Без пяти минут психолог. О чем молчит терапевт, слушая ваши истории - Александр Затона

– Вы извинились перед самым выходом. Почему?

– Ну, это не очень приятно, когда перед тобой плачут. Я во всяком случае чувствую себя неловко, когда на секции кто-то плачет, особенно младшие.

– Вы позволите мне поделиться одной личной историей? Я думаю, она нам сейчас очень пригодится. – Я старался поймать его взгляд, чтобы улыбнуться, задать этот вопрос насколько возможно мягко.

– Да, конечно.

– Я работал тогда официантом, мне было 15 или 16 лет. Это были летние каникулы. В том кафе работала женщина. Мне сложно назвать ее должность, так как она и мыла посуду, и делала какие-то заготовки для кухни, да и нам иногда помогала. Ее звали Ирина. Мы звали ее тетя Ира. В свое время у супруга Ирины был крупный бизнес. Они были очень состоятельной семьей. И как-то даже она сама обмолвилась, что раньше могла в момент потратить столько, сколько зарабатывала тут за месяц. Но у супруга случился инсульт. И пока тетя Ира спасала мужа, партнеры забрали бизнес, оставив ее семью с долгами. Естественно, большинство имущества пришлось отдать, и сейчас она работает здесь, чтобы содержать себя и мужа. В один день, зайдя в закуток, где она обычно отдыхала, я увидел, что наша тетя Ира плачет. Этого было нельзя допускать. Я тут же рванул к остальным, чтобы сообщить, что наша тетя Ира в слезах. Естественно, все слетелись успокаивать. Неизвестно, тетя Ира действительно успокоилась или перестала плакать, только бы от нее отстали. Но после она подозвала меня и со строгой теплотой сказала: «Саша, ты еще молодой, не знаешь многого, но в следующий раз, когда увидишь, что кто-то плачет, не спеши сообщить об этом всем. У меня была жизнь, и в ней кое-что происходило. Я заслужила возможность поплакать, вспомнив об этом».

Мне не известна до конца причина ваших слез, да и вы имеете полное право оставить ее при себе. Но если уж вам хочется поплакать, то самим наличием этого желания вы заслуживаете такую возможность. Без обязательства сообщить всем причину или тут же или получить утешение.

– Хорошо, спасибо.

– Мы можем с вами договориться, что если вам надо будет поплакать, то вы не станете держать изо всех сил слезы в себе?

– Да, хорошо. Я попробую.

– Вы готовы вернуться к тому моменту, на котором мы остановились?

– Да.

– Как обстоят дела с вашим здоровьем и спортом?

– Я устал от этой темы. Отец каждый день говорит мне: «Надо пахать, надо трудиться, не ленись». Я в спорте с 4 лет. Вы не понимаете меня. Я всю жизнь мечтал об олимпиаде. Хотел попасть. Но были травмы. Восстановление всегда долгое.

«Вы меня не понимаете» – кажется, эти слова описывали его ощущения сполна. А пытался ли я вообще его понять? Или преследовал лишь цель «терапевтировать»?

– Я уточню, возможно немного невпопад. Вы сказали, что я не понимаю вас. Можете рассказать чуть больше про эту мысль?

– Ну, я же вижу, что вы не профспортсмен. Простите, вы хорошо выглядите, не подумайте ничего такого.

– Продолжайте.

– Значит, вы не знакомы с тем, как спортсмены переживают невозможность продолжать карьеру, особенно в моем возрасте, когда ты на пике.

– А как вам кажется, кто вас понимает?

– Никто.

– А отец? Он ведь тоже в прошлом спортсмен?

– Как он тогда так легко говорит «работай дальше»?

На этом вопросе сессия завершилась, а следующая, которая случилась через месяц, так как была активная подготовка к свадьбе и времени на сеанс не находилось, началась с визита отца Миши. Он был недоволен отъездом сына из дома. Признаться, я сам был удивлен таким переменам. Проблема была даже не в том, что со мной пришел разбираться серьезный кавказский мужчина, тренер (я был в шоке, не успел испугаться), а в том, что я был рад. Мне было радостно слышать, что Михаил сделал этот выбор. И мой восторг значил лишь одно: что на грядущей сессии Миша снова не получит понимания, так как поддержана будет лишь его «импульсивная часть», принявшая это решение. И вопреки кажущейся взрослости, а именно этого от него ожидали все, в том числе я, эта часть была детской. В лучшем смысле этого слова! Под давлением обстоятельств он стал принимать импульсивные решения.

– Я не пойму, что надо было то? Я же хочу дать ей лучших врачей. Ну сходит она чуть чаще на консультацию, это же будет только лучше! – говорил Михаил с легкой злостью и полным непониманием о жизни с супругой на грядущей встрече.

После переезда Мишу охватила сильная тревога по поводу беременности жены. Он то и дело настаивал на посещении еще одного врача, а ночами сидел изучал материалы по беременности. Вернее, их тревожную часть: где и какие возможны риски.

Сделав этот шаг, переезд из дома, Михаила отбросило в другую копинг-стратегию. Копинг – это то, как мы учимся справляться со стрессом. Нередко то, что люди считают облегчением, является лишь сменой копинга, но сама проблема не решается. Так, например, нарциссичный человек, который испытывал муки своего несовершенства, может в один день счесть себя самым лучшим на свете. Не подумайте, нет ничего плохого в таком мнении о себе. Проблемы начинаются тогда, когда пытаешься заставить всех вокруг непременно считать так же.

Это случается со многими. Представьте человека, который боится быть брошенным. Отношения, притом любые, представляются как оттягиваемая неминуемая боль: «в итоге все равно поймут, что со мной нельзя быть вместе, и уйдут». Человек может принять решение вообще не вступать в отношения. «Нет отношений – нет проблем», – нередко думают в такой ситуации. Отчасти да. Но вот потребность в контакте как и голод: если вам отказали в обеде, сытым вы от этого не стали, как мы уже выяснили выше. То есть в обоих вариантах становится плохо. В какой-то момент под влиянием внутренних и внешних факторов можно решить: «Все, хватит, теперь я найду себе вторую половинку, я покажу всем, что я один большой грин флаг, готовый к серьезным отношениям». И начинается попытка демонстрации своей «гринфлагости». Человек может вкладываться в отношения, тратя последние моральные и реальные бюджеты. Вот только такой напор нередко пугает потенциальную вторую половинку. В результате случается нередкая для многих из нас история: «Вот я был классным парнем. И что? Кто-то оценил? Меня все равно оставили. Лучше уж быть