Непорочная невеста Лорда Тьмы - Таня Акентьева

Сердце пропустило удар, но я заставила себя кивнуть.

— Да. Покажи мне.

Дариус протянул руку.

— Тогда отдай мне книгу и встань вон там, у стены. Не подходи близко, что бы ни увидела. И что бы ни случилось — не вмешивайся. Обещаешь?

— Обещаю, — дрожащим голосом, ответила я…

Отдав мужу книгу, я послушно отошла к стене и прижалась спиной к холодному камню.

Дариус положил фолиант на алтарь, снял рубашку и бросил её на пол. Встав в центре рунного круга, мужчина раскинул руки и закрыл глаза. Несколько мгновений ничего не происходило. А затем, я услышала низкий, вибрирующий звук. Руны начали загораться, но теперь не алым, а холодным, мертвенным голубым светом.

А потом началось то, что я уже видела в библиотеке, но во сто крат сильнее.

Тьма пришла.

Но в этот раз, она не вытекала из теней, а возникала прямо из воздуха, сгущаясь вокруг Дариуса плотным коконом. Чёрные щупальца, переливающиеся фиолетовыми и багровыми искрами, закружились вокруг мужчины, касаясь кожи, обвивая руки и торс.

Я видела, как тело Дариуса напряглось, как от боли побелели костяшки сжатых кулаков.

Но он терпел.

А потом из его спины начали прорастать крылья.

Я ахнула и зажала ладонью рот, чтобы не закричать. Это было одновременно ужасно и прекрасно. Крылья были огромными, эфемерными, сотканными из той же Тьмы, что клубилась вокруг. Крылья Дариуса не имели чётких очертаний. Они перетекали, меняли форму, напоминая то птичьи крылья, то щупальца, то языки чёрного пламени. От них исходил холод, который я ощущала даже на расстоянии, и тихий, потусторонний шёпот, словно сотни голосов шептали что-то на незнакомом языке.

Дариус открыл глаза. Они были чёрными — полностью, без белков, без зрачков. Только две бездны, в которых плясали алые искры. Он посмотрел на меня, и в этом взгляде была такая всепоглощающая боль, что у меня перехватило дыхание.

— Вот что я такое, Элис, — произнёс Дариус голосом, в котором звучали отголоски чего-то нечеловеческого. — Вот что скрывается в западной башне. Не алтарь, не книга, не ритуалы. Это. Я сам.

Я оцепенело смотрела на мужа. Холодный страх сжимал моё горло и заставлял сердце колотиться где-то в висках. Но вместе со страхом я испытывала, что-то ещё. Жалость? Сострадание? Нет, больше. Понимание. Я смотрела на это существо из Тьмы, с крыльями за спиной и чёрными глазами и видела не монстра, а пленника. Узника собственного тела, собственной силы, которая разрывала его каждую ночь, а он не мог ни умереть, ни освободиться.

— Подойди, — вдруг попросил Дариус. — Если не боишься.

И я заставила себя пойти в сторону мужа. Ноги были ватными, но я шла. Медленно, осторожно, глядя ему в глаза. Тьма вокруг него зашипела, щупальца метнулись в мою сторону, но замерли, не коснувшись, словно ждали его приказа.

— Она не причинит тебе вреда, — сказал Дариус. — Пока я этого не хочу. Она слушается меня…

Я подошла вплотную. Холод, исходящий от крыльев, пробирал до костей, но я не отступала. Протянув руку, я коснулась его груди. Кожа была горячей, почти обжигающей, несмотря на холод Тьмы.

— Расскажи мне, — прошептала я. — Всё. С самого начала.

Мужчина закрыл глаза, и крылья за его спиной дрогнули, начали втягиваться, уменьшаться, пока не исчезли совсем. Тьма вокруг рассеялась, руны на полу погасли. Свечи снова загорелись обычным, тёплым жёлтым светом. Дариус пошатнулся, и я подхватила его, помогла опуститься на пол. Он был бледен, на лбу выступила испарина, но глаза снова стали серебряными, человеческими.

— Садись, — сказал Дариус, указывая на пол рядом с собой. — История длинная.

Я села, подобрав под себя ноги, и приготовилась слушать.

— Род Даркаров проклят уже больше четырёх столетий, — начал он, глядя в темноту перед собой. — Мой предок, первый лорд Равенмура, был могущественным магом. Он заключил сделку с Тёмным Богом — древней сущностью, обитающей за гранью нашего мира. В обмен на силу, власть и долгую жизнь он согласился стать сосудом для частицы этой сущности. Он думал, что сможет контролировать её. Как и все, кто идёт на сделку с Тьмой, он ошибался.

Дариус замолчал, собираясь с мыслями.

— Тьма оказалась сильнее. Она дала ему могущество, но потребовала плату. Каждую ночь она разрывает носителя изнутри, пытаясь вырваться на свободу. А в день зимнего солнцестояния, когда грань между мирами истончается, она становится особенно сильной. Если её не сдержать, она поглотит носителя полностью, превратит в бездушную оболочку и вырвется в мир, уничтожая всё на своём пути.

— И как её сдержать? — спросила я, хотя уже знала ответ из книги.

— Есть два способа, — он посмотрел на меня. — Первый — тот, которым пользовались мои предки. Ритуал жертвоприношения. В день солнцестояния нужно пролить кровь человека, связанного с носителем магической клятвой. Кровь насыщает Тьму, успокаивает её на год. До следующего солнцестояния.

— Жена, — прошептала я.

— Да, — он кивнул. — Магическая связь через брачный обряд делает жену идеальной жертвой. Мой отец приносил в жертву мою мать. Каждый год. Пока однажды она не умерла, но не от ритуала, просто не выдержало сердце. Тогда он женился снова. А затем снова и снова. Он верил, что это единственный способ.

Я почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Его отец год за годом убивал своих жён, чтобы сдерживать Тьму. И Дариус вырос, видя это.

— А второй способ? — спросила я, хотя уже знала.

— Слияние, — он вздохнул. — Древний обряд, о котором почти забыли. Если жена добровольно, с любовью и полным доверием примет Тьму в себя, она станет равной носительницей. Проклятие разделится на двоих. Тьма больше не будет пытаться разорвать одного носителя, потому что у неё будет два хозяина. Но…

— Но если она не выдержит, — закончила я, — вы оба погибнете.

— Да, — он посмотрел на меня с болью. — Именно это случилось с моими предыдущими жёнами. Не в том смысле, что они погибли от ритуала слияния. Я даже не пытался его провести. Они погибли, потому что не смогли принять мою Тьму даже на расстоянии.

Он замолчал, и я видела, как ему трудно говорить.

— Изольда, — продолжил он глухо, — была первой. Я надеялся, что она станет той, кто сможет. Я показал ей