Тысячи испытаний - Тан Ци

братья рухнули на колени. Будучи подданными Северного моря, они не смели перечить своему повелителю и поэтому не могли броситься на помощь Аюй. Им оставалось лишь со слезами на глазах наблюдать, как та скрывается на дне.

Маленькая линъюй исчезла, и с ней пропал водоворот. Море утихло, словно голодный зверь, получивший законную добычу. Больше не вздымались к небу гребни чудовищных волн. И хотя воды еще бурлили, в них не чувствовалось былой ярости.

Уже не казалось, что Северное море вот-вот перевернется вверх дном. Грозовые тучи больше не застилали небеса непрерывным полотном, и пусть небо с морем все еще оставались темны, происходящее не напоминало конец света. Судя по природным явлениям, можно было предположить, что гнев бога воды наконец улегся. Однако Инь Линь понимал: спокойствие природы вовсе не означало, что наказание линъюй облегчило боль третьего принца и ярость его утихла. Просто Лянь Сун наконец осознал, что в порыве гнева ненароком навлек бедствие на все Северное море, и, очнувшись, вовремя остановился.

Хотя Инь Линь не был знаком с Лянь Суном лично, он тоже когда-то любил, и чувство то было словно выгравировано у него на костях и запечатлено в сердце. Конечно, главный посланник богини света понимал, что боль третьего принца невозможно облегчить. Пусть он запрет линъюй в Ледяном пределе, разве от этого «Чэн Юй» проснется?

Инь Линь поднял глаза на молодого бога воды. Лянь Сун лишь мельком посмотрел на ожившее море, а затем отвел взгляд, словно его ужасно утомило это зрелище. С непроницаемым лицом он поднял «Чэн Юй» с веера Усмирения зла, свернул тот и уже собрался уходить, как к нему на облаке подлетел бессмертный в синих одеждах и торопливо крикнул:

– Третий брат, подожди!

Во всех восьми пустошах лишь два бога могли так называть Лянь Суна: один – его первый брат, старший сын Небесного владыки, другой – его второй брат, средний сын Небесного владыки.

Прибывший бог обладал изящной наружностью. То был второй принц Небес, ныне повелитель Северного моря Сан Цзи.

Лянь Сун остановился, и Сан Цзи приблизился. Его взгляд скользнул по груди младшего брата, и молодой мужчина тихо вздохнул:

– Я слышал о деле принцессы линъюев, она действительно виновна, но чем провинился народ? Ради смертной ты лишил покоя все Северное море.

Кажется, второму принцу самому было непросто это говорить. Поморщившись, он потер висок.

– Рано или поздно до Небесного владыки дойдут слухи, и он обязательно накажет тебя. Хотя отец и благоволит тебе, когда дело касается женщин… – Сан Цзи тяжело вздохнул. – Лучше пойдем со мной в Заоблачный зал, добровольно попросим наказания. Если кто-то опередит нас с докладом, еще неизвестно, что он наговорит о тебе отцу.

Сан Цзи снова взглянул на «Чэн Юй», которую третий принц крепко держал на руках, защищая, и попытался убедить брата вновь:

– Восемь пустошей – не место для смертных. Она должна вернуться туда, откуда пришла. Любовь между бессмертным и смертной нарушает небесные законы, не усугубляй ошибку новой ошибкой.

Поначалу Лянь Сун только молча слушал, опустив глаза, но на этих словах вдруг поднял взгляд и улыбнулся, однако в этой улыбке отсутствовал любой намек на теплоту.

– Сегодня ты дал мне столько советов, брат. Отчего же двадцать восемь лет назад ты не отправил змею-духа туда, откуда она пришла?

Сан Цзи опешил:

– Наша с Шао Синь любовь не нарушает небесных законов, но эта смертная…

Лянь Сун равнодушно перебил:

– Небесный владыка не признал ни твой брак, ни мой, какая между ними разница?

Лицо Сан Цзи вспыхнуло.

– Да, но…

Он попытался подобрать достойный ответ, однако не смог и на мгновение онемел.

Лицо Лянь Суна не дрогнуло. Казалось, он и не заметил, как сильно его резкие слова смутили Сан Цзи. Некоторое время он лишь безразлично наблюдал за потугами брата оправдаться, а потом вдруг сказал:

– На самом деле я немного тебе завидую.

Сан Цзи остолбенел:

– Завидуешь?

Третий принц отвел взгляд и посмотрел вдаль, а затем, чуть помедлив, пояснил:

– Двадцать восемь лет назад ты осмелился расторгнуть помолвку с Цинцю и привел ту маленькую змею в небесный дворец, где всячески выказывал ей свое расположение. Ты надеялся на благосклонность отца к тебе. Ты думал, что это всего лишь брак, и, если ты проявишь твердость, отец, пусть не сразу, но в конце концов исполнит твое желание. Я угадал?

Сан Цзи закрыл глаза:

– Зачем ты снова об этом вспоминаешь? Я не обдумал все как следует. Если бы знал, что отец так возненавидит Шао Синь, возможно… – Второй принц тяжело вздохнул и с оттенком сожаления продолжил: – Но что теперь говорить, в конце концов, это была моя оплошность, из-за которой Шао Синь много настрадалась, а Чан И вовсе…

Не в силах завершить фразу, он умолк.

Лянь Сун тоже помолчал мгновение и сказал:

– Прежде я не одобрял то, как ты разрешил это дело. Сперва я думал, что ты слишком наивен, а потом – что слишком опрометчив.

Сан Цзи горько усмехнулся:

– Наивен, опрометчив… Да, ты прав, я не раз сожалел о своем решении. Будь я тогда осторожнее, подумай чуть дольше, возможно, смог бы…

– Не смог бы.

Казалось, Сан Цзи не сразу расслышал слов брата:

– Что ты сказал?

И Лянь Сун повторил эти три слова:

– Не смог бы. – Он усмехнулся, горько и безжалостно, словно над самим собой. – Я верил, что могу вынести урок из твоих ошибок. Я все продумал до мелочей. Но какой толк в тщательных расчетах, если невозможно предусмотреть все?

Третий принц опустил взгляд на девушку в своих объятиях:

– Возможно, лучше было поступить наивно и опрометчиво. Если бы с самого начала я выбрал другой путь, если бы не отпускал ее ни на миг, если бы защищал так же глупо и отчаянно, как ты когда-то защищал свою Шао Синь… Возможно, сейчас она бы не лежала так безмолвно в моих объятиях.

Сан Цзи изумленно выдохнул:

– Ты…

Лянь Сун поднял голову – на его лице не отразилось ровным счетом ничего.

– Я не пойду в Заоблачный зал.

Он посмотрел на Сан Цзи:

– На этот раз я без причины навлек бедствие на Северное море, это моя вина, я не исполнил свой долг. Я больше недостоин быть повелителем четырех морей. Прошу, доложи обо всем Небесному владыке, выберите с ним того, кто меня заменит. Что касается положенного наказания… После того как я найду способ пробудить А-Юй, я сам вернусь в небесный дворец и приму его.

С этими словами он решительно отвернулся.

Сан Цзи вздрогнул, но быстро пришел в себя. Он резко шагнул вперед и