Предательство в Шервудском лесу - Эми С. Кауфман

Эмми вздохнула, и ее взгляд чуть смягчился.

– Пойдем, Джейн. Сядем где-нибудь, поговорим. У Эдо есть вино для готовки, которого он точно не хватится. – Она протянула руку в знак перемирия.

– Мать-настоятельница, – хрипло прошептала Джейн. – Мне нужно к ней.

– Да, конечно. – Эмми закатила глаза и скрестила руки на груди. Приоткрывшаяся было дверь их былой дружбы снова захлопнулась. Мука, прилипшая к рукавам и засохшая на руках Эмми, вызвала у Джейн приступ тоски по спокойной, теплой, уютной жизни, которая теперь была для нее потеряна. Потеряна, потому что она сама же ее и разрушила. – Она в саду. Не беспокойся о нас, – язвительно добавила Эмми, уже поворачиваясь к Джейн спиной. – Мы на кухне прекрасно справимся и без тебя, как справлялись всегда.

Сад королевской усадьбы утопал в буйстве сочных весенних трав и ранних цветов. Мать-настоятельница стояла на коленях прямо на земле и собирала в корзину какие-то стебли, не опасаясь испачкать одежду и руки.

Джейн приблизилась к ней с бешено колотящимся сердцем. Иветта как будто и вправду хотела помочь, но люди – как в королевской усадьбе, так и в Шервудском лесу – были очень противоречивыми. Джейн давно следовало бы усвоить этот урок. Она это видела на примере своей семьи. Ее мама, такая сильная с виду, была, по сути, капризным ребенком и хотела мужчину, который о ней позаботится. Ее отец, веселый и добродушный для посторонних, был истинным дьяволом в собственном доме. Адам, казавшийся любящим братом, ополчился на Джейн сразу, как только она перестала ему помогать и начала думать о себе. А теперь даже Бран бросил ее и сбежал. И возможно, не просто сбежал, а сотворил и чего похуже, если ее подозрения о причинах его переезда в Ноттингем окажутся верными.

– Джейн, – сказала Иветта, продолжая копаться в земле. – Я рада, что ты благополучно вернулась. Иди сюда, помоги мне.

Она обернулась, взглянула на Джейн, неподвижно застывшую у нее за спиной, и внезапно умолкла. Потом медленно поднялась на ноги. Джейн впервые заметила слабость в ее коленях, ее согбенные плечи, те усилия, которые она прилагала, чтобы держать спину прямо.

– Джейн, что случилось?

– Это вы послали его за мной? – спросила Джейн дрожащим голосом. – Чтобы он поймал нас в лесу?

– Кого? – резко проговорила Иветта. – Шериф вас нашел?

– Не шериф. Гай Гисборн, – ответила Джейн. – Вы говорили, что мне надо бежать, если я его увижу в лесу. И он меня выследил. Как вы и предупреждали. Вы послали его убить Робина?

– Не говори глупостей! – На лице матери-настоятельницы отражались гнев и замешательство. – Ты действительно думаешь, что я подвергла бы тебя такой опасности?

Из Джейн словно вышел весь воздух. Она стояла, как соломенная фигура, опустошенная и неподвижная.

– Я не знаю, – прошептала она, и ее голос дрогнул. – Я уже ничего не знаю.

Иветта смягчилась.

– Джейн, что случилось? Гай что-то сделал…

Но Джейн могла лишь покачать головой, на время утратив дар речи.

– Ты должна мне рассказать. Мы с тобой договорились.

Солнце уже почти село, к вечеру поднялся ветер. Казалось, что вся земля с нетерпением ждала темноты, когда можно будет закрыть глаза и отдохнуть.

– Я не могу рассказать. – Глаза Джейн наполнились слезами. Она не знала, что делать. Она больше не знала, кому доверять. Она не знала, есть ли у нее пусть к спасению и заслужила ли она спасения. – Я не могу рассказать, – повторила она и все же заставила себя встретиться взглядом с Иветтой. – Потому что вы плохо подумаете обо мне. Из-за того, что я сделала. Из-за того, что я видела.

Мать-настоятельница как будто почувствовала, что Джейн сейчас просто сломается.

– Хорошо, – осторожно проговорила она, словно обращаясь к рассерженной кошке, которую требовалось успокоить. – Но теперь все закончилось, что бы там ни было?

Джейн опять покачала головой.

– Ясно, – сказала Иветта, ее лицо побледнело от беспокойства. – А что с Гисборном? Он..?

– Робин его пытал. – Слова вырвались сами, как река, пробивающая запруду в сезон сильных гроз. – Он мертв.

Джейн опустила голову, не в силах вынести проницательного, понимающего взгляда матери-настоятельницы. Особенно после всего, что она видела и что натворила.

– Разве так поступил бы настоящий герой, Джейн? – тихо спросила Иветта.

Под ее пристальным льдистым взглядом Джейн все же сломалась.

– Робин Гуд не герой, – произнесла она сквозь поток слез.

Она наконец-то признала правду. Перед Иветтой и перед собой.

– Ну вот, – выдохнула Иветта, но ее спина оставалась прямой и напряженной. – Теперь ты понимаешь.

– Я не знаю, что делать, – всхлипнула Джейн. – Я думала, он помогает людям. Есть столько историй, как он помогал слабым и беззащитным. Я думала…

– Все дело в том, – тихо проговорила Иветта, – что люди, которые называют себя героями, часто становятся величайшим разочарованием. Возможно, он действительно помогал людям или хотел им помочь. Он ненадолго расцвел… – Она указала на несколько бледно-желтых бутонов примулы, которые только начали раскрываться, но как будто замешкались, словно не зная, точно ли им пришло время цвести. – Природа знает, когда наступает пора пробудиться и когда больше не нужно бороться с зимой. Но человек никогда этого не понимает. Человек выпил бы весь мир досуха, если бы мог, и никогда не вернулся бы в землю, чтобы ее исцелить.

Джейн закрыла глаза, потому что жажда крови, резни и мести, которую она видела в Робине, была именно такой, как ее описала мать-настоятельница. И теперь Робин хотел, чтобы Джейн заманила шерифа в ловушку. И хотя она пальцем не тронет Уолтера, он умрет из-за нее. Как умер монах. Как умер тот мальчик-служка. Джейн принялась кусать губы, вспомнив склоненную голову Уолтера. Вспомнив, как Беатрис утешала его, гладя по волосам. Вспомнив их любовь друг к другу и детей, которых они отослали в столицу. Шерифа убьют не у нее на глазах, как это было с Гаем Гисборном, братом Годриком и мальчиком-служкой, но его смерть все равно запятнает ей душу.

Бран ее бросил. У ее мамы и братьев теперь своя жизнь. Эмми и Эдо не захотят, чтобы она возвращалась – их доверие она потеряла. У нее не осталось почти ничего, кроме Робина и его войны, а Джейн не была воином. Возможно, пришло ее время перестать бороться с зимой. Возможно, ее цветение под солнцем уже завершилось.

– Вы можете… – Голос Джейн дрогнул, и ей пришлось остановиться и прочистить горло. – Вы можете передать от меня сообщение шерифу?

Иветта пристально посмотрела ей прямо в глаза.

– Что