Избежать судьбы второстепенной героини - Канна Шорен

На благо, остальное в комнате было цело и не заляпано. Слева от входя массивный старый платяной шкаф с узором плюща на дверцах, справа же простой стол с выдвижными небольшими ящиками и стул. У широкого двустворчатого французского окна большая кровать в длину стоящей от одной стены до другой. Ещё на стене рядом со шкафом висело большое старое в потемневшей от времени серебряной рамке зеркало. На полу старенький домашний порядком выцветший палас, я подобные у бабушки со стороны мамы видела в доме, где она жила. Вот и всё наполнение небольшой комнатушки. И этого было вполне достаточно.

Медленно встав с кровати не без проблем, я подошла к зеркалу и ужаснулась увиденному. На шее образовались несколько синюшно-багровых синяков разных размеров, занимавшие почти всю переднюю часть. Смотрелось это откровенно отвратительно и захотелось чем-то прикрыть. Приподняв юбку до коленей, взглянула на ноги, отражающиеся в зеркале. Там тоже образовались синяки. На благо, у Амелии был поразительно крепкий организм, иначе сегодня пришлось бы и дальше валяться, возможно даже с переломами.

Расстегнув наконец платье, я аккуратно сняла его и осмотрела на вытянутых руках. Следы земли и травы уже подсохли и местами куски грязи отвалились от движений на пол, а до этого и на покрывало на кровати. Отстирать подобное в прошлой жизни не составило бы труда, но не тут. Придётся постараться, чтобы спасти и вернуть былую красоту платью.

Снова прислушалась. Тишина, лишь ранние пташки заводили одна за другой заливистые трели, разбавляя её. Раз все спят, мне необходимо как можно скорее, не попадаясь никому на глаза, принять душ или даже ванную. Платье вместе с пострадавшими и невероятно грязными чулками пришлось тщательно завернуть в пострадавшее покрывало, туфли аккуратно встали у кровати, а накидку повесила на стул. В одном нижнем белье и босая взяла своеобразный «мешок» в одну руку, не забыв взять в другую чистую одежду, и поспешила на цокольный этаж, в очередной раз скрипнув старой лестницей.

Ванная комната не походила на ту, что была в замке. Тесное небольшое помещение с небольшим окошком под потолком, медной потемневшей ванной, душевой системой (хотя это была просто г-образная труба с простой конусообразной лейкой), прибитой крепкими креплениями к стене, и большим круглым тазом для стирки с доской. Я сбросила сначала принесённое платье в таз, а следом и один за другим каждый элемент одежды. Дольше всего возилась с завязками корсета на спине, но всё же справилась и отложила в сторону. Его стирать не нужно было. А вот рубашку, панталоны и чулки — да.

Горячий душ стал благословением для моего замотавшегося за эти дни тела, а гудящая ранее голова стала лёгкой. Тщательно натирая тело и волосы простым мылом и люфой до противного скрипа, я невольно замлела. Даже противные следы от одежды на опухшем за ночь теле, казалось, разгладились моментально. Карина действительно хорошо вычистила мне волосы тогда ещё, в саду. Я нашла лишь несколько совсем мелкий кусочков коры у кожи на затылке.

Когда моё тело было тщательно вымыто, а платье и пояс сверкали от чистоты (благо, батист очень легко отстирывался, а мыло было просто замечательное) и было тщательно выжато, я оделась и поспешила на кухню. Судя по тому, что там до сих пор никого не было, с делами я расправилась быстрее, чем ожидалось. Приоткрыв заднюю дверь и неловко переступая всё ещё босыми ногами по мокрой от выпавшей росы траве, вынесла за пределы дома выстиранные вещи. Верёвка, натянутая на заднем дворе на нескольких порядком посеревших деревянных столбах, слегка прогнулась под тяжестью ещё немного мокрого платья. Мне удалось аккуратно расправить и разместить, закрепив простыми деревянными прищепками, одежду. Теперь останется лишь ждать, когда оно высохнет.

Вернувшись в кухню, я с большим трудом смогла отыскать всё нужное для сэндвичей: хлеб, сыр, немного ветчины и даже листья какого салата. Мой вопящий и голодный со вчерашнего утра желудок категорически требовал чего-то сытнее и горячего, но пока я могла обеспечить лишь это. В воспоминаниях Амелии не было сведений о том, как пользоваться дровяной плитой в этом мире, а я понятия не имела и не желала разбираться. На простой медной плоской тарелке взгромоздилась небольшая кучка из сэндвичей, а в качестве напитка я взяла оставшееся в кувшине молоко, перелив его в высокий стакан. И, пока никто меня всё ещё не заметил, поспешила скрыться в комнате.

* * *

— Леди, Вам письмо и посылка!

Время уже давно перевалило за полдень, когда в дверь постучала Дженни. Я тщательно заперлась и притворилась ужасно больной (охрипший голос был как нельзя кстати) какой-то заразной дрянью. Показываться с синяками на шее без возможности прикрыть было равно сотни вопросов. Родные Амелии не стали препятствовать, позволив мне проводить время, не выходя из комнаты. Правда матушка, обнаружив подаренное королевой-матерью платье, вместе с ним поднялась и устроила допрос через дверь. Я, не скрываясь, всё ей ответила, умолчав лишь об избиении, заменив его на простое падение. Графиня недолго посетовала на мою неуклюжесть, но всё же похвалила за столь нужные связи.

— Оставь у двери и уходи, — коротко приказала я, не отрываясь от чтения найденной на полке книги, это был странный любовный роман с излишне любящими друг друга героями.

— Миледи, мне сказали отдать Вам лично в руки.

Я вздохнула. Дженни была излишне дотошной и исполнительной служанкой, что порой бесило.

— Оставь у двери и отойди к лестнице.

За дверью послышался шум и шорох, а после удаляющиеся шаги. Я неспешно накинула найденную в шкафу старую вытертую шаль и, прикрывая горло и лицо, открыла дверь. На пороге лежала небольшая коробка и сверху неё два тонких конверта разных цветов. Подняв их, я краем глаза увидела стоящую у лестницы служанку и, прежде чем закрыть дверь, произнесла достаточно громко:

— Подожди здесь. Я напишу ответ, если это понадобится.

Всё я положила аккуратно на стол и взяла в руки конверты. Один был белоснежный с красной сургучной печатью, на которой изображена плетистая роза. Это было письмо от королевы-матери, судя по эмблеме. Аккуратно открыв его с помощью ножа для писем, я увидела лишь маленькое послание с двумя предложениями:«Он согласился. Всё случится на третий день празднования». От написанного мне