Пламя Парижа - Алексей Сергеевич Фирсов

— Ровно до тех пор, пока буря не поймет, что укротитель сделан из фарфора, — усмехнулся старый граф. — Но сейчас он опьянен властью. И, боюсь, это опьянение толкает его на глупости.

Словно в подтверждение слов мужа, Лафайет, обмениваясь любезностями с гостями, внезапно остановил свой взгляд на мне. Его глаза блеснули. Он явно выделил меня из толпы парижанок, бледных и напуганных последними событиями. Мое спокойствие, осанка и темный изумруд платья, выгодно оттеняющий кожу, подействовали на него как магнит.

Маркиз уверенным шагом направился в нашу сторону. Толпа почтительно расступилась.

— Граф Воронцов. Истинно рад видеть вас в добром здравии в эти неспокойные времена, — Лафайет вежливо поклонился Василию Петровичу, но его взгляд был прикован ко мне.Адьютант следовавший за Лафайетом передал ему две трехцветных кокарды.Которые он нам немедленно вручил.

-Примите символы новой Франции дамы и господа! Патриоты и друзья Франции носят их на шляпах и на лацканах.Вы же дррузья Франции?

-Несомненно.-ответил Василий Петрович,озадаченно вертя в руках кокарду.— Маркиз, позвольте представить мою супругу, графиню Анну Воронцову, — невозмутимо продолжил он, ни единым мускулом не выдав своего отношения к этому человеку.

Лафайет изящно взял мою руку и коснулся губами пальцев. Его губы задержались на перчатке на секунду дольше, чем того требовал строгий этикет.

— Мадам, ваше присутствие — это луч надежды для нашего бедного Парижа, — произнес он, и в его голосе зазвучали те самые обволакивающие, самоуверенные интонации человека, привыкшего к женскому обожанию. — Слышал, вы не испугались уличных беспорядков и остались в городе. Русская смелость?

Я слегка приподняла подбородок и ответила ровным, спокойным тоном, глядя прямо в его красивые, самовлюбленные глаза:

— Русское благоразумие, господин маркиз. Мой супруг учил меня не бежать от пожара вслепую, а сначала выяснить, куда дует ветер.

Лафайет тихо рассмеялся, явно довольный моим ответом.

— О, ветер сейчас дует в паруса свободы, графиня! Национальная гвардия навела порядок. Вы можете чувствовать себя в абсолютной безопасности. Если вам или графу потребуется эскорт для прогулок, вы всегда можете рассчитывать на моих людей.

Он произнес это так, словно дарил мне королевство. В его глазах я безошибочно прочитала этот взгляд: скучающий триумфатор увидел новую, экзотическую игрушку. Герой двух миров решил, что красивая , умная русская графиня станет идеальным, престижным трофеем в его коллекции."Спешу и падаю! Идиот напыщеный!"

Мой внутренний радар мгновенно выдал тревожный сигнал. Этот человек не был глупым фанфароном вроде Куракина. У него была реальная, вооруженная власть в городе, который сходил с ума.

— Благодарю вас, маркиз, — я ответила ему идеальной, светской улыбкой. — Но мой супруг в молодости командовал драгунами, а наш камердинер стреляет белке в глаз. Думаю, мы сумеем защитить свой дом без привлечения государственных сил.

Лафайет чуть прищурился. Ему явно понравилось сопротивление. Он воспринял мой холодный тон не как отказ, а как приглашение к игре.

— Ваша независимость восхищает, мадам. Но позвольте мне всё же быть вашим верным рыцарем в этом новом мире.

-Вы так мужественны,маркиз,вы словно античный Геракл!-сообщила я ему.-Как я смогу устоять перед вашим боевым духом?!

Чем грубее лесть-тем быстрее она подействует.Щуплый маркиз точно не походил на Геракла,а скорее на охотничью борзую из псарни государыни.

Он улыбнулся ,еще раз поклонился, бросил многозначительный взгляд и, развернувшись, удалился к группе дипломатов.

Когда маркиз отошел на достаточное расстояние, Василий Петрович неторопливо поправил кружевной манжет и наклонился к моему уху.

— Кажется, душа моя, наша осада только начинается, — вкрадчиво произнес граф, и в его голосе не было ни капли ревности — только холодный, профессиональный расчет. — Герой Америки решил пополнить свой послужной список русской победой.

— Герой Америки слишком самонадеян, — презрительно фыркнула я, чувствуя легкое раздражение. — Он путает меня с восторженными парижскими девицами,которые вешаются на него как гирлянды наелку под Рождество...

— Не недооценивайте его, Анна, — серьезно предупредил муж. — В его руках сейчас ключи от города. Лафайет считает, что может контролировать толпу. Он глупец, но вооруженный глупец. Нам придется играть в эту игру очень осторожно, чтобы его уязвленное самолюбие не обернулось обысками в нашем доме под предлогом поиска «врагов нации».

Я посмотрела вслед блестящему маркизу де Лафайету, чувствуя, как вокруг меня сжимается еще одно, весьма специфическое кольцо Революции.

глава четырнадцатая

Глава 14.Галантность с ружьем наготове.

Осень тысяча семьсот восемьдесят девятого года вступила в свои права, принеся с собой не только прохладные дожди, но и холодное понимание того, что Париж уже никогда не будет прежним. Эйфория первых дней свободы стремительно улетучивалась, оставляя после себя пустые прилавки, озлобленную толпу и переполненные тюрьмы.

В нашем особняке в Сен-Жерменском предместье жизнь превратилась в осаду. Василий Петрович, чье здоровье после летней поездки в Неаполь всё еще было крепким, сутками не выходил из кабинета. Он принимал курьеров, писал зашифрованные депеши и с хирургической точностью обрезал последние финансовые нити, связывающие нас с Францией. Да,внезапно вернувшийся Жозеф устроил нам переполох. Он посадил женщин во главе с Бьянкой на корабль в Марселе,оправил багаж с книгами в Неаполь и вернулся.Похудевший и на нервах.Говорить мне про обратный путь он вежливо отказался.Но по его лицо все было ясно.Франция дичала на глазах.И не только в Париже...

Василий Петрович его ласково поругал,обнял.Но мне то было ясно что муж ему очень рад.

Я же оказалась в весьма пикантном и опасном положении. Маркиз де Лафайет, опьяненный своей славой и должностью главнокомандующего Национальной гвардии, решил, что я стану идеальным дополнением к его триумфу.

Его ухаживания были не просто навязчивыми. Они были пугающими.Он считал себя не отразимым-главный генерал республики,черт возьми!

Каждое утро начиналось с того, что к воротам нашего особняка подкатывал патруль национальной гвардии в синих мундирах. Бравые парни с мушкетами на плечах сменяли друг друга, чеканя шаг.

— Опять прислали, — мрачно доложил Архип, заглядывая в гостиную, где мы с Василием Петровичем завтракали. — Говорят, от генерала Лафайета. Для охраны почетных иностранных гостей.

— Какая трогательная забота, — усмехнулся граф, отрезая кусочек паштета. — Он берет нас в осаду, Аннушка. Хочет показать, что наша безопасность зависит исключительно от его доброй воли.А оплату за охрану желает получить от тебя,душа моя.

-Может пристрелить сукина сына?-спросила я,открывая коробку с дуэльными пистолетами.-Скажем-шальная пуля откуда то....

Муж оценил мой черный юмор.Хмыкнул.

-В иных обстоятельствах я бы давно нахлестал ему по щекам своими перчатками.Волочится за замужней