Теория пламени - С. Ф. Э. Блэк

Проходя мимо дивана, где лежала рука Раша, я невольно скользнула взглядом по закатанному рукаву, по выступающим венам на его коже.

Прекрати, — одёрнула я себя. У него на плече лежала другая девушка.

Лёгкое прикосновение к моей руке заставило меня остановиться.

Я опустила взгляд. Тыльная сторона пальцев Раша соскользнула с подлокотника, и костяшки его пальцев провели вдоль моего запястья.

По нервам пробежала молния.

Наши взгляды встретились.

Его рука не двигалась, и пламя внутри меня вспыхнуло с новой силой.

Я дышала приоткрытыми губами. Я напряглась, чтобы уйти, но его два длинных пальца зацепились за мои, и вдруг я зажмурилась, всё моё тело держалось на той точке, где его крепкая хватка удерживала меня.

Когда я снова открыла глаза, Скарлетт пошевелилась, и его пальцы соскользнули вниз, исчезая. Её диадема покачнулась и упала с головы на пол за диваном.

Я поймала её.

Рубины сверкнули.

И в голове сложилась идея. Последняя отчаянная надежда. Мне не потребовалось много усилий, чтобы выковырнуть один маленький рубин.

— Увидимся завтра, Раш.

Я положила диадему обратно на диван рядом со Скарлетт и спрятала камень в карман.

Глава 44.

Утро гонки наступало медленно. Я смотрела в тёмный потолок, пока чёрные тени не сменились серыми, а затем тёплым золотым светом. Когда я села, всё тело ныло. Я закрыла лицо ладонями и наклонилась вперёд, всерьёз раздумывая остаться в постели на весь день. В конце концов, неизбежно, я сняла ночную рубашку и надела форму наездника.

Когда Ванья наконец встала, она тихо обняла меня, но почти ничего не сказала, пока одевалась, и ещё меньше по мере того как день тянулся и уступал место ночи. Я не рассказала ей о том, что сказал Раш. Не было смысла добавлять ей тревог. Я выиграю. Я должна.

За час до полуночи тянуть больше было нельзя.

Когда Ванья закончила зашнуровывать ботинки, она поймала мой взгляд, заметив моё хмурое выражение и напряжённые брови.

— Ох, Ари, мне так жаль. Это несправедливо. — Она встала и скрестила руки на груди. — Но ты выиграешь.

Я слабо улыбнулась, благодарная за её веру. Мои вещи были разбросаны по комнате, которую мы делили с Ваньей уже несколько месяцев. До финальной гонки оставалось всего несколько недель. Но сегодня в конце дистанции уже ждала могила для дракона Раша, если только я срочно не придумаю выход. Я прижала ладони ко лбу, не готовая думать о том, каким будет завтра.

Мы разошлись у выхода из общей комнаты.

— До скорого, — сказала Ванья, снова быстро обняв меня. Она отвернулась, смахивая слёзы, надеясь, что я не замечу.

Когти Мифа стучали по камню в его логове, пока он нервно ходил кругами.

— Стой спокойно, — сказала я. — Нам нужно это сделать.

Когда он был осёдлан, я достала из кармана крошечный рубин, который украла прошлой ночью.

Сначала я показала его Мифу. Он поднял и опустил голову, жадно втягивая запах камня.

— Хочешь?

Я подбросила его в воздух, и Миф щёлкнул челюстями, ловя камень. В одно мгновение он исчез.

Эндер, пусть я окажусь права.

Затем из другого кармана я достала последний изумруд из книг Раша. Один я оставила на всякий случай, и сегодня казалось самым подходящим моментом его использовать. Миф фыркнул и ткнулся носом в мою ладонь.

— Почему ты их ешь? — спросила я.

Он поднял морду и выдохнул горячий воздух мне в лицо, растрепав волосы.

— Спасибо за это. Ладно, держи. — Я подбросила изумруд, и его челюсти сомкнулись вокруг него. — Нам нужно выиграть сегодня ночью, и, думаю, это поможет.

На его фырканье я подняла руки.

— Не то чтобы я сомневалась, что ты можешь победить, но Азерону тоже, скорее всего, дали магические камни.

Я почти не сомневалась. Время искать ответы вышло.

Уже в седле я наклонилась вперёд и провела рукой по его шее. Гладкая чешуя была тёплой.

— Мы должны выиграть сегодня ночью. Я уже однажды тебя спасла, но вряд ли мне повезёт во второй раз.

Он кашлянул, и россыпь искр закружилась в его логове. За всё время, что он был у герцога, я задумалась, показывал ли он когда-нибудь своё пламя. Возможно, я так и не узнаю, но почему-то верила, что он старался этого не делать. Вполне возможно, герцог до сих пор не знает, что у Мифа есть пламя. Через несколько минут мы уже неслись над городом, и тяжесть в животе становилась всё сильнее.

Порыв ветра завыл под городом, когда мы нырнули к месту старта. Там уже собралась толпа, студенты в мехах и нарядных одеждах. Я искала Ванью, но увидела Мейбел, обнявшую Кларенса за спину. К моему удивлению, он развернулся и крепко обнял её в ответ, закрыв полами куртки её спину. Правила приличия здесь будто исчезали. Что-то в этом спуске в скрытую часть города стирало границы, существовавшие наверху. Кларенс кивнул мне, когда я подвела Мифа к стартовой линии.

Когда я приблизилась к каменной стене, отмечающей конец улицы, над толпой повисла тишина. В камне был вырезан переплетённый знак S.

Ванья пробилась сквозь толпу и обняла меня, крепче и дольше обычного. Я не позволила себе задуматься почему.

Когда она вернулась к Прескотту, он едва заметно отсалютовал мне.

Тихий свист крыльев заставил всех пригнуться. Раш точно направил Азерона и приземлился рядом с Мифом, который нервно поднял крылья.

— Всё в порядке, — пробормотала я, когда раздались аплодисменты в честь появления Раша.

Он взглянул на меня, его лицо было непроницаемым.

На одно долгое мгновение он удерживал мой взгляд, затем соскользнул с дракона и исчез среди людей, окруживших его. Потом толпа расступилась, когда вперёд вышел герцог. Он приподнял подбородок, и воцарилась тишина. В толпе за ним я заметила Фэйрфакса в старомодном цилиндре. Как он и ожидал, здесь собрались и другие люди. Это был его последний ход, отчаянная попытка разрушить империю герцога.

Я была солдатом у подножия стены, исполняющим приказ.

Отец Раша что-то сказал сыну и снова растворился в толпе.

Лютер шагнул вперёд и крикнул:

— Гонка будет в два круга, старт здесь, на Чеснат, затем наверх по Брайтвелл и Дарби, потом обратно вниз по Келтри и снова сюда. — Он жестами обозначил маршрут. — Это будет гонка, какой вы ещё не видели. Делайте ставки, если ещё не сделали. Приём ставок закрывается.

Он подождал, пока толпа загудит.

— А теперь скажу, что особенного в сегодняшней гонке. Сегодня ставки выше, чем когда-либо.