Поколение «сэндвич». Простить родителей, понять детей и научиться заботиться о себе - Светлана Комиссарук

Задумайтесь: мы боимся их отключить от финансовой и другой поддержки, мотивируя тем, что они не справятся. Здесь, если копнуть глубже, звучит разочарование и недоверие к своим детям, и это уже серьезно. Над этим надо работать, так как они очень хорошо это недоверие чувствуют, даже если мы пытаемся его скрыть. А ведь часто и не пытаемся… Тут выход один – сцепить зубы и отпустить в открытое плавание, иначе они так и будут передвигаться возле нас «вдоль бортика».

И начать с главного: вынести за скобки вопрос денег. Наши разногласия с детьми – не о деньгах. Но деньги застилают эти проблемы, и сначала нужно убрать финансы из отношений. Как это сделать, в каждом конкретном случае решать вам: постепенно обговорить и перестать платить, дать большую сумму на первое время (и оговорить, что помощь единократная), помогать целевым образом в больших покупках, взять на себя помесячную оплату чего-то конкретного и так далее. Можно вообще ничего не менять и кран не перекрывать! Потому что, повторяю, проблема не в этом, а в автономности / отсутствии доверия, и деньгами это не меряется. Мы подробнее обсудим вопрос о границах и помощи в главе 6.

Еще одной болевой точкой у нашего поколения «сэндвич» является тема родителей, дай им бог сил и здоровья подольше оставаться с нами. Общение с ними не всегда вызывает положительные эмоции, необходимость помогать им, поддерживать их настроение в норме многим из нас в тягость. Нередко правильные действия выполняются через силу, лишь из чувства долга, со сцепленными зубами и ходящими желваками, что, конечно, видно родителям и причиняет им боль. Родители, как и мы, долгожители; они не были готовы к такому положению дел. Они не готовы быть финансово и физически зависимы. Они тревожатся за себя и за всех и подчас бывают невыносимы, чего уж говорить. Наши пожилые папы и мамы не видят происходящих с их телом/характером/настроением перемен, они превратились в «упрямых капризных детей», которые не слышат разумных доводов, рискуют собой и приносят кучу беспокойства нам и внукам. Здесь опять потребность в автономности, в независимости – теперь уже не со стороны наших детей, а со стороны наших родителей. И задача нашего поколения «сэндвич» – эту автономность им всем обеспечить. Непросто, я согласна.

Главное, что нам нужно понять и помнить: невозможно причинить добро насильно! Наши родители – не дети, и им в той же степени, что и прежде, если не в большей, необходимы уважение и контроль над собственной жизнью – хотя бы иллюзорный.

Поэтому, как бы нам этого ни хотелось и каким бы очевидным это решение ни казалось, нельзя, например, просто взять родителей за руку и насильно отвести к врачу. Нельзя принимать решения за них – просто потому, что «их пора отправить отдохнуть» или «им больше не под силу таскать продукты». Сложно, но очень важно – найти способ учесть их мнение. Деликатность по отношению к зависимому от нас старику – это, во-первых, признак порядочности. А во-вторых, и это, пожалуй, главное, – это моделирование нашей с вами старости: дети и внуки на нашем примере учатся общению со стариками.

Сложные у нас проблемы, но ведь и время пока есть – эти дополнительные двадцать-тридцать лет, которые подарены нашему поколению. Подробнее о том, как себя вести с пожилыми родителями и взрослыми детьми, мы поговорим, учитывая новые знания о культуре, в которой они выросли, и о мотивации, которую им привили с детства.

Но уже сейчас, до обсуждения всех психологических причин и техник, важно понять: никого изменить невозможно – ни взрослых детей, ни пожилых родителей. Можно изменить свое отношение, свою тактику, свои формулировки. Можно понять и принять.

Этому и посвящены следующие главы. Но сначала о помощи.

6. Помощь

Великий антрополог Маргарет Мид[23] на вопрос, что является первым признаком появления человеческой цивилизации, как-то ответила: сросшееся после перелома бедро. Почему не инструменты для охоты, или религиозные артефакты, или примитивные формы общинного самоуправления? Потому что там, где действует исключительно закон джунглей – выживание сильнейших, – сросшихся бедренных костей не осталось бы. Бедренная кость – самая длинная в теле, соединяющая бедро с коленом. Для того чтобы в доисторические времена наш предок остался жить после ее перелома, ему нужна была серьезная помощь. Чтобы эта кость зажила, соплеменники должны были захотеть – вопреки законам естественного отбора – обеспечить пострадавшего кровом, защитой, едой и питьем в течение долгого времени, по крайней мере первые шесть недель. Именно поэтому Маргарет Мид утверждала, что первым признаком человеческой цивилизации является забота о человеке, раненом и нуждающемся, оказание помощи. Самая старая человеческая бедренная кость с зажившим переломом, найденная в месте археологических раскопок, относится к эпохе 15-тысячелетней давности. Этот рубеж отмечает начало человечества, как мы его знаем. Исцеленное бедро показывает, что кто-то заботился о пострадавшем, предлагал физическую защиту и общение. Первым признаком цивилизации является сострадание и стремление помочь.

В любой культуре и во всех религиях оказание помощи – добродетель, в этом нет и не должно быть никакого сомнения. И все же так ли это? Всегда ли это правильно? Всегда ли вовремя? В этой главе я хочу заронить сомнения в души тех, кто видит свою роль в семье – по отношению и к пожилым родителям, и ко взрослым детям – как постоянный и главный источник помощи.

Наверное, при обсуждении помощи в чем-то откроются глаза у тех, кто привычно носит белое пальто и работает местной матерью Терезой. Это важно понять, поэтому очень прошу: вдумайтесь, всегда ли нужна ваша помощь? В той ли форме вы ее оказываете? И мы вместе решим, что же делать дальше.

Давайте по порядку. Во-первых, помощь бывает разной. У всех на слуху мудрая китайская притча: есть два способа помочь голодному – дать рыбку или дать удочку. Если его накормить рыбкой, он будет нуждаться в помощи опять и опять. А вот если его научить ловить рыбу, он в следующий раз справится сам. В первом случае, если задуматься, помогающий нацелен на быстрое достижение результата. Накормил – и вопрос решен. Да, но только вопрос решен в этот раз. Ведь когда-то человек опять проголодается. И опять придет, то есть станет зависимым от помогающего. А вот во втором случае помогающий ставит своей целью развитие самостоятельности и автономности того, кто к нему пришел. И, получив удочку, этот голодный за помощью больше не придет. И ты со своей помощью тут больше не нужен.

Приведу несколько примеров помощи – либо рыбкой, либо удочкой. Большая страна предлагает соседней автономии: давайте мы вам будем поставлять газ и электричество, но вот только строить на вашей территории электростанцию не стоит. Вы всегда к нам можете обратиться, мы добрые. И потом при первом же разногласии электричество и газ перекрываются. Помощь ли это? Нет, это навязывание зависимости и подчинение. Другой пример из области политики – давайте мы вам поможем в вашей благородной борьбе прямо сейчас и введем наши войска! Однако, если вы будете сотрудничать не по нашим правилам, мы свою помощь прекратим. И вы тут же откатитесь в вашем конфликте к точке начала. Нет-нет, отправить вам оружие и военных советников мы не готовы (ведь в этом случае в какой-то момент мы станем вам ненужными, а это уже не