Тысячи испытаний - Тан Ци

в голове Шуан Хэ раз двадцать, прежде чем Цзу Ти заговорила. Он не ожидал, что она спросит о Гу Жун. На самом деле его собственные отношения с Гу Жун были так себе: более двухсот тысяч лет назад, когда они оба жили в горах Гуяо, они ссорились по мелочам каждые три дня, крупно ссорились каждые семь дней, а раз в полмесяца дело доходило до драки. Поэтому, услышав, что Цзу Ти беспокоится о Гу Жун, посланник, понятное дело, не порадовался, но все же вздохнул с облегчением. Вздохнул по-настоящему: Цзу Ти пробудилась, и больше всего ее беспокоила Гу Жун – значит, она точно забыла бога воды.

Таков был ход его мыслей.

Шуан Хэ считал, что хотя про себя он вопил от ужаса, внешне сохранял полнейшее спокойствие. Посланник не мог понять, как Цзу Ти заметила его смятение. Но она заметила. И теперь ему надо было думать, как утаить от нее правду. Шуан Хэ принужденно и совершенно неискренне улыбнулся.

– Ни о ком! Я тоже думал, что вы спросите о Гу Жун. Хе-хе.

Цзу Ти тихо вздохнула:

– Прошло более двухсот тысяч лет с нашей последней встречи. Не думала, что ты, Шуан Хэ, тоже научишься лгать, причем довольно убедительно. – Она не стала его ругать, даже улыбнулась, а затем добавила: – Но пока ты недостаточно хорош.

Однако Шуан Хэ хватило и этого.

– Я недостаточно хорош? – ошеломленно спросил он.

С тех пор как Цзу Ти благословила его, Шуан Хэ поставил целью своей вечной жизни стать своей госпоже хорошим посланником и всегда стремился этой цели достичь. На протяжении десятков тысяч лет Цзу Ти считала, что он прекрасно справляется со своими обязанностями, и он всегда этим гордился, но только что его госпожа сказала, что он недостаточно хорош, и мир Шуан Хэ рухнул. А когда мир рухнул, какие тайны можно сохранить?

– Я… я думал, вы спросите о боге воды.

Когда Цзу Ти услышала эти слова, ее глаза медленно широко раскрылись.

– О боге воды? – сказала она и тут же переспросила: – Ты сказал «о боге воды»?

Шуан Хэ, собравшись с духом, кивнул:

– Да.

Богиня света чуть нахмурила брови, будто бы задумавшись, затем подняла взгляд на Шуан Хэ.

– Почему ты подумал, что я спрошу о боге воды? – Она помолчала, в ее глазах промелькнуло недоумение. – Возможно, виной тому перерождения и долгий сон, но многие события прошлого я помню нечетко. Неужели я позабыла и о том, что бог воды уже родился и между нами произошло что-то важное?

Сердце Шуан Хэ замерло. Он был простодушным, беспечным и, возможно, не очень умным, но и не глупым. Судя по реакции Цзу Ти, она и вправду забыла бога воды, но из-за Шуан Хэ, кажется, заинтересовалась им вновь… Посланнику остро захотелось умереть прямо на месте. Его госпожа всегда отличалась проницательностью, как ему убедить ее в том, что на самом деле их с богом воды не связывает ничего особенного? Хотя богиня света и наивна, обмануть ее крайне сложно, среди посланников это удавалось только Сюэ И. Но успеет ли он призвать того на помощь?..

Шуан Хэ обливался потом от волнения. И в этот миг очень вовремя раздался голос того самого Сюэ И, о котором он только что думал:

– В эпоху первозданного хаоса среди пяти великих богов природы только бог воды не спешил воплотиться в нашем мире. Разве не об этом вы постоянно говорили перед открытием врат Жому?

Шуан Хэ поднял голову и увидел подходящего к ним Сюэ И с Инь Линем и Чжаоси. Эти трое остановились в трех чжанах от них и почтительно поклонились Цзу Ти. Только тогда Шуан Хэ вспомнил, что еще не приветствовал свою повелительницу и поспешил последовать примеру остальных посланников. Склонившись в поклоне, он, однако, не мог отвести взгляда от лица Цзу Ти. Он увидел, как их госпожа слегка улыбнулась. Из струящихся широких рукавов чуть показались ее белые, словно нефрит, тонкие пальцы, и она едва заметно двинула ими вниз, как делала всегда, желая, чтобы ее посланники наконец оставили церемонии. Затем Цзу Ти посмотрела на Сюэ И и будто бы с большим любопытством спросила:

– Тогда я очень ждала рождения бога воды? – В ее голосе послышалось сожаление. – Я совсем этого не помню.

Такой ответ очень напряг Шуан Хэ, но, к счастью, с ними был Сюэ И – настоящий мастер нести полнейшую чушь с невозмутимым видом. Казалось, он ни капельки не волновался. Глядя на него, никто бы не усомнился, что это самый честный бессмертный во всех четырех морях и восьми пустошах.

– В конце концов, это было очень давно, – с улыбкой сказал Сюэ И. – К тому же, после того как ваша душа возродилась из света, она вошла в круг перерождений мира смертных. Каждое новое рождение – это мучение, поэтому вполне естественно, что вы не помните некоторые незначительные дела минувших лет. Однако мы все видели, как вы ждали рождения бога воды, а Шуан Хэ особенно крепко запомнил, насколько для вас это важно. Бог воды наконец родился семьдесят тысяч лет назад. Должно быть, Шуан Хэ подумал, что вас это может заинтересовать, поэтому и предположил, что вы спросите о нем.

В его улыбке появился оттенок беспомощности.

– Вот такой уж Шуан Хэ, он никогда не умел скрывать свои мысли. Вы и сами хорошо это знаете, госпожа.

Шуан Хэ просто преклонялся перед Сюэ И. Тот нес чушь с таким искренним видом и все звучало настолько убедительно, что он сам заслушался и поверил: Цзу Ти должна была спросить его о боге воды именно потому, что когда-то очень ждала его рождения. К счастью, богиня света тоже поверила, на ее лице появилось понимание.

– Так вот в чем дело.

Она задумалась. Опустив глаза, девушка на мгновение погрузилась в воспоминания, затем обратилась ко все это время молча стоявшим рядом Инь Линю и Чжаоси:

– Кажется, я кое-что припоминаю, я и впрямь должна была ожидать рождения бога воды. – И снова улыбнулась. – Кстати, разве я не сделала ему погремушку в подарок на день рождения?

Инь Линь замер, не спеша с ответом. Повисла неловкая тишина. Взглянув на главного посланника, слово взял Чжаоси:

– Я служу вам не так долго, как Инь Линь, и не знаю о погремушке. Если вы и впрямь когда-то сделали ее для бога воды, возможно, Инь Линь что-то об этом знает.

С этими словами он посмотрел сначала на главного посланника, затем скользнул взглядом по Сюэ И. Из четырех божественных посланников, кроме не слишком сообразительного Шуан Хэ, остальные