Психосинтез. Принципы и техники - Роберто Ассаджиоли

а не неопределенные картинки или чернильные пятна, то и проекция здесь — это реакция на символ; таким образом, диагноз «углубляется» до того психологического «уровня», который глубинные психологи считают наиболее подходящим для эффективного лечения. Если результаты наблюдений Фрейда и Юнга относительно присутствия основных символических мотивов в бессознательных проявлениях были верны, то именно символы должны стать базой для проявления диагностических категорий, более осмысленных и очевидных, чем те, которые позволял получить ТАТ или тест Роршаха. Удивляет тот факт, насколько редко применяются сейчас — для целей диагностики — символы, — при том, что в психиатрии как таковой использование символов было весьма широким.

Второе средство проверки валидности диагностической техники можно назвать эффектом показанного психотерапевтического метода, и эта методика, как правило, применяется именно в случае техники символьной проекции. Главное ограничение всех психодиагностических методов заключается в том, что сырой материал в виде ответов на тест должен быть интерпретирован на языке научных терминов, а затем адаптирован к психотерапевтическим целям. Необходимость такого процесса, составляющего несколько промежуточных шагов между постановкой диагноза и собственно психотерапевтическим лечением, находится под вопросом. В идеале диагноз должен сразу указывать на требуемое лечение, без каких-либо промежуточных этапов. Соединяя в себе диагностическую и терапевтическую технику, символьная проекция предоставляет специалисту редкую возможность поставить диагноз в символических терминах и затем сразу же перейти к психотерапии на символьном (неаналитическом) уровне. Клинический опыт показал, что источник большинства психических нарушений лежит (в «психологическом пространстве») на инфантильном или примитивном и, по большей части, досознательном уровне. На этом уровне мышление в основном как раз и происходит на «языке символов», поэтому неразрешенные детские конфликты значительно легче и проще находят свое выражение и поддаются лечению во многом через символы. Лучшее доказательство валидности диагностической техники — это улучшения, произошедшие после предписанного на основе диагноза лечения, вне зависимости от того, фиксируется ли это на языке символов или на языке терминов.

3). Феноменологическое описание психических процессов. Визуализированные переживания, вызываемые в процессе этой новой техникой, обладают теми же феноменологическими характеристиками, что и субъективные образы, описанные В. фон Урбанчичем (V. v. Urbantschitch) (25), а также эйдетические явления, которые изучал Э. Р. Йэнш (Е. R. Jaensch) с коллегами (9; см. 13). Связь между эйдетическими переживаниями и механизмом сновидений, описанным Фрейдом, уже признали следующие авторы: Пауль Шильдер (Paul Schilder) в 1926 г. (20), Бибринг-Ленер (Bibring-Lehner) (1) и даже сам Йэнш. О. Кро (О. Kroh) назвал возможность наблюдения переживаний эйдетическим методом, новым и значительным подходом в глубинной психологии (12). К родственным явлениям можно отнести также и Bildstreifdenken («прерывистое» мышление), описанное Эрнестом Кречмером.

ПРОЦЕДУРА

Субъекта помещают в удобное кресло или на кушетку, просят закрыть глаза и погружают в состояние релаксации одним или несколькими методами. В большинстве случаев хорошо применить первые две стадии аутогенного тренинга Й. X. Шульца (1 — внушение пациенту той мысли, что по всему его телу разлилась тяжесть для мышечной релаксации; 2 — внушение ему ощущения тепла во всем теле для расслабления сосудистой системы) или вызвать легкое гипнотическое состояние. Нужно, чтобы установилось глубокое и ровное дыхание, как на четвертой стадии у Шульца.

Затем, когда субъект пребывает в психическом состоянии, характеризующемся сниженным уровнем осознания внешнего мира, критицизма и самоконтроля, его просят визуализировать обычный набор из двенадцати символов-мотивов, которые вслух называет психолог. Например, субъекту говорят: «Попытайтесь визуализировать себя на лугу».

Такие расплывчатые, неконкретные символы-стимулы выступают в роли «центра кристаллизации» для того особого рода визуализации, который отличается от простого воображения, мечтания или фантазирования. Возникающие образы похожи на «гипногенные видения» (если определять явление в терминах медицинской психологии). Такие «видения» отличаются от прочих феноменов этого рода прежде всего ясностью формы и содержания, что позволяет давать их точное описание. Кроме того, подобные образы «живут» «собственной жизнью», которая, хотя и не выходит полностью из-под контроля сознания, тем не менее определяется в основном бессознательным. Этот тип визуализации может быть назван аутохтонной, что значит — во многом не зависящей от сознания. Лойнер обозначил эти явления как кататимные образы; название это было введено X. В. Майером (Н. W. Маіег) и использовалось также Е. Бройлером (Е. Breuler) и Э. Кречмером для описания зависимости между аффективными и телесными реакциями. Техника ИСП известна в Германии как Experimental katathymes Bilderleben, что сокращается как EkB (14, 15, 16, 17, 18, 19).

Такие вызванные образы содержат полные смысла символы, аналогичные символам в сновидениях. Различие заключается в том, что символы ИСП сравнительно проще и яснее по содержанию. Вторичное влияние таких факторов, как степень телесного напряжения, продолжительность сна и т. д., также значительно снижается по сравнению с воздействием, оказываемым этими факторами в случае сновидений. Психодинамическая структура аффекта, как правило, значительно отчетливее проявляется именно в таких образах, а не в сновидениях.

При том, что проекции остаются в высшей степени свободными, данный метод позволяет введение экспериментального контроля диагностических норм. Ниже приводится обзор двенадцати символических мотивов, которые в устной форме предъявляются субъекту, а также краткое истолкование их смысла. Данные мотивы были отобраны, исходя из клинического опыта, — по тому принципу, по которому Роршах выбирал свои картинки. Краткое изложение экспериментального обоснования их важности можно найти во второй части данной статьи, а также в шести работах Лойнера.

1. ЛУГ

Луг, являющийся также первым символом в технике Хаппиха, и в самом деле выступает хорошим «катализатором» визуализации. Он служит для обозначения «психологического райского сада», т. е. хорошего начала (психологического) развития, во время которого потом что-то «нарушается». Большинство взрослых и детей охотно принимают луг в качестве начала для вызванных образов; луг представляет собой нейтральный или положительный центр, вокруг которого «работает» их воображение, — даже в том случае, если они выросли в городе. Луг означает возврат к природе и «новые начинания». Большинство субъектов сначала представляют себе какой-либо реальный луг, на котором им приходилось бывать в своей жизни. Их просят пройтись по этому лугу, описывая вслух то, что они видят и чувствуют. Они прогуливаются и рассказывают о том, что испытывают, до тех пор, пока не оказываются в той части луга, которую они никогда не видели, или даже на другом лугу, где не бывали никогда в жизни. Здесь их проецирование начинает протекать более свободно. Если им это не удается, то следующие мотивы, как правило, вызывают у них образ незнакомого места, где проецирование происходит более спонтанно и где оно более важно с точки зрения диагностики.

Клинический опыт показывает, что с точки зрения диагностики имеют смысл длина и оттенок зеленого цвета травы на воображаемом лугу. Состояние травы так же,