Глубинная психология и путь к себе. Как почувствовать смысл в жизни - Наталия Александровна Павловская

У Этти была возможность уехать, но она не могла решиться оставить Шпира, который нуждался в ее поддержке и заботе: помимо экзистенциального кризиса, он еще и боролся с раком легких. Вернее, боролась с его раком в основном Этти, тогда как он нарушал все предписания врачей и впадал в мизантропию. Увлеченная этой борьбой, Этти упустила все шансы уехать, спастись. Когда Шпир в 1942 году умер, Этти так глубоко переживала это, что добровольно отправилась в тот самый пересыльный лагерь для евреев, куда должен был попасть Шпир (распоряжение о депортации в Вестерборк офицер гестапо доставил через день после смерти Шпира).

У Этти по-прежнему были знакомые, которые могли помочь ей спастись, но в своих посвященных холокосту дневниках (изданных под названием «Я никогда и нигде не умру»[27]) она описывает два мотива, из-за которых отказывалась от помощи. Во-первых, Этти хотела быть причастной к трагической судьбе своего народа, а во-вторых, все еще чувствовала себя в тесной связи со Шпиром. Так она приняла решение оставаться в Амстердаме, пока он находился в этом городе, даже с риском для жизни. Так она отправилась туда, в страшное место смерти, чтобы символически продолжать быть с ним.

О чем эта история? Где здесь зло? (Помимо очевидного коллективного зла нацизма.) Есть два человека, и каждый из них делал свой выбор. Шпир соблазнял и привязывал к себе юную женщину (как осведомленный специалист, имеющий подготовку в психоанализе, он мог нести ответственность за свои рискованные профессиональные эксперименты). Думал ли он, что действительно делает добро для нее? Или осознавал, что совершает зло?

А Этти? Понимала ли она, что причиняет себе непоправимое зло? Или для нее это не было злом, потому что позволяло прожить свою индивидуальную судьбу, даже если она не укладывалась в общепринятые рамки?

Или зло, вызванное профессиональным преступлением Шпира и не названное своим истинным именем, неостановимо отравляло все вокруг, как радиация, и поглощало жизни, как раковые клетки в организме?

А вот история моего пациента, Дениса.

Денис обратился за терапией в сложной ситуации: у Дениса были многолетние отношения с женщиной, чувства в которых к этому моменту значительно охладели. Чем больше пара пробовала сближаться, тем очевиднее было, насколько они разные люди, не желающие разделять увлечения и ценности друг друга. Денис планировал плавно завершать эти отношения, а его спутница Света, почувствовав его отстранение, напротив, стала форсировать события и почти требовала пожениться поскорее, чтобы «все наладилось», ведь после свадьбы появятся понятные задачи: дом строить, детей рожать и растить, не до тоски-печали станет.

Денис колебался. С одной стороны, он признавал, что Света не родной ему человек, с другой — говорил себе: ну а что ты надеешься найти? Чудо какое-то? Великую любовь? Это только в кино бывает. А Света понятная, красивая, деловитая, заботливая, будет хорошей матерью. В окружении Дениса и в его семье все так и жили: нормально, без чудес. Если становилось тоскливо, заводили любовниц, но только чтобы жена не узнала. Ну а что делать? «Не мы такие, жизнь такая».

Но вдруг возникло новое серьезное обстоятельство: у Светы обнаружили агрессивное быстротекущее онкологическое заболевание. Надо сказать, что именно Денис обратил внимание на странные симптомы, от которых отмахивалась Света, думающая тогда исключительно о свадьбе. Но как раз внимательность Дениса позволила диагностировать заболевание практически в тот момент, когда еще можно было попытаться что-то сделать, начать лечение. Денис пришел в терапию ошеломленный этой ситуацией: есть женщина, к которой он уже равнодушен, и он даже испытывает раздражение из-за ее попыток связать и удержать его. В то же время этой женщине сейчас нужна серьезная поддержка. Как быть? Что делать? Денис испытывал множество противоречивых чувств и сам нуждался в поддержке, прояснении, что с ним происходит.

Дальше последовали несколько лет сложнейшего лечения Светы в разных странах, что потребовало колоссальных эмоциональных усилий и материальных вложений. Денис все это время был рядом, это было его решение. У них не было физической близости, Денис объяснял это тем, что Свете необходимостью было беречь иммунитет и силы. В остальном он вел себя лучше многих мужей: курировал лечение Светы, организовывал ее жизнь и жизнь ее родителей, которые помогали дочери, потратил все свои сбережения, работал почти круглосуточно, брал рискованные профессиональные задачи.

Сложность была в том, что Света (небезосновательно) жила в уверенности: все это доказывает, что они пара и просто не успели официально пожениться. Она много говорила о свадьбе, планировала, Денис старался отмалчиваться, зная, что Свете сейчас нужны положительные эмоции.

К счастью, все усилия были не напрасны, и постепенно Света входила в стабильную ремиссию. Денис мог реже приезжать в страну, где она проходила лечение, и после изнуряющего марафона по спасению ближнего он стал больше прислушиваться к себе. Неожиданно на наших сессиях Денис вспомнил, что в юности больше всего любил заниматься живописью! Но в какой-то момент он сделал выбор: стать «нормальным» мужчиной, чтобы достаточно зарабатывать и впоследствии достойно содержать семью. Забросил живопись, профессионально занялся финансами. На это решение в значительной мере повлияло бессознательное желание хоть как-то заслужить уважение и одобрение эмоционально холодных и сверхтребовательных родителей, но сейчас не об этом. Главное, Денис осознал, в какой ловушке жил почти двадцать лет своей мужской жизни.

Света внешне — по складу характера, по жизненным ценностям — была та самая «нормальная жена» «нормального мужчины», но Денис совершенно не любил ее. И жизнь свою текущую, «правильную» и «нормальную», он не любил. Столкнувшись с быстротечностью земного существования, непредсказуемостью его конца, Денис иначе взглянул и на свою судьбу. Он разыскал знакомых своей юности, участников творческого кружка, где в свое время был одним из лидеров (они теперь уже профессионально занимались искусством), возобновил занятия живописью, стал общаться с художниками и почувствовал острый вкус жизни, собственной, настоящей жизни!

А в это время Света уже возвращалась домой — с хорошими анализами и хорошим самочувствием. «Ну что, мы победили болезнь и теперь можем наконец организовывать свадьбу!» — радовалась она. И вот здесь был момент следующего решения Дениса. Он много говорил о своих чувствах и переживаниях на сессиях. Ему очень хотелось оставаться хорошим, порядочным человеком. Но хорошим для кого — для себя, для Светы, для знакомых? Он уже не мог обманываться: если он вернется к прежней жизни, такой, какой она была до болезни Светы, он умрет. Не буквально, конечно. Буквально, скорее всего, будет жить долго, потому что Света организует их жизнь с правильным питанием, регулярным фитнесом и полезными оздоравливающими отпусками. Если не попадет под машину… Так мрачно рассуждал Денис. Душа его