Смеющаяся Река - Людмила Семенова

не смогла — он до сих пор не пришел в сознание. Но Илья обещал передать ему в подарок коробку печенья в форме бабочки, которое она успела испечь. А Сату разрешила взять на память древнюю книгу рецептов, но напоследок все же попросила девушку больше здесь не появляться.

Юный домовой очнулся через несколько дней, когда кровь полностью очистилась от серебра. Все это время мать питала его своей энергией, как в детстве, с редкими перерывами на сон. И тогда у его постели оставалась Ловиса — водяные быстро оправились от зелья, а патрульные продезинфицировали реку.

Открыв глаза, Илмар боязливо коснулся пальцев девушки, будто они оба могли развеяться в воздухе, как бестелесные мертвые тени. Но она действительно была здесь, и они вместе пробуждались от затяжного ночного кошмара, начавшегося девять лет назад.

— Ты опомнился, — прошептала Ловиса, положив ладонь на его растрепанную макушку. — Значит, нашему кафе быть!

— Кафе? — растерянно спросил Илмар. — Лови… а наш остров уцелел? Люди вокруг живы?

— Живы, живы, скоро сам увидишь. Но знаешь, Илмар, даже если бы все сгинуло, и только ты остался со мной, — я бы смирилась…

— Значит, ты видела меня таким беспомощным и бесполезным? — наконец улыбнулся домовой. — Теперь ты обязана выйти за меня замуж, чтобы прикрыть этот позор!

Ловиса не ответила, только сжала его ладонь и лукаво посмотрела своими янтарными глазами. Тепло между ними искрилось светлой пыльцой, бросало отблески на их бледные щеки и рисовало на коже линии и узоры, сплетающиеся между собой. И когда Ловиса легла рядом, обвив Илмара руками и ногами, делясь своей чувственной силой, их аура превратилась в единую сверкающую мозаику.

— Только больше не говори, что готова меня с кем-то делить, а то я очень обижусь, — шепнул парень ей на ухо. До ночи их уже никто не беспокоил — Сату с мужем пили кофе в домике Яна, и впервые с исчезновения друга им было немного легче.

Вскоре после отъезда Лохлин патрульные наведались к Илье с более приятной целью — вручить памятные награды всем, кто защищал остров. А Линде, ставшей единоличной владычицей леса, достались сразу две, для себя и супруга. К этому времени все пострадавшие успели оправиться, и только Яна пришлось отвезти в городскую больницу. Также Патруль почтил память Тамары и погибших духов.

— Лечебница будет работать, Илья Петрович, — заверила Снежана. — Я возьму на себя дело Тамары: она учила меня много лет и по сути заменила мне мать. А если у нас с Яном когда-нибудь родится дочь — я уже знаю, как мы ее назовем.

— Можно ли считать, что сын у вас уже есть? — спросил Илья. Снежана тепло улыбнулась, и он наконец почувствовал, что на душе прояснилось.

— Конечно, с Гришей мы не расстанемся. И уж точно не будем больше мучить друг друга, благо желающие и так находятся, — вздохнула она. — Знаете, а ведь мне искренне жалко Сэйд! Вы верите?

— Ну разумеется! Здесь все ее любили, несмотря на причуды. И ведь она ответила взаимностью — только так, как и могла, по-боевому.

Он так и не сказал невестке, что сердце ее сестры покоилось в бывшем Другом Лесу, который все-таки перешел под власть Лета. Патрульным Илья тоже заявил, что мертвый мир сам забрал Зою Ключевскую, — не хотелось никого вмешивать в такой интимный вопрос, как жертва ради будущих внуков. Но сам Илья участвовал в нем от момента изъятия сердца до изготовления снадобья из ветки волшебного дерева — Коди-Хенрикки сдержал слово, данное другу, и вынес артефакт из преобразившегося Леса.

А Линда и Сату окунулись с головой в процесс, отвлекающий от горестных мыслей. Они перебирали ингредиенты как драгоценные камни, подогревали котел своим дыханием, по очереди охраняли его, когда отвар настаивался. Илья невольно любовался демоницами, пока они склонялись над огнем, и Сату даже шутила:

— Велхо, если ты так подолгу станешь пропадать здесь, Накки в конце концов выцарапает нам глаза!

И наконец снадобье было готово — демоницы процедили его и перелили в старинный флакон из зачарованного стекла. От него пахло густой древесной смолой, оно шипело и переливалось всеми оттенками расплавленного золота. Но когда наступило время вводить его Снежане, мужчин решительно попросили на выход, и Илье с Яном пришлось маяться в ожидании дома.

— Ох, папа, то ли еще будет, когда у Снежки в самом деле начнутся роды! — вздохнул Ян, расхаживая по комнате. Ноги не вполне окрепли после лечения, но он не мог усидеть на месте.

— Когда Лена тебя рожала, я дома собирал детскую мебель, — припомнил Илья с улыбкой, — но внутри тоже сходил с ума… Только она этого не знала, всегда считала, что я этакий Снежный Король, которого ее любовь так и не смогла растопить.

— И что же? — спросил Ян, пристально взглянув на отца.

— Не повторяй наших ошибок! Ночью люби, как любили мы, а днем люби лучше нас, — произнес Илья и обнял сына за плечи.

Пока тот переваривал эти слова, в комнату вошла Сату — растрепанная, зардевшаяся от огня и волнения, — и выразительно посмотрела на мужчин.

— Ну что же, господа, — промолвила домовиха, — наша молодая целительница отлично все перенесла. Не зря она выбрала эту стезю! Теперь, Ян, дождись, пока она оклемается, и можете приступать к сотворению вашего Адама или Евы!

— Сату, не смущай парня, — благодушно сказал Илья. — Пусть ребята просто расслабятся и вспомнят, каково любить друг друга и ни о чем не думать. Жизнь подсказывает, что это лучшее средство для фертильности — после вашего зелья, конечно!

Задумавшись над словами отца, Ян решил увезти жену в ближайший городок, где в здании бывшего санатория располагалась уютная гостиница. Она привечала не только приезжих, но и пары, желающие побыть наедине, — даже после бедствия люди не переставали любить и наслаждаться друг другом. Но Ян лишь теперь понял, что катаклизм и обязанности колдуна вытеснили из его жизни простые радости, и захотел это возместить.

Номер оказался небольшим, скромно обставленным, но Снежане там очень понравилось. Они сразу прикрыли окно, отключили телефоны, и Снежана ушла принимать душ, а Ян накрыл на стол и зажег пару свечей. Разумеется, вина не было, только любимое женой какао и свежие булочки из пекарни.

Но больше ничто не напоминало о цели, с которой они сняли