – старый ярл из числа вендов, который служил еще Рёрику в те времена, когда Ансгар впервые объявился в здешних краях. Он сначала встретил Гудмунда и его хирд неласково, но, узнав Ансгара, смягчился.

– А ведь я помню тебя! – сказал он. – Хоть ты теперь и без глаза. Тебя ведь зовут Ансгар, верно? Это ведь ты вышел на поединок с Вольгой, когда он еще не был князем? Ты тогда ловко метнул в него свой щит! Он до сих пор о тебе говорит.

– Что же он говорит? – стало любопытно Ансгару.

– Говорит: «Как вернется Ансгар из-за моря, так пусть ко мне в Киев идет без задержки».

– Вот как?

– Представь! Я уж думаю, с чего бы ему вернуться? Поди, убили давно или сам помер. А тут ты!

– Так что же, дашь нам путь?

– Конечно, помехи я вам чинить не буду. Плывите себе подобру-поздорову!

После такого разговора Гудмунд был очень рад, что взял Ансгара в свой хирд, и всячески его благодарил. Сам же Ансгар, когда это дело было улажено, решил воспользоваться возможностью и навестить дом Братяты. Рунара он взял с собой. По дороге свернули в сторону – Ансгар хотел посмотреть на дом Адальмунда, где когда-то спознался с Вивекой. Дом стоял пустой, с покосившимся забором и прохудившейся крышей. Постояв немного у калитки и тихо вздохнув, Ансгар пошел дальше. Рунару он говорить о том, что было здесь, не стал, а тот и не спрашивал.

Дом Братяты, как отметил Ансгар, стоял крепко, крыша была поновлена, да и в целом чуялась рука хозяина.