Призрак под толщей вод - Эмилия Джей

тише пробираться по незнакомым дорогам. Мимо них с грохотом проехало несколько телег; торговцы весело переговаривались и смеялись, раскладывая свои товары на грядущий день: кто-то выставлял горы диковинной еды, кто-то развешивал отрезы тканей и поблескивающие украшения.

Чем дальше они уходили от замка, тем больше жителей выбиралось из своих домов навстречу новому утру. Мимо с заливистым смехом проносилась детвора, играя в догонялки, и их голоса звонко разносились по округе.

Странно было даже думать о том, что она принадлежит этому месту — этому королевству под толщей волн. Оно звало её, взывало к её крови и имени. И всё же здесь она чувствовала себя абсолютной чужачкой, окруженной сплошными секретами и ложью. Единственным исключением был идущий рядом мужчина.

Как бы ей ни хотелось отмахнуться от сомнений, которые Дрэвин высказал насчет Сирены, ночной допрос стражника практически подтвердил: её близняшка как минимум что-то скрывает.

Было ли это осознанное утаивание выхода из Мэриниса ради того, чтобы держать её здесь в качестве заложницы, или за этим крылось нечто куда более зловещее — Эсмира не знала. Она понимала лишь то, что инстинкты Дрэвина оказались верны. И эти подозрения теперь пустили глубокие корни внутри неё самой, переплетаясь с её собственным предчувствием.

Нырнув под очередную темную арку, она невольно вспомнила, какой искренней казалась Сирена во время их занятий, как мягко она направляла её, помогая обрести себя. Но всё это давалось слишком легко. Словно её намеренно вылепливали во что-то, чего она сама до конца не понимала.

Точно так же, как когда-то её вылепливал отец.

Среди прохожих Эсмира то и дело замечала стражников и дворцовых слуг, которых помнила в лицо. Они развешивали праздничные украшения к предстоящему вечернему торжеству.

От этого зрелища к горлу подступил тошнотворный ком — она поняла, что не хочет иметь с этим праздником ничего общего.

Каждая минута, проведенная в Мэринисе, теперь казалась еще более удушающей, чем предыдущая. Всего день назад она искренне радовалась тому, что находится здесь, горев желанием побольше узнать о себе и своем народе. А теперь она буквально до секунды высчитывала время, когда сможет сбежать.

Но, прежде чем принимать какие-то решения, ей нужно было докопаться до истины. Какова бы она ни была.

Дрэвин резко вытянул руку, останавливая её, и осторожно заглянул за угол.

— Твою мать, Ирах, — выругался он сквозь зубы и всем телом прижал её к стене ближайшего здания, укрывая от чужих глаз. От тепла его груди, пробивавшегося даже сквозь плотную ткань их плащей, её сердце испуганно и сладко екнуло.

Секунду спустя мимо их укрытия строем промаршировал вооруженный патруль.

— Откуда их здесь столько? Зачем? — прошептал он. — Они, блять, на каждом углу.

— Похоже, следят за каждым шагом горожан, — негромко отозвалась она, заметив еще одного гвардейца, вставшего неподалеку от группы уличных музыкантов. Она до крови прикусила нижнюю губу: — Или, может, они ищут нас?

Он издал тихий, безрадостный смешок:

— Ну разумеется, нас. Тебя нет ни в комнате, ни в садах, а Сирена ясно дала понять, что будет занята. Можешь не сомневаться, именно этим они и занимаются.

Они переждали опасность в узком, зажатом между домами переулке. Эсмира достала из-под плаща свиток и развернула карту:

— Нам осталось пройти где-то с милю, и мы будем на самой окраине города.

— Тогда лучше поспешить, пока она не наводнила улицы остальными своими ищейками.

— Идет, — решительно кивнула она. Сама мысль о том, что Сирена подослала к ним шпионов, вызывала у нее волну глухого раздражения.

Дрэвин жестом показал, что путь чист, и они стремительно рванули из переулка, петляя по узким боковым улочкам, чтобы держаться подальше от людных мест. По мере того как они продвигались вглубь, шум оживленного рынка окончательно стих, а дороги становились всё более пустынными и заброшенными. Жилые постройки сменились обломками древней архитектуры, стоявшей здесь еще до того, как город ушел на дно: полуразрушенные колонны были густо обвиты водорослями и частично поглощены коралловыми рифами.

— Смотри, там, — негромко произнес он, кивнув в сторону наполовину ушедшей под землю каменной арки.

Она чернела в нескольких ярдах от них, надежно укрытая от случайных глаз густыми, разросшимися зарослями ламинарии.

Когда они приблизились, Эсмира заметила на камне едва различимую гравировку — трезубец, обвитый морским змеем, окруженный уже знакомыми ей рунами.

Это была точно такая же эмблема, как та, что украшала обложку книги, которую Дрэвин стащил из библиотеки.

Она снова развернула карту. Переводя взгляд с пергамента на возвышающуюся перед ними арку, она произнесла: — Это определенно один из входов в пещеры.

Тропа за аркой тонула во мраке; каменные ступени круто уходили вниз, в глухие тени, и весь этот зев выглядел кране неприветливо и зловеще.

— Это здесь. Я знаю, что здесь, — прошептала она, взглянув на него.

Его глаза внимательно изучали её лицо, и она отдала бы всё на свете, чтобы узнать, о чем он сейчас думает.

— Если это наш путь наружу, обратной дороги уже не будет, — сказал он.

Казалось, эта арка физически притягивала её, увлекая за собой, в глубь уцелевших тайн Мэриниса — тайн, которые мучительно переплелись с её собственным существованием. Сирена наговорила ей столько всего, скормила столько полуправды и откровенной лжи. Эсмира окончательно поняла: единственный способ раскопать правду о своем прошлом — это взять всё в собственные руки.

Она решительно кивнула, и без лишних слов они начали спуск в темноту, оставляя каменные дороги Мэриниса позади.

Глава 61

Эсмира

Стоило им отойти на пару футов от арки, как их поглотила абсолютная, осязаемая тьма.

— Что это, во имя всех богов, за магия? — прорычал Дрэвин.

Они одновременно обернулись назад, туда, откуда пришли: снаружи, за пределами прохода, по-прежнему ярко сияли утренние лучи, пробивающиеся сквозь туман.

— Это определенно странно, — прошептала она, нахмурившись. Эсмира моргнула, и её глаза привычно осветили пятачок земли, на котором они стояли. Покрутив головой, она осмотрелась по сторонам: — Возможно, именно эта чертовщина и удерживает всех жителей Мэриниса здесь, на дне.

Дрэвин повернулся к ней; в тусклом сиянии её глаз было видно только его лицо.

— Но как тогда они вообще смогли выбраться в те пещеры и схватить нас, когда мы только прибыли?

Эсмира шумно выдохнула и пожала плечами:

— Нужно идти дальше.

Она сделала еще несколько шагов вниз по лестнице и резко замерла, отчего Дрэвин по инерции врезался ей прямо в спину. Его руки мгновенно обвили её талию, чтобы удержать от падения, и от этого жеста глаза Эсмиры