Любовь как архетип. Глубинный взгляд на отношения - Наталия Александровна Павловская

неудовлетворенного желания в социально приемлемое действие. Ну например, в силу личной истории, темперамента и типа характера человека переполняют аффекты, то есть неконтролируемые вспышки ярости, и он может успешно и даже профессионально заняться боевыми искусствами. Или для кого-то характерны аффекты разрушения, тогда он может стать искусным хирургом. К любовным отношениям и творчеству это тоже имеет прямое отношение: переживание невозможной, невоплощаемой любви можно трансформировать в работу над творческим произведением, посвященным любви и не только.

А в юнгианской психологии понятие «сублимация» имеет еще более символичное значение. В аналитическом подходе, который начал развивать Юнг, большое значение придается алхимическим метафорам (посредством средневековых текстов, где зашифрован, в аллегорических образах описывается процесс получения золота из свинца; в психологии так рассматривается путь трансформации низкой, темной субстанции неразвитой личности в чистое сокровище – личность осознанную, добровольно следующую своему предназначению), а они, в свою очередь, близки к описанию физических процессов и образно, глубоко объясняют принципы взаимоотношений души и духа, Эго и Самости.

Так вот в старинных алхимических трактатах операция sublimatio – это промежуточный процесс преобразования тяжелого серого металла свинца в легкое воздушное белое олово. Или даже больше, символичнее: преобразование тяжести в парение. В психологическом смысле это понимается как признание тяжелых чувств, вызванных внешними объектами, трудными целями, и трансформация их во внутренние парящие образы психики. Вследствие этого процесса фокус внимания страдающего человека перенаправляется внутрь собственной души, появляется воздушная энергия творчества, которая помогает переносить тяжесть, приходят осмысленные символы, которые можно сформулировать как плодотворные идеи и потом воплощать в реальных действиях и отношениях.

Такой – по описанию загадочный – процесс на самом деле происходит в нас естественным образом. Важно не мешать психике самоисцеляться и стремиться к творчеству через переживание любви.

Моя пациентка Нина была мучительно влюблена в своего наставника, бывшего преподавателя в университете, довольно молодого профессора с мировой известностью. Он высоко ценил Нину во время учебы и после защиты диплома помогал ей в профессиональном развитии. Но ей этого было крайне мало. Она хотела буквальных отношений с ним как с возлюбленным, мужем, любовником. Но он был счастливо женат всю жизнь на одной женщине, Нину очень уважал, но никогда не рассматривал как возможную любовницу или жену, а лишь как талантливую студентку. Огонь неудовлетворенности пожирал Нину изнутри так, что она не могла есть, спать нормально, отвергала ухаживания сверстников; все это мешало ей жить и работать, ее важный рабочий проект был под угрозой срыва.

Мы бы долго сидели с Ниной в психоаналитическом кабинете, интерпретируя в русле классического психоанализа ее отношение к профессору как проекцию желания заслужить любовь отца, который ушел из семьи и не возвращался, как бы ни старалась маленькая Нина хорошо учиться и побеждать на олимпиадах (тогда в детстве она решила, что это может помочь)… Я предложила Нине сосредоточиться на фантазиях, сновидениях, искать в кино, литературе, мифах, в окружающей действительности сюжеты о любви, которые отзывались бы ей.

Смысл в том, чтобы признать свои чувства, найти в них символическое, архетипическое измерение, выйти за рамки бытовой драмы влечения к недоступному мужчине; в том, чтобы через поиск так называемых амплификаций (это психологический термин, означающий расширение поля смыслов через примеры коллективной души, разума, культуры) расширить и понимание своей любовной истории, почувствовать общность своих переживаний и переживаний людей в разные времена и на разных континентах, как будто удобрить, насытить поле, на котором может вырасти что-то новое для психики, для души.

Поначалу это казалось Нине ерундой и тратой времени, но вскоре она увидела сон: она – скульптор и создает художественную символическую фигуру своего профессора, искусно украшает ее и сооружает для нее что-то вроде алтаря. Когда она закончила с алтарем, прилетели дружелюбные диковинные птицы и унесли Нину. После захватывающего полета в небе Нина приземлилась в новом ярком красивом городе, где прохожие на улицах приветствовали ее и говорили, что ее здесь ждут, показывали дорогу к ее новому месту работы. Это оказалась очень красивая современная научная лаборатория.

Нина была озадачена, а я предложила воспринять сон как рекомендацию бессознательного и доверчиво следовать ему: Нине предстояла работа по признанию, что профессор для нее был на самом деле символом оригинального мышления, преданности профессии и своеобразным архетипическим образом духовного возлюбленного вроде уже упоминавшегося Брахмы для Сарасвати – пары созидателей, изобретателей, творцов. Ведь на самом деле, и это непросто было признать, Нина не знала своего возлюбленного профессора как реального человека.

Также в процессе чтения мифов и легенд о любви Нина наткнулась на описание традиций одной из общин в Океании, где женщины делают тайный алтарь для воображаемого идеального возлюбленного, приходят к нему поговорить, посоветоваться в духовных вопросах, принести подношения, отдохнуть, помечтать вслух, и это, как ни парадоксально, разгружает реальные семейные отношения от завышенных ожиданий и укрепляет связь с реальным мужем. Таким образом, можно не заставлять себя отказываться от своего идеала, а просто найти ему правильное место в своей жизни. И в этом тоже проявляется творчество.

Нина так и сделала: действительно в реальности создала своими руками символический алтарь в честь своей любви, и постепенно эта медитативная и творческая работа освободила ее от мучительного огня неудовлетворенных необоснованных ожиданий.

Кто-то может задать вопрос: а это не значит, что Нина просто сдалась? Разве не знает история человечества множества примеров, когда можно влюбиться, почувствовать, что без этого человека и буквальных любовных отношений с ним или с ней жизнь неполна, проявить упорство, находчивость, найти способ, приложить усилия – да и завоевать его или ее? Да, таких сюжетов много. Но. В такой истории победа заключается в присвоении себе права на другого человека. То есть главным здесь становится он или она – те, кого решают завоевать. А в том пути, которым пошла Нина, победой было ее признание, что главное в этой истории – это она сама, ее душа.

В процессе этих осознаваний и проживаний сон, аппетит и работоспособность вернулись к Нине, она успешно представила свой проект научному сообществу, получила приглашение на важную международную конференцию, которая проходила в месте, похожем на научный институт из ее сна. Там она познакомилась с таким же, как она, молодым начинающим ученым, и они почувствовали взаимное влечение. Неизвестно пока, как дальше сложатся их отношения, но главное – Нина сумела выстроить сложный баланс между любовью и творчеством в разных проявлениях своей жизни.

Глава 10. Любовь и свобода

– А что, если он хочет быть один?!

– Он просто испугался! Испугался близости!

– Он что, не имеет права на свободу выбора?

– Что это за свобода, если он просто сделал так, как ему отец велел?

– А почему это не может быть свободой – выполнить желание отца?

– Потому что свобода – это не желание удовлетворить других!

– А что, если он сам так хотел? Он не имеет права хотеть быть одному?

– Имеет, но это вызывает сильные чувства у того, кто его любит, сильные и не всегда приятные!

– А у него что, нет своих чувств?

– Так он сам потом страдает из-за такого решения!

– Ну страдает…

Как они вышли на бурное обсуждение отношений Андрея Болконского и Наташи Ростовой, она уже забыла, но горячилась так, будто речь идет о них самих. А может, так и было.

А всего-то разбирали ветхий шкаф с книгами, потому что ему казалось, что там были картон и карандаши, – они решили сделать себе карточки для игры в фанты, наткнулись на старинное издание «Войны и мира» Толстого и принялись вспоминать, кто что больше любил в этом романе раньше и что любит сейчас.

Вспомнили историю, как блестящий Андрей Болконский, спустя время после смерти жены, влюбился в Наташу, ухаживал и попросил о помолвке, но, после того как его властный отец выразил недовольство таким выбором (Ростовы были не так богаты и знатны), на самом пике их влюбленности и развития отношений решил без обсуждений с ней один поехать на целый год или больше – как пойдет – в Европу якобы поправить здоровье. Это привело к фатальным последствиям для их отношений, чуть позже и для самого