Теория пламени - С. Ф. Э. Блэк

Вздохи, вскрики. Боль пронзила меня, словно это меня только что ранили.

Лютер поднял руки.

— Уходите, если не любите кровь.

— В седло, — крикнул он нам, дважды хлопнув в ладони и возвращаясь в центр толпы. — И помните, быть чемпионом — честь.

Его слова ползли по коже, как рой муравьёв, но несколько глубоких вдохов помогли мне собраться, пока я закрепляла ноги в седле. Ровное дыхание Мифа говорило о том, что он либо не осознаёт давления, либо, наоборот, пытается уравновесить мою тревогу своим спокойствием. Если я проиграю, Фэйрфакс убьёт Азерона. Если я выиграю, я сомневалась, что герцог ограничится тем, что просто заберёт сына из школы, но я не могла думать о том, что он может сделать с Рашем.

Сжимая рукояти седла так сильно, что кожаные перчатки впивались в кожу, я кричала внутри себя, не разжимая губ. Я не могла позволить Рашу потерять Азерона. Если он выиграет эту гонку, он больше никогда не установит Связь.

Лютер подошёл к Мифу и прищурился, глядя на меня.

— Надо признать, я не думал, что у тебя есть всё, чтобы быть в Доме Рубин. — Он пожал плечами. — Похоже, я ошибался.

Слишком ошеломлённая, чтобы ответить, я лишь повернулась и посмотрела, как он уходит в толпу.

Неподалёку Раш забрался в седло Азерона, его дракон выровнялся рядом с моим. Холодный ветер свистел в трещинах под мостом, в этом каменном переулке. Когда Раш наклонился, чтобы закрепить ногу, он прошипел мне. Я приподняла бровь, и он провёл рукой по горлу, изображая, как что-то глотает.

— Я дала ему рубин и изумруд, — прошептала я, погладив Мифа по боку. — Так что, возможно, мы квиты.

Пальцы Раша замерли на ремне, но он ничего не сказал. Его молчание показалось мне странным, но я и сама нервничала. На кону у него было больше, чем у меня, и я не могла винить его за нежелание говорить.

Я лишь надеялась, что права насчёт камней и что рубины — для победы. Если же у них другое назначение, невозможно было предсказать, что Миф сделает сегодня. Во втором семестре я стала летать лучше, но чтобы победить Азерона, Мифу придётся отдаться гонке без остатка.

Когда Лютер поднял руки, давая знак, что старт вот-вот будет дан, страх сжал меня железной хваткой.

Один голос из толпы вырвал меня из оцепенения.

Прескотт смотрел на нас, переводя взгляд с одного на другого.

— Не верится, что я это говорю, но я правда надеюсь, что она победит. — Он слабо улыбнулся.

На официальных гонках на Арене участники выстраивались вертикально. Здесь же не было правил, только когти.

— Ари, — резко бросил Раш, пока Лютер подогревал толпу.

Не отрывая взгляда вперёд, я едва заметно кивнула.

— Я не позволю…

Прогремел выстрел, и Миф рванулся.

Глава 45.

Моё сердце подскочило к горлу, когда мы рванули вперёд.

Азерон был быстрым. Он сорвался со старта с яростью и точностью.

— Вперёд! — крикнула я, вжимая пятки в бока Мифа.

Мы взлетели с одного взмаха крыльев, но пространства для подъёма почти не было, пока мы пролетали под мостами один за другим.

Хвост Азерона хлестнул по морде Мифа. Миф щёлкнул челюстями, но промахнулся. Я чуть не крикнула ему не вредить Азерону, но это была ночная гонка. И ранить Азерона было лучше, чем смотреть, как он умирает.

Первый поворот под мостом был сложным, и Мифу пришлось коснуться земли, прежде чем снова взмыть в воздух. Желудок сжался, когда мы устремились наверх, едва не задев каменное ограждение. Удары крыльев, как выстрелы пушек, заглушали звуки города.

Мы ныряли в повороты, один за другим, огибая высокие здания. Наверху Миф набрал скорость и начал обгонять Азерона.

Раш посмотрел вверх. Он резко дёрнул Азерона, и тот ударился головой в брюхо Мифа. Шипы, вероятно, ранили его, и я стиснула зубы. Миф фыркнул искрами в ночи, и я закричала. С такими ставками Раш должен был хотеть проиграть, разве нет? Это должна была быть магия, толкающая его вперёд.

— Ари! — крикнул Раш, вырываясь немного вперёд.

Я прижалась к шее Мифа, сжимая рукояти так, что пальцы онемели.

— Победи, — прошептала я. Всё это время Раш говорил мне выиграть, дать герцогу причину оставить меня в живых. — Победи, чтобы мы могли жить.

То, что герцог дал Азерону, работало. Вместе с Рашем он был непобедим. Но только если Раш хотел победить.

Это магия, — сказала я себе, когда Миф снова начал отставать. Герцогу нужно было, чтобы гонка дошла до конца. Он не мог допустить, чтобы его собственный сын проиграл.

Ещё один поворот, и мы снова нырнули вниз, пролетая мимо толпы. Азерон пошёл в пике и выровнялся, не коснувшись камней. Когти Мифа ударились о камень, но он не терял позиции. Он был столь же быстр, как Азерон.

Но если он не станет хоть немного быстрее, Азерон умрёт сегодня ночью. И, возможно, я тоже, если герцог решит, что нет смысла оставлять меня в живых. Я не могла это принять, хотя реальность стремительно приближалась к нам на последнем отрезке.

Азерон вырвался вперёд на длину корпуса в узких улицах внизу.

Я закрыла глаза и подумала о рубине, стараясь заставить его помочь нам победить, и об изумруде, чтобы превратить моё желание победы в реальность. Но я могла ошибаться. В камнях, в магии, во всём. Что, если изумруд содержит магию только для изменения конкретной книги? Что, если рубин помогает победить только после правильного заклинания?

Я рискнула и могла разрушить жизнь Раша.

И тут меня осенило. У Мифа есть своя магия, в его пламени. Возможно, нам вообще не нужны камни, чтобы победить.

— Вперёд! — закричала я, когда мы снова вырвались наверх.

Я не знала, как работает его магия и можно ли её вызвать. Но я могла попробовать.

Вспомнив совет Брайса, я оформила свои мысли в безмолвные слова. Если мы проиграем, Фэйрфакс убьёт Азерона. Пожалуйста, Миф, не дай ему умереть.

Миф рванул вперёд. Я чувствовала это в костях, как он рвётся к финишу, будто на кону его собственная жизнь. Мои эмоции вихрем крутились внутри, но его яростная решимость вытеснила их, оставив только пульсирующую смесь страха и ярости. Биение сердца моего дракона стало моим, и я вдруг поняла, что наша связь глубже, чем я думала. Он боялся. И