Тысячи испытаний - Тан Ци

разбирался в садовом искусстве, поэтому каждый из трех садов дворца Изначального предела имел свои достоинства. На Двенадцатом небе не имелось садов красивее. Однако не каждому было дано ими полюбоваться: посторонние могли гулять только во внешнем саду.

Служанка и наперсница повелительницы цветов Сянь Эр шла по внешнему саду. Остановившись под большим деревом Бодхи, гордостью этого сада, девушка, глядя на его раскидистую крону, облегченно вздохнула. Дело, которое ей поручили, она выполнила наполовину, и действительно, как и говорила госпожа, это оказалось совсем не трудно. Напряжение последних дней немного спало. Служанка снова глубоко вдохнула, лишь теперь заметив, как красивы облака вдалеке и какой приятный сегодня дует ветерок.

Они с госпожой общались с той девой по имени Жун-Жун около десяти дней именно ради сегодняшнего дня.

Та дева оказалась хитрой. За столько дней госпожа и Сянь Эр так и не выяснили ее происхождение, лишь узнали, что она и ее спутники – друзья третьего принца, приглашенные на праздник Тысячи цветов. Ныне они гостили во дворце Изначального предела. Но непонятной оставалась связь Жун-Жун с той богиней в желтом. Для служанки она слишком много себе позволяла, для подруги – вела себя слишком уважительно.

Но все это не имело значения.

Сянь Эр знала, что больше происхождения этих бессмертных госпожу волновало то, что третий принц, кажется, действительно хорошо к ним относится. Та богиня в желтом и эта Жун-Жун жили в зале Радости, который примыкал к спальне третьего принца в зале Успокоения сердца. Оба зала располагались очень близко, и раньше в зале Радости никто не жил. Несомненно, это третий принц дозволил своим гостям там поселиться.

Когда Сянь Эр доложила об этом госпоже, та, разволновавшись, перебила в комнате все, что попалось под руку. В последний раз такое случалось более десяти тысяч лет назад, когда повелительница цветов поссорилась с Цзюань Эр, а третий принц встал на сторону последней.

Та богиня в желтом редко выходила, так что встретить ее было трудно, а вот с Жун-Жун увидеться оказалось гораздо проще. В тот день у озера Соло она заявила, что сама является новой возлюбленной третьего принца. Сянь Эр с госпожой так и не поняли, правда ли это, но судя по тому, как вела себя Жун-Жун в последние дни, она действительно любила третьего принца. Ее интересовало все, что его касалось, и особенно – его полное любовных историй прошлое. Кроме того, Жун-Жун была очень ревнива.

В начале знакомства она даже насмехалась над госпожой Яньлань. К счастью, та стерпела унижение и объяснила, что вовсе не похожа на Чан И. Третий принц действительно хранил в сердце Чан И, но саму Яньлань не очень ценил, лишь иногда чем-то ей помогал в память о прошлом воплощении. Только тогда ревнивая Жун-Жун смягчилась и согласилась с ней общаться.

Слово за слово, повелительница цветов, Сянь Эр и Жун-Жун сблизились, и та бесхитростная бессмертная постепенно прониклась к ним доверием. Поэтому сегодня они смогли заманить ее в Сковывающую пагоду на Двадцать седьмом небе.

Тридцать тысяч лет назад Чан И ворвалась в Сковывающую пагоду, и в итоге с ее вершины рухнул Оковный камень, а сама пагода была разрушена. Затем за сотню лет совершенные владыки Девяти Небес сообща перестроили пагоду – раньше в ней было девять этажей, теперь стало восемнадцать. На каждом из них располагалось несколько темниц, и в каждой темнице с узниками обращались по-своему. Великие злые духи в пагоде каждый месяц переходили из одной темницы в другую.

По сведениям, добытым госпожой Яньлань, в этом месяце в темницу у самого входа в пагоду попал печально известный дух лианы, что был заточен всего лишь столетие назад. Поэтому в последние дни Яньлань намеренно рассказывала Жун-Жун множество историй о том, как когда-то рухнула пагода и как третий принц даже обратился драконом, чтобы спасти Чан И. Повелительница цветов намекнула, что все думают, будто она уже восстановила все воспоминания о прошлой жизни Чан И, но только она сама знает, что еще многое не помнит. Вероятно, из-за того, что в пагоде до сих пор сохранились остатки души Чан И, которые не вернулись в ее бессмертное тело.

Наивная Жун-Жун поверила словам госпожи и сильно увлеклась пагодой. Но бессмертная была осторожна: хотя ей было любопытно, что сокрыто в Сковывающей пагоде, похоже, она не собиралась в нее вторгаться.

Узнав, что через несколько дней духа лианы переведут на второй этаж, госпожа не выдержала и сегодня после полудня приступила к делу.

Во время их совместного послеполуденного чаепития Яньлань подсыпала в чай Жун-Жун дурманящее снадобье. Оно было подобно крепкому вину: хотя и не пьянит, но снижает бдительность, усиливает смелость, разжигает желания и побуждает сделать все, что хочется, но в чем сомневаешься или на что не хватает духу.

А Жун-Жун подсознательно желала именно ворваться в пагоду, чтобы поискать там остатки души Чан И и разгадать загадки прошлого. Поэтому, когда она выпила этот чай и снадобье придало ей храбрости, бессмертная в одиночку отправилась в пагоду.

«Наверное, она уже встретилась с духом лианы», – подумала Сянь Эр.

Дух лианы из Сковывающей пагоды был печально известен потому, что этот мерзавец принуждал женщин к парному совершенствованию и забирал их невинность. Неизвестно, сколько богинь и бессмертных дев он погубил за тысячи лет. Увы, помимо того, что этот развратник был до крайности мерзок, он был так же до крайности силен – для его усмирения потребовалось около восемнадцати старейшин.

Госпожа приказала Сянь Эр следующее: после того как Жун-Жун войдет в пагоду, немедленно отправиться во дворец Изначального предела и сообщить о том богине в желтом, чтобы заманить в пагоду и ее. Лучше будет, если обе не справятся с развратником и тот отнимет их невинность.

Если этот замысел удастся, униженные девы, разумеется, не захотят рассказывать о своем позоре, дело не приобретет широкой известности, и в итоге пострадает только дух лианы. К тому же после этого богини наверняка не захотят остаться на Небесах, где с ними обошлись так жестоко, – и покинут дворец Изначального предела по своей воле.

Поскольку в последние дни, угождая Жун-Жун, повелительница цветов и Сянь Эр получили возможность часто бывать во владениях третьего принца, им иногда удавалось увидеть ту богиню в желтом. Они также узнали, что обычно она в это время приходит во внешний сад к большому дереву Бодхи, чтобы отдохнуть в его тени.

Поэтому мгновение назад Сянь Эр прибежала сюда, отыскала богиню и, притворившись испуганной, сбивчиво доложила ей о том, что Жун-Жун самовольно отправилась в Сковывающую пагоду.

Услышав ее слова, богиня в желтом, чье лицо