Опальная принцесса и запретный лес - Мария Ирисова

— Да, я что-то такое и предполагал, — кивнул Рик, а следом пальцы в кулаки сжались. — А знаете почему? Вержана, в отличие от вас всех, другого мира просто не знает! Это вы купались в роскоши? Вы блистали на балах. А она…

Рикардо умолк, будто колебался — надо ли делиться этими воспоминаниями или же лучше оставить их себе.

— Мы как-то по городу гуляли… Вержик забежала в один из столичных магазинов, такая улыбчивая, весёлая… А потом ей цену на шляпку озвучили. Для меня… и для вас — это копейки! А у Вержика дыхание перехватило, и слёзы в уголках глаз заблестели… Что же за жизнь у неё была вместе с её чародеями?

— Так ты поэтому ей платье подарил? — тихо спросила Люсия, комкая пальцами кружева на юбке.

Принц усмехнулся — устало, но так тепло.

— Мне хотелось дать ей почувствовать, насколько она прекрасна.

— Девушку красит не гардероб, — отозвалась Эмбер, а в голосе — сталь. — Вот тебе Вержана понравилась в обычном платье, без всей этой роскоши. Не так ли? Уверена, ты ценишь её характер, весёлый нрав и особенно — искренность. Такие качества во дворце редкость… Но то, что предлагаешь ты, станет для Вержаны клеткой.

— Клеткой или драгоценной оправой? — изогнул бровь Рикардо. — Вержана мечтает учиться, а после наверняка захочет и совершенствовать свои навыки. И я поддерживаю её начинания — что угодно, лишь бы моя девочка была счастлива. Правила? Клетка? Почему вы все видите именно в таком свете? Да, в Галиссии есть незыблемые традиции, есть правила, а я — наследный принц, который в будущем эти правила будет устанавливать…

Рикардо глубоко вздохнул, будто собирался дать очередное громкое обещание.

— Я писал отцу о Вержане… Говорил, какая она… И упоминал, что принцесса использует волшебные артефакты… И что люблю… — лицо парня украсил едва заметный румянец. Говорить о чувствах будущему наследнику было ой как тяжело, но он наступил на горло, топтал собственные принципы и пытался донести свою правду до остальных. — Только про чародея я не знал… Но и об этом сообщу…

— И что? Ваш отец с распростёртыми объятиями примет проблемную невесту? — задал вопрос Найджел безо всяких расшаркиваний, а прямо в лоб.

— Моему выбору отец не обрадовался, — вдруг выдохнул Рик, потом криво усмехнулся и поглядел на осуждающие взгляды остальных, поёжился.

Взгляд Агнес сделался холодным, как кусок острозаточенной стали.

— Если даже твой отец не принимает её…

— Я не договорил! — перебил принц. — Витанский король суров… И, как бы, больше ищет выгоду, чем действительно о дочерях заботится, — уж простите за прямоту.

Обе принцессы в ответ руки на груди сложили и носы сморщили.

— Мой отец женился по любви и был счастлив… Пока мама была жива. Знаете, ему пытались навязать вторую супругу. Раньше я не понимал, почему он заупрямился. Пойти на уступки канцлеру, взять вторую жену и пусть себе сидит, вышивает. Волки сыты — овцы целы. Прагматично и расчётливо! — изрёк Рикардо и вновь покосился на Агнес. Та кивнула, соглашаясь.

Принц усмехнулся в очередной раз, наблюдая собственное отражение в кронпринцессе. И это неприятно…

— А потом я встретил Вержану… — голос упал до шёпота. — С тех пор даже думать о другой… — снова взгляд на Агнес, — это чистой воды предательство. А теперь к чему я всё это рассказываю… — Рикардо вновь поглядел на Эмбер. — Да, Вержана отцу не по душе, но он готов принять её и защищать… Потому что в нашей семье родственные узы имеют значение. Отец не устаёт повторять, что порядок в стране зависит от порядка в семье. Расцвет Галиссии пришёлся на те счастливые годы, когда мама была жива.

Риккардо умолк, облизал губы, затем он повернулся к советнику, открыто посмотрел в чёрные, как бездна, глаза.

— Что же касается волшебного мира... Ради безопасности моей любимой я готов заключить сделку… Хоть с чародеем, хоть с самим дьяволом, но на своих условиях!

— Хорошая речь, достойная будущего правителя, — признал Найджел. Он всё ещё взирал на принца с недовольством, но хотя бы не принимал его за глупого щенка. И вот советник делает глубокий вдох, будто разговоры о семье режут его похлеще ножа, затем лицо становится бесстрастным. — А теперь уберём все громкие слова. Докажите серьёзность намерений делом.

Рикардо не смутился и не отпрянул, даже глаза не забешали. Наоборот прин твердо поглядел на витанского советника и задал вопрос:

— Ваши предложения?

— Для начала помогите принцессам подготовиться к вечеринке Фалькони и скрыть от короля факт исчезновения Вержаны, — потребовал Найджел без всякой снисходительности. Потом обвел взглядом принца, задумчивым таким.

— И ещё одно… — добавил с тенью сомнения. — Ваши слова о несчастной жизни Вержаны рядом с чародеем, без золота и богатства… Скажу сразу — это заблуждение. Волшебный мир… там другие ценности, Вержана их понимает и разделяет. Вы же потомок людей, которые всей душой ненавидят волшебство. Однако, если намерения серьёзны, прекратите видеть во всём зло. Запомните — чародей ограничен лишь собственной совестью. Если попытаетесь силой отнять его воспитанницу — умрёте. Или…

Найджел покосился в сторону Эмбер, улыбнулся особенно мрачно.

— Впрочем существуют варианты похуже, — добавил он и вновь обвёл взглядом принца.

Рикардо вздохнул, будто собирался с головой нырнуть в замёрзшее озеро. Ужас сковывал по рукам и ногам, но глаза лихорадочно блестели той самой бесшабашной решимостью бесконечно влюблённого человека. Ради Вержаны он был готов пойти на всё.

— Благодарю за совет, лорд Найджел, — принц сдержанно кивнул и обернулся к девушкам. — Подготовка к вечеринке Фалькони… с чего начнём?

Прагматично, коротко и сразу к делу. Только когда же во дворце хоть что-то шло по плану? Команде помощников даже приступить к обсуждению не дали.

— Ваше высочество! Ваше высочество! — донеслось со стороны дворца.

Все обернулись на звук. Рикардо поморщился.

— Ну, что на этот раз?

По парку неслись дамы, как две бешеные лисицы. Они бессовестно высоко задрали юбки, что можно было лодыжки рассмотреть, а заодно и бантики на чулочках.

— Кто это? — осведомился Рикардо.

— Свита Марианы, — едва слышно вымолвила Люсия, а лицо напряжённое, будто её сейчас во всех