Непорочная невеста Лорда Тьмы - Таня Акентьева

А теперь я — леди Даркар, жена самого могущественного и проклятого человека в этих землях.

И, кажется, я влюбилась в этого монстра.

Эта мысль пугала меня. Любить Дариуса Даркара означало любить и его Тьму. Означало принять риск сойти с ума, как Аннабель, или погибнуть, как Изольда, или возненавидеть и быть убитой собственной ненавистью, как Катарина…

Но когда я смотрела на спящего мужа, то понимала, что готова на этот риск. Потому что где-то под слоями боли, Тьмы и одиночества жил человек.

И этот человек нуждался во мне так же сильно, как я, оказывается, нуждалась в нём.

Но на пятое утро всё изменилось.

Я сидела в малой столовой, когда в дверь постучали.

— Войдите, — сказала я, откладывая салфетку.

Дверь распахнулась, и вошёл Хоббс, наш дворецкий. Я редко видела его так близко. Обычно мужчина держался в тени, появляясь только за тем, чтобы объявить о приходе гостей или передать распоряжение лорда.

— Миледи, — произнёс он, поклонившись. — Вам письмо. Доставлено с утренней почтой из Блэквуда. Гонец сказал, что оно срочное.

Дворецкий протянул мне конверт. Простой, из дешёвой серой бумаги, без гербов и вензелей, но я сразу узнала почерк неизвестного отправителя.

Розалин.

Сердце ёкнуло и забилось быстрее. Я не получала вестей от сестры с того самого дня, как уехала в Равенмур вместо неё. Сама же я писала ей постоянно. Короткие, осторожные письма, в которых сообщала, что жива, здорова и что лорд Даркар оказался не таким чудовищем, как о нём говорят. Но ответа не было. Я списывала это на слабость сестры после болезни, на плохую работу почты, на что угодно.

И вот теперь… письмо.

С пометкой «срочное».

— Спасибо, Хоббс, — произнесла я. — Можете идти.

Дворецкий поклонился и вышел, а я осталась сидеть с конвертом в руках. Пальцы дрожали. Почему-то мне было страшно его открывать. Словно внутри лежало не письмо от любимой сестры, а что-то, что перевернёт мою жизнь.

Я разорвала конверт, достала сложенный вчетверо листок и развернула его.

'Дорогая Элис!

Прости, что так долго не писала. Я болела, затем восстанавливала силы, а потом… потом я узнала такое, что не могла просто написать, не обдумав всё как следует. Но теперь я не могу молчать.

Элис, я узнала правду о лорде Даркаре. Настоящую правду. Не те слухи, которыми пугают детей, а то, что скрывается за ними.

Твой муж не просто жестокий человек или колдун. Он — вместилище Тьмы. Древнего проклятия, которое его род носит уже много поколений.

И жена ему нужна не для любви, не для хозяйства и даже не для наследников.

Ему нужна жертва.

В день зимнего солнцестояния, когда Тьма достигает наибольшей силы, Лорд проводит ритуал. Он приносит свою жену в жертву, чтобы насытить проклятие и продлить свою жизнь ещё на год. Так было с тремя предыдущими жёнами. Эти женщины не умерли от болезней или несчастных случаев, они были убиты. Ритуально. Их кровь пролилась на алтарь в западной башне, и Тьма поглотила их души.

Я узнала это от человека, которому можно доверять. От бывшего слуги Равенмура, который бежал оттуда после смерти третьей жены. Он видел всё своими глазами. Он рассказал мне о подземной часовне, о чёрных свечах, о рунах на полу, которые загораются алым светом, когда льётся кровь. Он рассказал мне, что лорд Даркар не человек, а демон в человеческом обличье.

Элис, умоляю тебя, беги. Беги, пока не поздно. Зимнее солнцестояние через две с половиной недели. У тебя ещё есть время. Возьми деньги, найми экипаж и приезжай ко мне. Мы спрячемся, уедем в другой город, в другую страну, куда угодно, лишь бы подальше от этого чудовища.

Я не знаю, что он тебе наговорил. Не знаю, чем он тебя очаровал.

Но помни: он — монстр.

И он убьёт тебя, как убил всех остальных.

Пожалуйста, ответь мне. Дай знать, что ты получила это письмо.

И, ради всего святого, БЕГИ.

Твоя любящая сестра Розалин'…

Я перечитала письмо трижды. Бумага дрожала в моих руках, строчки расплывались перед глазами. В груди разрастался холодный, липкий ком.

Жертва. Ритуал. Алтарь в западной башне.

Я вспомнила предупреждение Дариуса: «В западную башню вход запрещён». Вспомнила холод, идущий из-за железной двери. Вспомнила запах крови и чёрные свечи в подземной часовне, где нас венчали. Вспомнила руны на полу, которые светились алым, когда кольцо обожгло мой палец.

Вспомнила три портрета с закрашенными чёрным глазами.

Нет.

Нет, это не может быть правдой. Дариус не такой. Я видела его боль. Видела, как Тьма разрывает его на части, а он терпит, чтобы защитить других. Видела, как он спит в моих объятиях — уязвимый, измученный и такой… человечный.

Он не мог притворяться. Не мог играть роль так убедительно.

Но что, если Розалин права?

Что, если всё это лишь искусная игра? Что, если нежность моего мужа, его уязвимость, его рассказы о проклятии всего лишь способ усыпить мою бдительность? Неужели таким способом он хочет заставить меня довериться, расслабиться, полюбить его, а затем, в нужный момент, привести в западную башню и перерезать горло на алтаре?

Я сжала письмо в кулаке, чувствуя, как ногти впиваются в ладонь. Мысли метались, сталкивались, разбивались вдребезги. Я не знала, чему верить. С одной стороны, мои собственные глаза, мои чувства, моё сердце, которое твердило, что Дариус не монстр. С другой, письмо сестры, которая любит меня и желает добра. И бывший слуга, который «видел всё своими глазами».

Я должна была узнать правду.

Но не от Розалин, не от слуг и уж тем более не от сплетников из Блэквуда.

Я должна узнать правду из того источника, который не сможет солгать.

Из западной башни.

Решение пришло мгновенно. Я не буду бежать. Не буду прятаться. Я узнаю, что скрывается за железной дверью, и тогда решу, что делать дальше. Если Розалин права, то я найду способ спастись. Если нет, я буду знать наверняка, что могу доверять Дариусу.

Аккуратно сложив письмо, спрятала его в карман платья и встала из-за стола.

День только начинался, но у меня уже была цель.

Оставалось только дождаться ночи.

Весь день я провела как в тумане.

Я пыталась читать книги в библиотеке, но строчки плыли перед глазами. Тогда я пошла в оранжерею, где начала расчищать старые горшки, — разбила два и порезала палец.

Вернулась