Там, где мы настоящие - Инма Рубиалес

что-то чисто химическое или скорее эмоциональное, рождаемся ли мы с этой связью, заложенной внутри нас, или она развивается со временем – и как получается, что, даже когда мы принимаем решения инстинктивно, они всегда ведут нас к тому, чему суждено быть? Что-то побудило девятнадцатилетнего Коннора добавить этот последний пункт в свой список, хотя он и не знал, что годы спустя мы исполним его вместе. Возможно, это и есть любовь. Когда она приходит, ты знаешь об этом, даже если не вполне это осознаешь.

– Ты нашел меня, – отвечаю я.

– Скорее это ты нашла меня.

Я улыбаюсь:

– Знаешь, что мне больше всего нравится в этом месте?

– Ты имеешь в виду озеро, поселок или Финляндию в целом? – Коннор мягко убирает волосы с моей спины.

– Все три оказались не такими, какими я их представляла поначалу. Когда я приехала, Саркола показалась мне заброшенным поселком. Я всегда думала, что Финляндия – одинокая, холодная и темная страна. А влажность у озера в первые дни сводила меня с ума. Однако со временем открываешь, как много они могут тебе предложить. Зимой дни короткие, но иногда небо освещается северным сиянием. А летом озеро оттаивает и в воде отражается солнце. Слышно, как в лесу возятся звери. Во всем этом есть что-то прекрасное и уютное.

– Это особенное место, – соглашается он. – Наверное, если смотреть под правильным углом, в нем есть что-то волшебное.

– Иногда мне хочется кричать на весь мир, что здесь скрыто куда больше, чем все представляют. Потом я передумываю. Если больше людей откроют для себя это место, оно перестанет быть только моим.

– Оно все равно останется только твоим. Места хранят воспоминания. Это и делает их особенными. Поэтому каждый человек воспринимает их по-своему. – Он опускает взгляд на меня и заправляет прядь волос мне за ухо. – В природном парке «Нууксио» есть камень, скрытый под водой, который для других – просто один из камней, но для меня он отмечает то самое место, где я впервые поцеловал тебя. Есть одна современная примерочная в лучшем обувном магазине города, где я попросил тебя встречаться со мной. А возле моего дома всегда стоит старый пикап, который другим может показаться развалюхой, но для меня он навсегда останется машиной, на которой я учился водить, где провел столько хороших моментов с Райли и своей семьей, где столько раз целовал тебя. Так происходит со всеми уголками мира.

– Они как шкатулка с воспоминаниями.

– Которая принадлежит только нам.

Пока солнце садится и его грудь мягко поднимается подо мной, я думаю, что это красивый способ измерять жизнь. Кто-то запоминает важные моменты своей истории по датам в календаре. Другие связывают их с песнями. Способ Коннора – через места. Если бы я делала так же, то обнаружила бы, что моя жизнь разделена надвое. Каждая моя половина находится на разных концах света. Первая – в Майами, где я пережила свой первый день в старшей школе и подумала, что впервые влюбилась, где также узнала, что значит чувствовать себя потерянной и чужой. Вторая – в Финляндии, где я заново обрела страсть к фотографии и поняла, что секрет счастья кроется в мелочах. Где луч солнца, пробивающийся через окно в серый день, – достаточный повод для искренней улыбки. Где я узнала, что такое настоящая любовь.

И где, несмотря на снег и холод, на зиму и ее мучительно короткие дни, я нашла что-то, что все больше напоминает дом.

* * *

Этой ночью я, как обычно, прокрадываюсь в комнату Коннора, когда все уже легли спать и в доме воцарилась тишина. Сегодня я так измотана, что хочется только побыстрее уснуть. Он, должно быть, думает то же самое, потому что раскрывает свои объятия, приглашая меня лечь рядом, и выключает свет. Он засыпает первым, с чуть приоткрытым ртом, его каштановые волосы падают ему на глаза. Я прижимаюсь к его телу и смотрю на него, думая о Райли, о том, как сильно они, должно быть, страдали после его смерти, о том, как я благодарна ему за доверие, и за то, что он вписал мое имя в свой список. Обо всех местах, которые нам еще предстоит открыть вместе.

Я проваливаюсь в сон.

В пять утра раздается звонок.

Я резко просыпаюсь и хватаю мобильный. Коннор рядом со мной все еще крепко спит. Свет экрана ослепляет меня, когда я включаю его с колотящимся от испуга сердцем. Становится еще хуже, когда я читаю имя на экране.

Папа

Три пропущенных звонка

И внезапно следует входящий вызов.

Только в этот раз не от него.

– Лука, что случилось? – Мне приходится говорить тихо, чтобы не разбудить Коннора. Какого черта он звонит в такое время?

Понимаю, что что-то не так, как только слышу его рыдания.

– Мэйв?

Я настораживаюсь.

– Мне нужно… нужно, чтобы ты приехала за мной, – всхлипывает он. Его дыхание прерывается от плача. – Меня бросили, и я не… не понимаю, как я мог позволить себя обмануть. Думал, они поговорят со мной, объяснят. Но нет… нет…

– Ты пьян. – Я закрываю глаза.

Лука рыдает сильнее.

– Это все моя вина. Я позволил себя обмануть. Я думал, что они… Я такой идиот, Мэйв, не…

Меня потрясает то, каким сломленным он кажется. Ненавижу, что после этих трех последних недель он снова сорвался. Пытаюсь сохранять спокойствие.

– Я разбужу твоего брата.

– Нет! – в отчаянии кричит Лука. – Пожалуйста, ничего ему не говори. Если он увидит меня таким, он меня убьет. Я не вынесу, если снова его разочарую. Мне просто нужно вернуться домой. Ты можешь приехать за мной? Он всегда оставляет ключи от фургона на столе. Пожалуйста, Мэйв. Пожалуйста, – умоляет он. – Я не знаю, где я. Телефон почти разряжен. Пожалуйста. Я не хочу больше никого подводить.

Я оглядываюсь на спящего Коннора. Если я сделаю это, не предупредив его, и он узнает, у меня будут проблемы. Но я нужна Луке. А Коннора еще сильнее подкосит, если он снова увидит брата в таком состоянии. Сегодня днем он казался таким… умиротворенным, когда говорил о его выздоровлении. К тому же, возможно, Лука и правда просто преувеличивает? Может, ничего страшного, просто выпил лишнего. Сегодня тяжелый день для Коннора. День рождения Райли. Возможно, будет лучше, если я сейчас разберусь с его братом, оценю серьезность ситуации и завтра все ему расскажу. Спокойно.

Не знаю, правильное это решение или нет.

К сожалению, времени подумать у меня не осталось.

– Мэйв, – умоляет Лука.

Я пытаюсь подавить все ужасные чувства, разъедающие