Тысячи испытаний - Тан Ци

холодом. Гу Жун лежала неподалеку без сознания, а перед ней присел мужчина в красных одеждах. Одной рукой он держал девушку за подбородок. Похоже, его потревожил звук открывающейся каменной двери. Он поднял взгляд, посмотрев в сторону выхода.

Мужчина был духом лианы.

Как только он взглянул в ее сторону, Цзу Ти взмахнула левым рукавом, и из него вылетела длинная белая лента, быстрая, как поток света. Она обвила Гу Жун за талию и мгновенно притянула ее к Цзу Ти. Перед духом лианы стало пусто. Он опешил, затем встал, устремил взгляд на Цзу Ти и с усмешкой поднял бровь.

– Какая удача! Сразу две красавицы пожаловали. Мне только любопытно, как это стражи охраняют пагоду? То и дело подбрасывают мне возможности для совершенствования, неужели боятся, что я не смогу прорвать местную печать?

Хотя дух говорил крайне непочтительно, Цзу Ти, не желая создавать проблем, решила оставаться вежливой. Придерживая Гу Жун, она спокойно сказала:

– Моя сестра по ошибке вторглась сюда, помешала вам совершенствоваться, она не нарочно. Я сейчас же заберу ее, прошу, не гневайтесь.

Однако дух лианы не оценил ее любезности, его лицо внезапно потемнело.

– Вы уже попали сюда и привлекли мое внимание. Уйти захотели?

В его правой руке появился длинный кнут, сияющий красным. Цзу Ти, нахмурившись, опустила Гу Жун на ледяной пол. Белая лента в ее руке превратилась в световой купол, надежно укрывший девушку.

В этот миг на Цзу Ти обрушился кнут. В воздухе появилось несколько его теней, звук удара разнесся по всей пагоде, в ответ взревели тысячи духов – это было ужасающе. Однако Цзу Ти двигалась быстро. Хотя богиня света и отступала, уклоняясь от кнута, делала она это очень уверенно. После шести ударов она уже уловила ритм и уворачивалась весьма непринужденно. Перемещаясь легкими шагами, она оставляла за собой золотистые световые линии, которые то появлялись, то исчезали. Всякий раз, когда она останавливалась, линии пропадали.

Дух лианы не придавал этому особого значения. Хотя он был слегка удивлен, что девушка избежала более десятка его ударов, видя, что она только уклоняется и не нападает в ответ, он решил, что его цель просто проворна. На четырнадцатом ударе дух сблизился с Цзу Ти, пристально посмотрел ей в глаза и тихо усмехнулся:

– И это все, на что ты способна?

Произнося эти слова, он одновременно применил технику одурманивания разума.

Та дева в черном, что лежала на полу, тоже сначала увернулась от нескольких ударов, но в итоге он все равно ее одолел.

Дух был уверен: он заглянул в глаза этой прелестной богини, применил чары, и теперь-то они подчинят эту красавицу. Но этого почему-то не случилось – взгляд девы по-прежнему оставался ясным, что было просто невозможно.

Мужчина вздрогнул. В нем вдруг зародился страх.

А в это время Цзу Ти уже уклонилась от семнадцатого удара кнута и сделала последний шаг. Следы, оставленные во время уклонения от кнута, в тот же момент обрели форму нескольких световых отрезков, соединившихся концами, внезапно поднялись в воздух и взорвались ослепительным золотым светом. Сияние заполнило всю ледяную темницу, а после того, как яркий свет угас, проявилась сложная печать семи звезд.

То есть эта богиня, уклоняясь от его стремительных ударов, одновременно успела нарисовать шагами печать. Осознав это, дух лианы резко сузил глаза.

Такой печати он никогда не видел и не знал, для чего она служит. Опасаясь за свою жизнь, дух неосознанно отступил, пытаясь отдалиться от печати, и одновременно резко встряхнул кнут, отчего тот удлинился в несколько раз.

Столь длинным кнутом непросто управлять, и уж тем более непросто провести по нему силу от начала до конца, чтобы нанести болезненный удар, но дух лианы справлялся.

Воспользовавшись тем, что богиня отвернулась, он нанес еще один удар, под очень сложным углом. Цзу Ти, прогнувшись, избежала его – и в итоге почти коснулась пола. Стальной кнут скользнул по ее талии, сорвав лоскут одежды. Дух лианы обрадовался и уже собирался нанести следующий удар, как вдруг увидел, что богиня, все так же не разгибаясь, призвала огромный лук, натянула тетиву и выпустила стрелу.

Дух усмехнулся: такой большой лук плох для ближнего боя, к тому же стрела пролетела мимо, попав в… Нет! Дух лианы резко поднял голову и увидел, что стрела, подобно молнии, пронеслась сквозь печать семи звезд. Вспыхнул золотой свет. Хотя богиня выпустила только одну стрелу, в сиянии их появились сотни и тысячи.

Мужчина испугался, поспешно перешел в оборону и принялся быстро размахивать кнутом, надеясь отбить налетающие стрелы. Большинство световых стрел он сбил, но печать все не рассеивалась, и стрелы продолжали сыпаться без перерыва. Вскоре две из них нашли брешь в защите и вонзились духу в правое плечо. Удар огромной силы отбросил его на несколько шагов, и в итоге он оказался прочно прибит к большому черному камню посреди темницы.

Дух лианы выплюнул кровь. Хотя он был тяжело ранен, но все еще собирался сражаться. Когда мужчина попытался вытащить стрелы, те превратились в световые нити, плотно опутавшие его и прочно привязавшие к черному камню позади. Длинный кнут выпал из его рук.

Богиня стояла в нескольких шагах и холодно смотрела на пленника.

Исход битвы был очевиден.

Глаза духа переполняли неверие и ненависть, но, скользнув взглядом по лежащей на земле Гу Жун, он вдруг улыбнулся.

Вспыхнул багровый свет, и к камню был привязан уже не мужчина в красных одеждах, а огромное дерево с ярко-красной корой.

Опутанный изначальным светом, дух не мог сбежать. Значит, он принял свой истинный облик – огромное дерево. Но для чего он это сделал? Цзу Ти нахмурилась.

По темнице внезапно разлился густой аромат, похожий то ли на орхидею, то ли на сливу, да еще и столь сильный, что начинала кружиться голова. Запах исходил именно от дерева, привязанного к огромному черному камню.

Цзу Ти подсознательно поняла, что аромат опасен, отступила на шаг и сосредоточенно сложила печать. Золотая световая печать вылетела из ее пальцев и ударила в ярко-красное дерево; опутывавшие его световые нити внезапно сжались вокруг ствола, то ярко вспыхивая, то затухая. Огромное дерево жалобно застонало и, когда стон стих, с грохотом рухнуло на землю. Густой аромат в темнице постепенно рассеялся. Упавшее дерево мгновенно превратилось в груду сухих ветвей и опавших листьев, только пень еще не полностью засох – на нем оставалась ярко-красная веточка.

Этот дух лианы был коварен, он сам накликал смерть. Милостью было уже то, что Цзу Ти не уничтожила его совсем – оставила в этой веточке