Любовь как архетип. Глубинный взгляд на отношения - Наталия Александровна Павловская

Гуманист митрополит Антоний Сурожский в одной из духовных бесед сказал: «Иногда мы так сильно любим кого-то, что тот может взмолиться: “Пожалуйста, люби меня поменьше и дай мне чуточку свободы”»[34]. Но как нащупать эту тонкую границу между свободой и отстраненностью, свободой и равнодушием в любовных отношениях?

Есть рассказ Ивана Бунина «Чистый понедельник». Мужчина влюблен в умную загадочную девушку, они вместе проводят вечера, она наслаждается ощущениями – и от цветов, и от шоколада, и от книг, и от шелка и бархата нарядов, и от душевных разговоров, и от его ласк, но не переходит границу полной физической близости. Он переполнен любовью и страстью. И вот неожиданно, в один из вечеров, после ее путешествия на старообрядческое кладбище и в монастырь, а потом после безудержного веселья на вечеринке с актерами, она решительно приглашает его к себе, и они становятся близки. А потом она исчезает, оставив лишь письмо, в котором извещает, что уходит в монастырь. Герой переживает глубочайший кризис, а через два года, как по наитию, отправляется в одну из монастырских обителей и видит свою возлюбленную в монашеском облачении, идущую крестным ходом.

На первый взгляд это история о несостоявшихся отношениях или о взбалмошной девушке. Но если мы постараемся прочувствовать, что происходит с героями, глубже, то увидим здесь пример такой свободы взаимоотношений с любовью в своей душе. Героиня признает (и воплощает это), что в ее жизни нет и не будет мужчины, кроме главного героя рассказа, но при этом она позволяет себе принять голос Самости, свое духовное предназначение. Да и сам главный герой, как бы ни трудно ему было, оказывается способен дать эту свободу выбора своей возлюбленной.

Николай Бердяев в книге «Смысл творчества» пишет, что в грехе (а грех мы здесь понимаем не в религиозном, церковном смысле, а в значении предательства себя, своей души) существует свобода «от», а в творчестве свобода существует «для». Простой пример: если кто-то в порыве любовной страсти решает соблазнить наивного и невинного человека, а потом не справляется с глубиной и силой переживаний и бросает его, это будет свобода «от» – от ответственности, от обязательств, от внутренней работы. А в случае героини рассказа ее решения были свободой «для» – для познания жизни во всей ее божественной полноте.

Для полного переживания любви свобода необходима: свобода приближаться и свобода отпускать, свобода брать на себя обязательства (перед собой, перед другим, перед своим чувством) и свобода отказываться от непосильного бремени. Бывает любовь как комнатный цветок, который нуждается во внимательном уходе, а бывает – как растение дикое, которое в неволе погибает. И тогда кто мы в своей любви? Садовник, тюремщик или путешественник?

Есть у меня приятель, который говорит: «Я не могу любить кого-то одного, я люблю само ощущение любви, ему я предан бесконечно. Сегодня я могу переживать его с одним человеком, завтра с другим. Но так трудно объяснить другому, что в этом нет унижения, обиды для него. В моем понимании мы оба – частицы Вселенной Любви. Как волны в море: они встречаются, сливаются и расходятся навсегда, и при этом продолжают быть частью одного и того же Мирового океана».

С точки зрения психоаналитической диагностики можно сказать, что мой приятель – просто человек с избегающей привязанностью, контрзависимым нарциссизмом, в его психике не сформирована способность удерживать контакт с объектом целиком, он может взаимодействовать только с проекциями частей объекта любви. Словом, это незрелая личность с травмой на этапе формирования первичных отношений со значимыми взрослыми в раннем детстве. Но всё ли мы понимаем про любовь и душу человека? Может быть, и правда мы устроены по-разному: для кого-то свобода в любви – это испытывать всю полноту близости с одним партнером, а для кого-то свобода – это не ограничивать себя персональным выбором, переживать любовь безлично, архетипически.

Подлинная свобода предполагает осознание и принятие ответственности и ограничений, того, что, какой способ проживания любви ни выбери, будут свои ограничения и трудности. Если человек понимает их и сознательно делает выбор – это и есть его свобода. Свобода с ограничениями.

Ограничения свободы – это не всегда плохо для отношений. Ограничения могут создавать необходимое для созревания глубины энергетическое напряжение. Ну например, можно познакомиться и сразу заняться сексом. Иногда это бывает довольно неплохо, иногда даже перспективно: у меня есть друзья, которые встретились, будучи оба в дурацком минорном настроении в клубе. От раздражения на весь мир и от тоски поехали в отель, провели вместе ночь и… не расстаются уже много лет. Редко встретишь такие доверительные, надежные и в то же время романтичные отношения между супругами, как у них. Но можно сознательно отдалять этот момент, предвкушать, иногда годами. И это принесет особое наслаждение, подпитанное фантазиями и надеждами, и тоже создаст почву для долгих, глубоких, неповторимых отношений. Такие друзья у меня тоже имеются. Главное – понять свой мотив, искренне прислушаться к себе, к своим ощущениям.

В свое время я проводила семинары об ограничениях свободы и свободе ограничений и в рамках семинаров предлагала участникам эксперимент: нужно было рисовать образ, выражающий чувства в ходе семинара. А потом предлагались различные предметы, с помощью которых нужно было связать себе запястья и теперь так, со связанными руками, нарисовать образ своего чувства. Надо сказать, что почти всегда рисунки, которые делались с ограничением, были более энергичными, экспрессивными.

Попробуем и мы: приготовьте для себя материалы для рисования, которые вам нравятся, и что-то, чем можно будет связать запястья.

Сначала в спокойной обстановке, не отвлекаясь, нарисуйте образ своей любви, влюбленности, страсти – какой придет в голову. Когда почувствуете, что удовлетворены рисунком, что энергия рисования ослабела, переверните его и отложите.

Затем, если у вас уже есть опыт медитативных телесных практик, сделайте несколько подходящих вам дыхательных упражнений. Или просто подышите спокойно и размеренно, сосредоточившись на том, как воздух входит и выходит. После этого не спеша, прислушиваясь к ощущениям, свяжите руки (технически сложная задачка, но интересная) – не чересчур туго, но и не совсем свободно. Нужно, чтобы вы ощущали ограничение. Прочувствуйте это новое для вас положение связанных рук.

И теперь на другом листе нарисуйте образ того, как вы влюблены, как вы хотите любви. Старайтесь непосредственно перенести ваше переживание на бумагу, не думая, красиво ли это, правильно ли. Когда почувствуете, что вам удалось выразить свои чувства, отложите рисунок, развяжите руки, сделайте самомассаж кистей и запястий.

А потом положите два рисунка рядом. Какие различия вы видите? Что вы чувствуете?

Иногда мы склонны преувеличивать свои способности в распоряжении свободой. Помню, как один клиент говорил на сессии: «Я никому не позволю ограничивать мою свободу! Моя жизнь – мои правила! Стоит мне только захотеть – и я уйду с работы или заведу любовницу». При этом в целом на той стадии своего психологического развития этот человек был мучительно зависим от оценки других, от общественного мнения. И когда он действительно попытался завести любовницу, мучимый ужасом наказания, страхом перед гневом жены и родителей, это произошло лишь потому, что друзья в его мужской компании хвастались своими победами на сексуальном фронте и подначивали его за отсутствие интриг на стороне, а вовсе не потому, что у него «свои правила».

Философ Артур Шопенгауэр в эссе «О свободе воли» утверждал, что существует физическая свобода, и она весьма ограничена; по сути, это понятие – оксюморон, парадокс, то, чего не существует. Он приводит простой пример, который я процитирую: «Человек говорит самому себе: “Теперь шесть часов вечера, дневной труд окончен. Я могу теперь прогуляться или пойти в клуб; могу также подняться на башню смотреть на закат солнца; могу также отправиться в театр; могу также навестить того, а равным образом и этого друга; могу даже выбраться за городские ворота на вольный свет и никогда не возвращаться назад. Все это зависит исключительно от меня; у меня для этого полная