Печать Безумных. Белое и Чёрное - Екатерина Ивановна Гичко

И Лирка сдалась. Майяри прекрасно держалась, всё же по работе ей всякое видеть приходилось, но на массовое побоище и привычные смотреть не очень-то хотели.

— Может, в обход? — скривился Иррес, которому не хотелось идти через мёртвых.

— Чего ты боишься? — насмешливо спросила Майяри. — Бояться надо живых. А что могут сделать мёртвые?

— Думаешь, эти ничего не могут? — язвительно отозвался Иррес.

Хаги обескураженно заморгала, сообразив, что кое-что упустила. Эти-то как раз могут.

Хайнес действительно стоял рядом с вампиром не один. Сейчас его, можно сказать, окружала почти привычная свита, только вот сам Сильнейший на фоне только прибывших оборотней выглядел весьма и весьма потрёпанно. Друзья Лирки с восхищёнными и слегка обалдевшими лицами ходили среди мёртвых.

— Кая, — немного раздражённый Риш строго посмотрел на магичку, — проследи за своими друзьями. — И уже парням: — Не смейте никого трогать своими тараканьими лапами!

— Да что ж мы — идиоты? — весело улыбнулся Мадиш, и улыбкой только подогрел уверенность хайнеса собственной дурости.

— Как тут ходить и не трогать, когда они всюду? — ворчащий Иррес прижал длинный хвост к животу. — Наэш, чего их трогать-то нельзя? Бить сразу будут? Ну… — господин Наэш неуверенно умолк, а затем продолжил: — Не должны. У них пока нет разрешения идти в бой. Но я не уверен, всё же я не знаю всех деталей ритуала. Да и никогда раньше с ним не сталкивался вот так. Не знаю, сойдётся ли теория с действительностью.

Видимо, хайнес тоже так считал. Господин Наэш уже сказал ему, что держать главу мёртвого войска за шею необязательно, привязка кровью уже должна была сработать. Но Узээриш предпочёл всё же держать. И никому не позволял выходить из-за спин мертвецов, пока бой окончательно не стих.

— Они теперь не лягут, пока не иссякнет сила, которая подняла их, — услышала Лирка из разговора хайнеса с окружавшими его оборотнями. — В бою быстрее уйдёт. Но выпускать их, когда наши же впереди, опасно. Разума у них нет, свои для них те, что за спиной.

— Может, какие-то метки? — нахмурился господин Ранхаш. — Слышал, вампиры используют такие.

— Из тех, что воевали здесь сорок девять лет назад и кого АрСид пометил, осталось всего сотни три или даже две. Все остальные немеченые. И ещё одного вампира, который знает, как это сделать, среди нас нет, — отозвался Риш.

— Наэш? — Иррес решил узнать, нет ли у него внутреннего вампира. Бывший хайрен тяжело вздохнул. — Я не увлекался некромантией. Так, изучил немного, чтобы узнать при столкновении. Но не более.

— Это вообще было крайней мерой, которую мы готовили на случай, если хоёторцы нас всё же оттеснят дальше на юг, — продолжал Риш. — Оттеснят во время войны за Арван-Ё. Мы не предполагали тогда использовать мёртвых в будущем. Думали только о настоящем.

— Сколько их здесь? — спросил Ранхаш.

— Триста двенадцать.

— Давайте уйдём отсюда, — тут же заныл Иррес.

— Да, лучше идите отсюда, — поддержал его Риш, но Лирка встрепенулась и посмотрела на него широко распахнутыми глазами.

Если бы она посмотрела зло, Риш бы устоял. Но чёрные птичьи глаза наполнились растерянностью и чем-то похожим на обиду. Сердце дрогнуло, но разум остался твёрд.

— Не рви мне душу этим взглядом, — устало попросил он Лирку. — Иди со своими друзьями и помоги прибывшим понять, что здесь происходит. Эй, вы… — он перевёл взгляд на парней и осёкся, заметив того, кого до этого не видел. — Ты⁈

Орлид невозмутимо вскинул подбородок.

— Даже не думай, птенец, — Риш наставил на него палец. — Я ей уже гнездо сплёл. И вообще уже всю своей сделал.

Лирка немного на него рассердилась. Только не за собственнические замашки. Он стоит посреди мёртвого войска и думает о каких-то глупостях! Нужно обработать его раны — Лирка видела порез на бедре, — покормить, напоить и обсушить. А он про гнёзда!

— Она моя невеста, — веско добавил Риш.

— Шкура? — Майяри вопросительно посмотрела на Ирреса, и тот осклабился.

— Мы подумали и решили, что грех упускать такого богатенького женишка, раз сам в руки просится.

— Ха! — Майяри ликующе выдохнула, повернулась к Казару, который всё это время молчаливой тенью следовал за ней, и протянула к охраннику ладонь.

Тот застонал и выудил из внутреннего кармана позвякивающий монетами мешочек.

— Эй, я ещё не согласилась! — опомнилась Лирка.

Тут уже хаггарес торжествующе хмыкнул и спрятал деньги.

— Майяри, ты поспорила с этим пройдохой на проигрыш своей лучшей подруги? — с укором протянул Мадиш.

— Я просто очень хорошо знаю возможности хайнеса, — ничуть не устыдилась хаги. — Но если Лирка устоит, я с большим удовольствием расплачусь за проигрыш. Пошли, у нас много работы, — и потянула подругу прочь, в сторону батальона катария Ория.

Лирка беспомощно посмотрела на хайнеса и ощутила, как томительно сжимается в груди сердце: по губам Риша скользнула слабая, но нежная улыбка и жёлтые глаза немного потеплели.

Госпожа Зиярелла действительно вернулась со своими спутниками довольно скоро. Но теперь она шла за спиной мужа и лишь напряжённо посматривала на окружающих. Ни с кем не общалась, знакомиться не спешила и как будто старалась быть незаметнее. Что почти невозможно, когда на тебя смотрит столько мужчин.

А вот госпожа Ярвиделла не пряталась. Её яркая красота притягивала взгляды и не отпускала их. Мужчины заворожённо следили за её решительными и сильными движениями. Она походила на дикую горную кошку и полосовала зелёными глазами как когтями. Чужое внимание её не волновало и не смущало, она великолепно игнорировала все взгляды и словно не слышала перешёптываний. Когда-то Благословлённая на одиночество, она научилась жить так, будто никого рядом нет. Особенно мужчин с их похотливыми или восхищёнными взглядами.

Следующий за ней мастер Дагрен посматривал на восхищённых вояк с понимающей полуулыбкой. Не сердился. Не ревновал. Глядел на жену со спокойной уверенностью оборотня, который знал, что никто не сможет занять его место рядом с этой женщиной. Лирка поймала себя на странной мысли. Подумала, что спокойный и очень вежливый мастер прекрасно смотрится рядом с ослепительной гордой госпожой Ярвиделлой. Казалось, что её дикая красота, её огонь покорялись его неодолимой мягкости и становились ручными. Госпожа Ярвиделла смотрела на мужа иначе, чем на остальных. Её взгляд чаще всего был твёрдым, холодным и очень уверенным. Но на мужа она смотрела мягче, теплее и в её глазах появлялась какая-то выжидательная растерянность, словно она не очень понимала, что сделает муж, но не ожидала от него ничего плохого.

Майяри тоже смотрела