Кавказский предатель. (Не) Единственная - Элен Блио

И ко мне — на тебя надежда, Дамирчик, спасай клан от позора.

Женись на Фариде…

Подстава.

И уверен я, не просто так всё. Подстроено.

Женись…

Я бы ни за что! Мне эта шармута на хрен не нужна, хоть и смотрит нежно, и пытается трогать ласково, и смотрит так…

— Я люблю тебя, Дамик, всегда любила…

— Всегда бы любила — не сбежала бы.

— Сбежала? А ты разве не знаешь? Тогда… это же всё подстроили! Специально. Малика и подстроила, чтобы себя под тебя подложить. Она же влюблена в тебя была, как кошка! Всегда!

— Что?

А вот это была новость.

Новость, которая меня просто убила.

Не про то, что побег Фариды подстроен, на это было плевать, да это я и так давно знал. Знал и кем, и как. Тут она мне Америку не открыла.

А вот то, что про мою жену сказала…

Влюблена?

И где десять лет пряталась эта её любовь?

Солгала, Фарида, солгала.

Или… нет?

А если нет, что мне делать?

Всю голову сломал.

Но свадьба — вот она.

Красиво, богато, роскошно.

Тошно.

Тошно, пока не появляется стройная, аппетитная фигурка в чёрном платье и алом как мак платке…

Глава 15

Весь город собрался в этом зале, по крайней мере все знакомые моей матери — точно, а мать у меня всех знает.

Вся столица тут.

Все захотели посмотреть, как Дамир Джиоев вторую жену возьмёт.

И какую.

Я вижу, что многие разочарованы — совсем не та невеста.

А другие… у других в глазах огонь любопытства.

Как-то ответит жена Джиоева на этот выпад?

Все знают закон.

Мужчина не смеет взять вторую жену, если первая не дала согласия. Официально ли, нет ли, но она должна сказать, дать понять, что не против.

Малика сказала.

Бедная моя, маленькая жёнушка.

В сердцах сказала, с болью…

Но мать моя это слышала. И ухватилась за соломинку.

А я…

Я тоже горец гордый.

Раз для неё это так просто, раз для неё не имеет значения, и всё равно, что муж её будет делить свою жизнь, свою постель с другой — пусть.

Пусть получит тогда вторую жену.

В наказание.

Прав я?

Нет, не прав.

Но дело сделано.

Так думаю, пока не вижу знакомую фигурку в алом платке.

И глаза её. Взгляд.

Малика улыбается.

Слышу, как шипит что-то растерянно мама.

Вижу, как надменно и нагло улыбается моя невеста.

Фарида.

На змею похожа. Она и есть змея.

Притворялась подружкой Малики, сестрёнкой, а сама столько лет пыталась в мою постель залезть.

Только вот… нет.

Решил я, что постель моя не для неё точно.

Да и вообще.

Для одной женщины она.

Для той, что сейчас встала в центре, подняла руки.

Танцевать Малишка моя умеет. Редко, правда, я вижу её танцы.

Когда ей плясать? Трое детей уже у нас. Да и когда двое было.

Она дом ведёт, она с детьми. Она в бизнесе.

Всю ту часть, что от её отца осталась Малика контролирует сама.

Это было её условием, на которое я согласился.

Вспоминаю свои походы по ресторанам — наши любят устраивать там деловые встречи. Пять минут обсудить дела, а потом кальян, танцы, девочки.

Я это не сказать, чтобы совсем не любил.

Почему бы и не расслабиться? Кальян, да, иногда выпивка — мы все, конечно, понимаем, что это харам, но почти все пьём, увы.

Мне приятно было чувствовать внимание женщин. То, как они смотрели, то, как не прочь были пойти со мной.

Всё это вроде бы помогало заполнить пустоту.

Пустоту, которую я ощущал, замечая иногда взгляд жены.

Разочарованный.

Во мне.

В нашем браке.

Я так и остался для неё чужим.

Как бы хорошо ни было в постели, это всё равно иначе, если ты не любишь.

Наверное. То есть — да, конечно, иначе.

Я ведь и сам это прекрасно знал.

Проверял.

Любовница — это для кого-то хорошо, наверное. Повышает статус, самооценку.

Но это всё лживое, искусственное.

Что, любила она меня? Нет. Бабки любила, которые давал. И тот же статус — любовница Джиоева.

А я очень быстро понял, что всё это не для меня.

Поэтому и расстались быстро.

Поэтому и не повторял ошибок.

Даже разово.

Хотя знаю — Малике другую информацию доносили.

Но я ей сказал — хочешь верить слухам и сплетням завистливых баб — твоё дело.

— При чём тут верить, Дамир? Почему я должна терпеть то, что о тебе такие слухи ходят? Почему другим жёнам не посылают видео с мужем, перед которым эскортницы московские задом крутят?

— Кто тебе такое посылает?

— Откуда я знаю? Номера скрыты!

— Почему мне не сказала? Дай телефон, я его безопасникам свои отнесу, пусть смотрят.

— А что смотреть? На твои танцы со шлюхами?

— Прекрати, Малика, хватит! Ни с кем я не танцевал. Уймись. И что вообще ты разошлась? Ревнуешь?

— Еще чего? Просто противно! Противно, что меня считают такой…

— Какой?

— Лохушкой, которой муж изменяет, а она терпит, думаешь, приятно?

— Малёк…

— Ой, не надо, Дамир! Ты себя на моё место поставь!

— В смысле?

— Если тебе скажут, что твоя жена таскается? Приятно будет?

— Приятно? Да я убью тебя!

— Меня? Интересно! Почему это меня? В чём я виновата? Если ты говоришь, что ты не виноват?

Ссорились мы до последней её беременности часто.

Да и во время…

Хоть я счастлив был, что она снова носит моего сына.

Счастлив и несчастлив одновременно.

Так бывает.

И как разрубить этот узел — не знал.

Развестись?

Даже мысли такой не было у меня. Да и у Малишки, думаю, тоже.

Конечно, можно спросить, а почему мы не развелись с Маликой, если всё было так плохо?

Да потому что плохо не было.

По крайней мере мне точно плохо не было.

Жена у меня хорошая, умела создать уют, атмосферу, прекрасно готовила, всё в её руках спорилось, красивая к тому же, все мне об этом всегда говорили — повезло, Дамир, жена такая красавица.

Да, повезло.

А еще повезло, что красавица эта мне по сердцу.

Я люблю её. Мне развод точно не нужен.

А ей…

Не знаю.

Не принято у нас как-то разводиться.

Многие живут так. Многие еще хуже живут, но вместе.

Развод — это столько проблем! Для всех.

Всё надо делить, жену бывшую надо обеспечить, детей обеспечить. Кто знает, как это воспримут партнёры по бизнесу? У нас до сих пор