Варяжская сага. Пряди Ансгара - Борис Сергеевич Корниенко

– Он лежал среди костей.

– Наверно, павший воин укрыл его своим телом, и никто не посмотрел. Мы хоронили погибших, но их было много, некоторые остались лежать. Так, видно, и этот. Ты вот что, верни-ка его на место, туда, где взял. Не стоит понапрасну тревожить мертвые кости.

Рунар пошел возвращать свою находку, Ансгар же вернулся к ладьям, где его уже поджидал Гудмунд.

– Послушай, может, расскажешь парням о том, что здесь было?

Ансгару почему-то не очень хотелось говорить о стародавней битве, но он все же ответил:

– Да, конечно, расскажу. Только в животе пусто, а с пустым животом, сам понимаешь…

– Так уж готово все, иди к огню.

Но Ансгар пошел не сразу, а сначала обернулся и убедился, что Рунар возвращается назад, исполнив волю отца.

* * *

Ладьи с хирдом ярла Гудмунда были встречены в одном переходе от Кёнигарда несколькими сторожевыми кораблями, которые сопроводили их к городу. Здесь викинги, высадившись на берег, оказались в окружении местных воинов до тех пор, пока о них не доложат конунгу Хельги и он не примет какое-нибудь решение. У Ансгара было, таким образом, достаточно времени, чтобы оглядеться. Кёнигард стоял на горе почти такой же, как прежде, хотя было заметно, что стены его недавно поновили и чуть раздвинули, так что город стал немного больше. Однако он не мог вместить всех собравшихся здесь воинов, которые разбили с разных сторон несколько лагерей, так что вокруг Кёнигарда словно вырос еще один город. Ансгар многое повидал на своем веку, но такого большого войска ему еще встречать не доводилось. Ему удалось разговорить одного стражника, и тот рассказал, что в поход собрались не только дружины подвластных князю Вольге полян, северов, древлян, словен, кривичей и чуди, но и меря, дулебы, хорваты, радимичи, вятичи – все хотели получить свою долю славы и добычи у стен Царьграда. Что же до жителей далекого севера – соплеменников Ансгара, – то, со слов стражника, их тут было совсем немного в сравнении с числом людей славянского языка.

Вдоль берега проскакал на коне статный муж в красном плаще в сопровождении нескольких воинов.

– Кто это? – спросил Ансгар, хотя уже сам догадался.

– Так это же князь Игорь! – ответил разговорчивый стражник. – Вольга-князь с собой на Царьград его не берет, велит сторожить Киев от степняков, а тот злится! Целыми днями на охоте пропадает, чтобы только Вольгу не видеть. Видно, снова помчал зверя бить!

Так вот каким теперь стал маленький Ингвар! Крепкий и ладно сложенный, со знакомыми чертами лица, в которых узнается покойный Рёрик, но послушный Хельги и вынужденный выполнять его волю, даже вопреки собственным желаниям. Ансгар сочувственно покачал головой. Не такой доли он ждал для молодого конунга. Впрочем, не все ли равно? Какое дело старому викингу до того, как живет сын Рёрика? Ансгар махнул рукой и отошел посторонь.

Меж тем скоро к реке из города спустился всадник, ведя на поводу еще одного коня. Он направился к хирду Гудмунда и спросил на северном языке, выдавая в себе уроженца Нордланда:

– Есть ли среди вас человек по имени Ансгар?

– Ты и правда большой человек, если сам конунг Хельги ждет твоего появления, – сказал с неподдельным уважением Гудмунд.

Ансгара же такое внимание скорее насторожило, чем порадовало. Он бы предпочел, чтобы Хельги не помнил о нем. Сев на поданного ему коня, к восхищению дренгов, не умевших ездить верхом, Ансгар направился вслед за назвавшим его по имени человеком. Вдвоем они въехали в городские ворота, и никто их не остановил. Потом они проскакали по улицам к самому дворцу – здесь спутник Ансгара ловко выпрыгнул из седла и, попросив обождать, зашел внутрь. Ансгар тоже слез с коня и принялся разминаться. Он уже давненько не ездил верхом, и его тело сразу дало знать, что отвыкло от такого. В прежние времена он переживал бы, что явится перед конунгом с дороги, немытый и нечесаный, в грязной одежде, но теперь его больше беспокоила боль в спине.

Знакомый уже Ансгару нордман показался из ворот дворца и поманил его за собой. Нехотя Ансгар последовал за ним. Вновь, как и много лет назад, оказавшись в этом дворце, который, правда, с тех пор был изрядно перестроен, Ансгар ощутил знакомое чувство. Точно так же его ведут по переходам, так же подводят к какой-то темной клети, так же открывается дверь, и так сидит он – конунг Хельги. И, с каждым шагом приближаясь к нему, Ансгар чувствует присутствие какой-то могучей силы, которая словно давит на плечи и на затылок, заставляя склонить голову. Усилием воли он сдержался и остался стоять прямо, гордо глядя в глаза конунгу.

Удивительно, но Хельги выглядел так же, как и тогда, когда Ансгар оставил его в Кёнигарде, отправляясь в Миклагард. Словно и не было этих двадцати зим! Ансгар был намного моложе конунга, но теперь рядом с ним казался себе дряхлым стариком. Со знакомой хищной ухмылкой смотрел Хельги на своего гостя.

– А ты постарел, – сказал он так, словно могло быть по-другому.

– Время идет, – развел руками Ансгар.

– Ты так и не стал хозяином своей судьбы!

– У судьбы не может быть хозяина, – возразил Ансгар, – мы все в ее руках.

– Кто тебе такое сказал? – оскалился Хельги, показав свои волчьи клыки. – Какой-нибудь мудрец в пустыне? Не стоит слушать всяких пустозвонов!

Ансгар не стал ничего на это отвечать, но был поражен тем, что Хельги, кажется, как-то проведал о его беседе с Нариманом.

– Я знал, что ты рано или поздно снова окажешься здесь, – изрек конунг.

– Я пришел вместе с сыном, потому что он откликнулся на твой зов и хочет пойти в поход.

– Будете оба в моем хирде.

– Я пришел с ярлом Гудмундом.

– Это все равно, – отмахнулся Хельги, – а за Гудмунда не беспокойся, ему с его хирдом тоже найдется место в походе.

– Но зачем тебе в твоем хирде я?

– Ты бывал в Миклагарде и можешь мне пригодиться. Кроме того, я давно тебя знаю и, помня твои былые заслуги, считаю, что тебе не место в хирде какого-то мелкого ярла.

– Он будет получше многих больших ярлов, но воля твоя.

– Ты хотел спросить меня еще о чем-то? – Хельги вновь удивил Ансгара своей прозорливостью.

– Простое любопытство.

– Не стесняйся, спрашивай!

– Мне интересно, задумал ли ты этот поход с самого начала, еще тогда, когда взял Кёнигард двадцать пять зим назад?

Хельги сначала усмехнулся, но потом ответил со