Печать безумных. Солнце поражения - Екатерина Ивановна Гичко

— Твой брат, жрец, погиб при битве за Арван-Ё от руки простого воина, даже не шамана. И ты почитаешь его как героя. А меня коришь за то, что проиграл целому отряду в нечестной схватке?

Насмешник зло поджал губы.

— Так что зря ты затыкаешь рот тем, кто говорит умные вещи, Ло-тиа-х, — Ёта вновь посмотрел на жрицу.

Та не выглядела смущённой или раздосадованной. Наоборот, смотрела на Хо-ёта-х с подозрительным прищуром, будто хотела понять, что он замыслил. У мужчины злость вскипела в груди, но он заставил себя оставаться спокойным. Не время для гнева.

— Слышала? — старик Ит-ло-х сурово посмотрел на жрицу. — Вместо того, чтобы звать всех глупцами, отправила бы сперва углядатаев на сторону салея-са.

— Да скаана-са всегда в стороне стоят! — крикнул кто-то. — Нет им дела до мучений Хоётора!

Ёта невозмутимо слушал нарастающий шум и возобновившиеся разговоры, а грудь распирало торжество. Слаб женский разум перед мужской хитростью. Удовлетворённый, он обвёл собравшихся взглядом, чтобы убедиться, что отношение к нему переменилось и презрительных взоров больше нет. И столкнулся с насмешливым чёрным взглядом Ли-риан-си. Некоторое время они просто смотрели друг на друга, потом Ёту привлекло странное поведение тьмы на плечах шамана. Она тянулась куда-то за спину, будто видела что-то. Ли-риан-си обернулся, и Хо-ёта-х тоже увидел, как среди травы поднимается тёмный сгусток. Напрягся, подумав о хоёторских тварях, но сгусток начал обретать форму и краски, и Ёта понял, что это всего лишь очередной отражение прошлого — мираж того, чего уже никогда не будет.

Сгусток расправился резко, словно встряхнулся, и мигом окрасился. Разговоры оборвались, все смотрели на женщину, красивую, черноволосую, с невероятными синими глазами. Она стояла и с самым решительным видом смотрела на собравшихся. Вроде бы все привыкли к миражам, но всё равно порой озноб проходил по коже.

А Ёту и вовсе сковало по всем членам под тяжёлым взглядом матери.

Он вмиг вспомнил событие, произошедшее на этой самой поляне много-много лет назад. Вспомнил именно это мгновение, когда мать поднялась с земли и сказала его отцу, что тот слабак.

Губы миража беззвучно шевельнулись, но Ёта услышал каждое слово. Только вместо имени отца в ушах почему-то прозвенело его собственное имя.

«Ты слабак, Хо-ёта-х!»

Глава 46

Свет в дороге

Встреча с Лоа заставила А-ару потерять надежду на то, что впереди их ждёт что-то хорошее, и девушка совсем упала духом. Пусть она знала эту женщину совсем мало, но чувствовала, что есть в ней что-то правильное. А-ара не могла понять, что именно, она словно ещё не знала названия тому, что живёт в её мыслях.

Но Лоа увидела в ней опасность. И это заронило в душу зёрна сомнения: правильно ли она поступает? Её не волновала судьба Хоётора. Мир А-ары и она сама были слишком незначительными, чтобы терзаться столь высокими переживаниями, далёкими от её личной судьбы. Но А-ара не могла не думать, что станет с ней и с То-нии, с их жалким, неведомым и очень тёмным будущим. Сложно жить, когда ты не видишь, есть ли хоть какая-то дорога перед тобой, когда ты даже представить её не можешь. А как жить, есть ты не понимаешь, что несёшь для себя: добро или зло? Кто из себя таков Второй Господин Арван-Ё?

Отец говорил про Господина только самое хорошее, но А-ара уже успела понять, что папа не всегда был прав. Пока её мир был совсем крохотным и ограничивался родными местами и становищем хуани-са, слова отца оставались правдивыми и жизнь выглядела куда проще. Арван-Ё отобрали салея-са, нота-са когда-то хитростью отобрали земли хуани-са, вынудив их скитаться по Степной пустоши. И салея-са, и нота-са враги, и когда-нибудь они ответят за свою подлость.

А теперь она и сама враг. Почему? Потому что несёт Второго Господина Арван-Ё… Она даже не знает, куда несёт его! Или может она враг потому, что здесь все друг другу враги?

Крысаки хотят изменить Хоётор, чтобы жизнь стало хорошей. Для них. Остальные народы с ними борются, чтобы сохранить свою хорошую жизнь. Может, она не такая уж хорошая, но будет ли новая жизнь лучше? Салея-са боролась за сохранение своей прежней жизни с Хоётором и победила. Хуани-са боролись с нота-са и проиграли.

Лоа хочет сохранить жизнь своего народа такой, какая она есть.

Все борются друг с другом и у всех одна цель.

И А-ара ощущала себя втянутой в эту борьбу без её на то желания. Маленькая беспомощная букашечка, упавшая в беснующиеся в ураган озёрные воды.

«Хватит уже ныть!» — сердился Господин.

А-ару ничуть не трогало то, что Господин видит её мысли, знает о её сомнениях в его отношении. Она не боялась его гнева. Девушке казалось, что она теряет способность испытывать страх. Когда ты столь незначителен и жизнь твоя не имеет даже самого простого смысла, причин для страха не остаётся.

На третий день после встречи с Лоа А-ара и То-нии поругались. А-ара впала в уныние, То-нии пыталась её расшевелить, в итоге разозлилась и наговорила много неприятного «нежной девочке». То-нии хотела бороться. Но у неё-то был смысл. Она не говорила про сына, но на привалах порой подолгу сидела лицом к югу и смотрела в пустоту. И держала ладони на животе. Ей есть за что бороться. А А-ара не верила, что сможет когда-нибудь увидеть свою дочь.

Но ведь что-то нужно делать? Именно эта мысль заставила А-ару подняться на следующий день после ссоры с То-нии и забраться на дракона.

Виды внизу менялись мало, Лес казался бесконечным. Иногда мелькали блестящие пятна озёр или речных лент, чуть реже древесные кроны пробивали зубья скал. Ни одного поселения. А-ара подозревала, что просто не видит их из-за кровлей простиравшегося Леса. Они словно были одни в этом огромном мире. Полёты больше не страшили А-ару так сильно, как это было в первые дни. Она уже ловчее забиралась на спину дракона, научилась высвистывать некоторые команды и без помощи Господина и сплела из лозы омертвевшего оплетуна что-то вроде узды, чтобы было за что держаться на спине ящера. И наконец начала смотреть вниз не со страхом, а с пусть и боязливым, но любопытством и даже восторгом. Мимо проносились птицы, ловкие и юркие, дракон их ничуть не пугал. Порой они попадали в дождь, и ящер упоённо выписывал круги в его потоках, будто купался. Когда это случилось первый раз, А-ара очень испугалась. Решила, что сейчас их смоет со спины постоянно